Любовь великих. Истории знаменитых пар

Михаил Булгаков

15 мая 1891 года в семье доцента Киевской духовной академии Афанасия Булгакова родился мальчик, которому суждено было стать автором эпического романа «Мастер и Маргарита» — произведения о вечном противоборстве добра и зла.

В этом монументальном творении писатель вознамерился совершить дерзкое переосмысление казавшихся незыблемыми истин. Повелитель тьмы Воланд предстает в романе не в обличье ужасающего демона, а в роли ироничного и даже обаятельного моралиста, карающего порок и лицемерие. Он умело провозглашает истиной евангельские перевертыши, вызывая смятение в незрелых душах.

Роман без сомнения можно назвать вершиной художественной мысли, но он столь многогранен и глубок, что вызывает не только восхищение, но и необходимость критически осмыслить посылы автора.

Судьба распорядилась так, что Булгаков из-за тяжелой болезни не смог завершить свой роман. Он скончался 10 марта 1940 года на руках любимой жены. Тайна подлинного финала его великого творения навсегда осталась с ним.

…Одним из самых непримиримых оппонентов Мейерхольда считался завзятый театрал, писатель Булгаков. Михаил Афанасьевич в ответ на едкую критику режиссера в свой адрес отвечал фельетонами в газетах. «В общипанном, ободранном, сквозняковом театре, — писал он, — вместо сцены — дыра (занавеса, конечно, нету и следа). В глубине — голая кирпичная стена с двумя гробовыми окнами» [24]. По поводу самого режиссера Булгаков высказывался еще более язвительно: «Этот человек беспринципен настолько, что чудится, будто на нем нет штанов. Он ходит по белу свету в подштанниках».

Такие творческие перепалки представляются совсем мелкими перед лицом событий, которые вскоре произошли с этими великими людьми, когда Мейерхольд писал из застенок Бутырской тюрьмы: «Как же меня здесь били — меня, больного, 65-летнего старика!.. Я плакал и кричал от боли. А меня все били этим страшным резиновым жгутом — по рукам, по ногам, по лицу и по спине».

В это время уже ослепший и почти потерявший способность говорить писатель в мучительном бреду еле диктовал жене изменения к своему последнему роману. «Во время болезни он мне диктовал и исправлял “Мастера и Маргариту”, вещь, которую он любил больше всех других своих вещей. Писал он ее двенадцать лет. И последние исправления, которые он мне диктовал, внесены в экземпляр, который находится в Ленинской библиотеке. По этим поправкам и дополнениям видно, что его ум и талант нисколько не ослабевали», — вспоминала Елена Сергеевна. После смерти писателя жена еще вносила в рукописи изменения по черновикам мужа, но считается, что роман так и остался неоконченным, поэтому финальную мысль писателя каждый может дофантазировать, вернее додумать.

Великий писатель Булгаков пережил блистательного режиссера Мейерхольда всего на 37 дней. Этих людей объединяла не только творческая перебранка: их судьбы были драматически сплетены принадлежностью к касте созидателей, которым не во все времена сопутствует успех.

Сложно представить, что эти незаурядные творцы, с жизнью, полной трагичных событий, имеют отношение к зажигательной комедии Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию». А между тем сценарий этого фильма был написан по пьесе Булгакова «Иван Васильевич», в которой писатель назвал смешного, порочного героя комедии Арнольдом Савельевичем. Имя комичного режиссера в своей пьесе Булгаков лукаво выбрал намекающее на Всеволода Эмильевича. (Позже этот прием повторит французский сюрреалист Андре Бретон, придумавший из букв имени другого героя этой книги, Сальвадора Дали, широко известную анаграмму Avida Dollars — «жадный до долларов».) А легкомысленной и бездарной актрисе Булгаков напрямую дал имя жены режиссера — Зиночка.

В Москве поговаривали, что Мейерхольд подключил связи, чтобы эта пьеса Булгакова не была поставлена, хотя причины запрета были и в странном неполиткорректном содержании.

В главной партийной газете «Правда» начали одна за другой появляться критические статьи в отношении литературной деятельности писателя Булгакова. Елена Сергеевна вспоминает, что муж тогда почувствовал надвигающиеся притеснения и пророчески сказал ей: «Мольеру и Ивану Васильевичу — конец».

В театре сатиры в 1936 году прошла генеральная репетиция «Ивана Васильевича», на которой присутствовали партийные руководители страны. После просмотра было высказано мнение, что спектакль не соответствует нормам пролетарской морали.

В начале 1920-х годов провинциальный Булгаков робко осваивал литературную Москву, поселившись в густонаселенной коммуналке неподалеку от Патриарших прудов по адресу: Садовая, 10, — в той самой «нехорошей квартире» под номером 50, которая впоследствии станет местом паломничества поклонников его романа «Мастер и Маргарита».

Пока вальяжный щеголь Мейерхольд наносил визиты в иностранные посольства, а его жена Зинаида Райх перед встречей богемных гостей в своей шикарной квартире на Тверской наряжалась в парижские платья, Булгаков часто понапрасну бегал по редакциям газет и театрам в надежде пристроить за копейки свою статью или сценарий. Вечерами он возвращался в дикий бедлам своей коммуналки, где за стеной истошно кричал пьяный сосед, похожий на Шарикова из «Собачьего сердца», а на общей кухне на прогорклом масле что-то жарила сварливая соседка, очень напоминавшая Аннушку, пролившую масло на трамвайные пути. Деньги начинающему писателю были нужны не только на пропитание: у них с первой женой Татьяной, приехавших из солнечного Владикавказа в морозную столицу, не было теплой одежды. «Безропотная Таська» — так писатель называл терпеливую супругу — как всегда стойко переносила тяготы бытовой необустроенности. После всего, что досталось на ее долю в их совместной жизни, подобные домашние сложности она считала сущей ерундой.

Разве сравнить их захламленную коммунальную кухню с пропитанной запахом крови полевой операционной, где она, еще недавно изнеженная дочь столбового дворянина, ассистировала молодому врачу Булгакову, который практически без наркоза отпиливал руки и ноги раненым бойцам? А потом, когда ей казалось, что ужасы войны позади, настали еще более страшные времена. Муж в наркотическом безумстве наставлял на нее браунинг, грозя убить и ее, и себя. От страха и жалости она шла за морфием и приносила домой эти проклятые ампулы. Только ее не знающая границ любовь и женская хитрость смогли сотворить настоящее чудо: Тася в каждую ампулу к морфию добавляла воду, постепенно увеличивая ее долю. Благодаря находчивости жены и ее безмерному терпению Михаил смог вылечиться от своего пагубного пристрастия. А вот самой Тасе пришлось сделать уже второй аборт, чтобы ребенок не родился с последствиями наркотической болезни мужа. Денег у пары совсем не было, и эту ужасную операцию делал ей в домашних условиях сам Михаил.

В «Мастере и Маргарите» есть пронзительная сцена, когда Маргарита просит Воланда взамен исполнения ее желания простить Фриду, молодую женщину, которая умертвила своего ребенка. Возможно, гнетущая вина перед женой и грех избавления от своих детей преследовали и самого писателя. Перед расставанием с женой он пророчески сказал ей: «За тебя, Тася, Бог меня покарает». Татьяна же, как всегда, пыталась оправдать мужа и говорила, что всему виной не он, а то, что в голодном 1920 году, когда Булгаков заболел брюшным тифом, она продала самое ценное — их обручальные кольца. На них была гравировка: «26 апреля 1913 года. Михаил, Татьяна». Это была дата их венчания.

Только спустя почти 11 лет после их свадьбы пьесы Булгакова начали брать столичные театры, а статьи уже узнаваемого журналиста стали приносить вполне приличные гонорары. Тогда же уверенного в себе писателя в стильном костюме с модным моноклем в глазу частенько замечали на светских приемах с блестящей столичной дамой Любовью Белозерской. Именно этой женщине он публично посвятил несколько самых захватывающих произведений: роман «Белая гвардия», повесть «Собачье сердце» и пьесу «Кабала святош». Казалось, Тасю он пытался вытеснить из своей жизни вместе с воспоминаниями о мытарствах. Ее он лишь однажды косвенно упомянул в унизительной сцене из «Мастера и Маргариты» — там, где Мастер пытался вспомнить первую жену, но в голове, как в тумане, всплывало не лицо женщины, а лишь мелькание полосатого платья перед глазами.

Сама же Тася хваталась за любую соломинку, чтобы защитить самолюбие от нестерпимой женской обиды. Она всячески пыталась найти собственные черты в Маргарите, но… отыскала в романе лишь один незначительный, но неоспоримый факт воспоминания о ней. Булгаков дал Маргарите такое же отчество, какое у нее, — Николаевна. Пожалуй, этим и ограничивалась ее схожесть с главной героиней. На образ шикарной ведьмы, который будоражил творческое воображение Булгакова, скромная, бесцветная Тася ну никак не годилась.

После развода муж попросил ее поменьше рассказывать об их совместной жизни, особенно о тех моментах биографии, которые могли скомпрометировать его в глазах новой власти. (Когда он служил в белой гвардии, то строил планы уехать из России в Константинополь вслед за золотопогонниками-сослуживцами, и лишь тиф помешал осуществить эту задумку.) Тася, как всегда, прилежно исполняла его просьбу: упорно отмалчивалась в ответ на любые расспросы любопытствующих и лишь обливала слезами страницы книги, вновь и вновь перечитывая «Белую гвардию». Действие романа происходит в Киеве — городе, где они познакомились и вместе пережили кошмарные годы войны и революции. В персонажах Тася узнавала милых сердцу родственников, в доме Турбиных — их собственный теплый, уютный дом, в котором они с Мишей были счастливы в первые годы их молодой беззаботной жизни.

Единственная страница, которую она никогда не открывала, была в самом начале книги. На титульном листе значилось, что роман посвящается Любови Белозерской — наглой стриженой разлучнице в фильдеперсовых чулках, привезенных из Парижа.

Эта женщина благодаря связям своего бывшего мужа, успешного журналиста, была вхожа в самые высокие круги новой советской интеллигенции. Когда в январе 1924 года в шикарном особняке на Арбате устраивался торжественный вечер в честь «красного графа» Алексея Толстого, Белозерская была там в числе избранных приглашенных. Там же оказался перспективный писатель и уже довольно известный в Москве журналист Михаил Булгаков. Он не мог не обратить внимания на уверенную в себе шикарную женщину, которая вела непринужденную светскую беседу с хозяином вечера. К тому времени писатель уже мог позволить себе хороший костюм и дорогие модные ботинки, которыми очень гордился. Но, вопреки ожиданию произвести выигрышное впечатление на окружающих своим изысканным внешним видом, заинтересовавшая его особа отреагировала на него очень странно.

Позже Белозерская вспоминала: «Он показался мне слегка комичным, так же как и лакированные ботинки с ярко-желтым верхом, которые я сразу окрестила “цыплячьими”. И посмеялась. Когда мы познакомились ближе, он сказал мне не без горечи: “Если бы нарядная и надушенная дама знала, с каким трудом достались мне эти ботинки, она бы не смеялась…” Я поняла, что он обидчив и легкораним. Другой не обратил бы внимания. На этом же вечере он подсел к роялю и стал напевать какой-то итальянский романс и наигрывать вальс из “Фауста”…» [20]

Как рассказывала сестра писателя, когда Михаил жил в Киеве, то ходил на оперу «Фауст» сорок один раз. Амбициозного молодого человека занимали тогда философские вопросы: соотношение в жизни добра и зла, готовность человека пойти на сделку с сатаной ради того, чтобы получить желаемое. Доктор Фауст у Гете продал душу дьяволу за безграничные знания — он хотел, казалось бы, вполне оправданных для ученого вещей. Но, оставшись без души, вместо радости от ожидаемых грандиозных открытий принес очень много горя в этот мир.

Слова из трагедии Гете стали эпиграфом к роману Булгакова «Мастер и Маргарита»: «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо» [23]. Так сатана сам себя отрекомендовал на вопрос Фауста: «Так кто ж ты, наконец?»

Получается, что Булгаков как бы поверил на слово этому персонажу и создал свой, довольно обаятельный образ Воланда. Мы не будем проводить здесь литературный разбор этого очень сложного произведения и оставим в стороне философские рассуждения автора о двойственности Воланда, но попытаемся разобраться в любовной линии романа и последствиях доверия Маргариты к Воланду.

В первом варианте рукописи женского образа не было, его для оживления сюжета предложила ввести Белозерская, ставшая второй женой писателя. Способность вдохновлять Мастера досталась героине романа именно от нее. Наиболее творчески плодотворный период Булгакова пришелся на годы жизни с этой незаурядной и много повидавшей женщиной. Роман «Бег» — одно из самых известных его произведений, в котором поразительно точно описаны мельчайшие детали жизни белоэмигрантов, — был полностью написан по воспоминаниям жены. Сам Булгаков никогда не был ни в Константинополе, ни в Париже. Зато Белозерская на себе пережила все описанные в романе эмигрантские мытарства. Потомственной аристократке даже пришлось танцевать полуобнаженной перед жующей похотливой публикой в парижских кафешантанах. Позже с горькой улыбкой, но все же с некоторым кокетством она вспоминала: «Моя фотография в костюме из страусовых перьев, снятая у Валери, долго была выставлена на Больших бульварах».

Любовь Белозерская смогла в эмигрантском голодном сообществе не только выжить, но и довольно удачно выйти замуж. Благодаря положению мужа Белозерская вернулась в Россию, где ее аристократизм, разбавленный фривольностью благодаря танцам в кафешантанах, пришелся по вкусу советской богеме. Прибывшая из Парижа светская львица была вхожа во все московские творческие салоны и знала нужных людей при власти, которые могли способствовать продвижению книги или сценария.

Для начинающего писателя Булгакова такая женщина стала бесценной находкой. О ней тогда говорили: «Умна, изворотлива, умеет себя подать и устраивать карьеру мужу, она пришлась как раз на ту пору, когда Булгаков выходил в свет и, играя в оппозицию, искал популярности в кругах интеллектуалов» [69].

У пары действительно получился превосходный не только семейный, но и деловой тандем. Булгаков в записках любовно-ласково называл жену «дорогой Любан», но за воркующей теплотой в этом обращении проглядывала деловая нотка. «Дорогой Любан» познакомила писателя со всеми своими влиятельными столичными знакомцами, а он, в свою очередь, много и плодотворно работал. Со временем их совместные усилия удачно монетизировались. Успешная пара переехала из коммуналки в красивую просторную квартиру на Большой Пироговской, и в их переписке появляются отсылки к характерным бытовым деталям:

«Дорогая кошечка, на шкаф, на хозяйство, на портниху, на зубного врача, на сладости, на вино, на ковры и автомобиль — 30 рублей. Кота я вывел на свежий воздух, причем он держался за мою жилетку и рыдал. Твой любящий…»

Сумма в 30 рублей в те времена была почти месячной зарплатой рабочих, а Булгаков имел возможность оставлять жене такие деньги на повседневные мелочи. Любовь Белозерская считала, что возросшие доходы семьи во многом связаны с ее личным вкладом в общее дело, и продолжала несколько снисходительно относиться к мужу. Однажды Булгаков, будучи не в духе оттого, что у него не все обустроено для комфортной работы, раздосадованно сказал жене, что в таких условиях не творил даже Достоевский. На что она тут же иронично ответила ему: «Но ты же не Достоевский!»

Реванш вскоре пожаловал оттуда, откуда жена меньше всего ожидала. У Любови была подруга, которую в качестве соперницы не стоило и рассматривать. Красавица Елена Сергеевна Шиловская жила с очень состоятельным благородным мужем, который беспредельно любил ее и осыпал всеми возможными благами. Казалось, абсурдна даже мысль о том, что женщина может добровольно отказаться от такого замечательного мужа и роскошного быта.

Позже писатель в «Мастере и Маргарите» почти в точности описал положение Елены Сергеевны перед началом их отношений: «Она была красива и умна. К этому надо добавить еще одно — с уверенностью можно сказать, что многие женщины все, что угодно, отдали бы за то, чтобы променять свою жизнь на жизнь Маргариты Николаевны. Бездетная тридцатилетняя Маргарита была женою очень крупного специалиста, к тому же сделавшего важнейшее открытие государственного значения. Муж ее был молод, красив, добр, честен и обожал свою жену. Маргарита Николаевна со своим мужем вдвоем занимали весь верх прекрасного особняка в саду в одном из переулков близ Арбата». В этих условиях Маргарита была отчаянно несчастна от нелюбви и скуки. Она была готова даже на самоубийство, если не встретит кого-то, кто вернет ей смысл существования. Елена Сергеевна нашла свое спасение в писателе Булгакове, а он вдохновился ее любовью и вернулся к продолжению романа. Образ Маргариты стал наполняться романтическими качествами новой возлюбленной, восторженно оценивающей каждую написанную им строку, а черты деятельной Любови Белозерской все больше растворялись, и наконец вместо признания ее заслуг Булгаков делится такими неприглядными откровениями: «Одна мысль интересует меня. При всяком ли она приспособилась бы так же уютно или это избирательно для меня?»

Отныне каждое слово новой возлюбленной становится питательной средой для главного произведения писателя. Елена Сергеевна рассказывает Михаилу о своей душевной трагедии — и вслед за этим героиня романа произносит: «Моя драма в том, что я живу с тем, кого я не люблю, но портить ему жизнь считаю делом недостойным. Я от него ничего не видела, кроме добра». Смыслом унылой жизни Маргариты был другой человек, ей необходимо было кого-то любить и получать эмоции из внешнего источника. Так бывает довольно часто. Со стороны кажется, что такие молодые, красивые и благополучные люди, как героиня романа, должны быть довольны своей жизнью, но очень немногие способны дорожить данными судьбой бесценными подарками и своими усилиями преобразовывать их в счастье. Нередко встречаются страдающие ленивцы, сосредоточенные не на своем внутреннем мире, а на том, чего, по их мнению, им недодала судьба. Маргарите в дополнение к благам нужна была особенная любовь, но даже для ее обретения она не желала затрачивать собственные силы, любимый должен был явиться сам. «Она говорила, — повествует об их встрече Мастер, — что с желтыми цветами в руках она вышла в тот день, чтобы я наконец ее нашел, и что если бы этого не произошло, она отравилась бы, потому что жизнь ее пуста».

Можно только догадываться, как оценивали страдания Маргариты большинство женщин того времени, пережившие чудовищный голод, ужасы революции и Гражданской войны. Многие из них потеряли кормильца и сами воспитывали детей в тесноте коммунальных квартир — по 20 семей на одной кухне! В их представлении огромным счастьем было досыта накормить домочадцев и достать дров на зиму, чтобы не замерзли малые дети и престарелые родители. Героиня романа никогда не опускалась до таких прозаических вещей, бытовой стороны жизни для нее как бы не существовало. За одиннадцать лет брака с обеспеченным мужем она настолько привыкла к роскошной одежде, комфортабельной квартире и домработнице, что перестала ценить эти приятные атрибуты жизни. «Маргарита Николаевна, — пишет автор, — никогда не прикасалась к примусу. Маргарита Николаевна не знала ужасов житья в совместной квартире. Словом… она была счастлива? Ни одной минуты!»

Неудовлетворенная женщина причину всех своих несчастий видела в отсутствии исключительной любви и готова была идти за этой иллюзией на любые безрассудства.

«Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!» — таким странным для романтического чувства образом описывается зарождение любви Мастера и Маргариты. Создается ощущение, что если бы ее избранник не имел вообще никакого таланта, то она непременно наделила бы его всеми самыми замечательными качествами. Маргарите необходим был не конкретный человек — ее интересовала реализация своей потребности в восхищении и любви. Предметом поклонения должен быть человек непременно выдающийся, ради которого можно пойти на любые сумасбродные жертвы. Маргарита наградила возлюбленного гордым именем Мастер и всеми способами вдохновляла его на создание блистательного произведения. В реальном мире писатель оказался довольно безвольным человеком: он не смог вынести непринятия своего романа критиками и, по сути дела, отрекся от своего детища, да и от жертвенно любящей его Маргариты тоже. Он малодушно скрылся от всех проблем за психической болезнью, а огорченная потерей своей мечты Маргарита пребывала в полном душевном разладе. Она снова страдала, но на этот раз от крушения своих иллюзий. Обращаясь к не оправдавшему ожидания возлюбленному, женщина вопрошает: «За что же ты меня терзаешь? Ведь ты знаешь, что я всю жизнь вложила в эту твою работу». Маргарита не намерена была принимать очевидное, она так долго лелеяла в себе заветное чувство, что готова была преступить последнюю черту и пойти на грех, лишь бы сохранить свою вымышленную любовь. «Ах, право, дьяволу бы заложила душу, чтобы только узнать, жив он или нет!» — восклицает она в какой-то момент. И коварный дьявол не замедлил явиться. Маргарита тогда не думала о том, что с момента сделки с дьяволом человек расстается со всем светлым, что у него есть. Этот коварный покровитель принес сиюминутное облегчение и даровал Маргарите страстно желаемое, но, распрощавшись с душой, она перестала быть человеком и превратилась в ведьму.

В славянской мифологии ведьмы делились на две категории. Тех, кто получал сверхзнания по наследству, называли «рожденными». Поскольку связь с потусторонними силами не являлась их личным выбором, то отношение к ним было двойственным. Помимо своих лихих дел, они могли с помощью ворожбы лечить людей. А вот «ученые» ведьмы — те, кто сам пошел на сделку с дьяволом, — были способны исключительно на зло. Считалось, что они насылают порчу не только на людей. После их ворожбы весь долгожданный урожай мог полностью испортиться, а жнецы заболевали или даже умирали. Верили и в то, что ненавистные «ученые» похищают еще не рожденных детей прямо из утробы спящей матери.

За колдовские способности ведьма расплачивается самым святым, что есть в человеке, — собственной душой, и после смерти ей нет покоя.

Образованный Булгаков, конечно же, знал старые славянские предания: «ученая» ведьма Маргарита, сама заключившая сделку с дьяволом, совершила непростительный грех и после смерти не могла оказаться в раю.

Что касается Мастера, то его путь после смерти решился после разговора между посланником божественной силы Левием Матвеем и Воландом.

«А что же вы не берете его к себе, в свет?» — спрашивает Воланд Левия по поводу Мастера.

«Он не заслужил света, он заслужил покой», — печальным голосом проговорил Левий, по сути, он передал писателя на суд сатаны, отказав ему в божьей милости поселиться в раю.

Ответ на вопрос, почему посланник божий не проявил милосердия к Мастеру, по всей видимости, нужно искать в творческом отступничестве писателя. Он сжег не просто роман — его версия истории Иисуса претендовала на новый вариант прочтения Святого Писания. Глобальные амбиции писателя никак не соответствовали его слабой человеческой натуре. На вопрос Воланда о планах на будущее Мастер ответил: «У меня больше нет никаких мечтаний, и вдохновений тоже нет… ничто меня вокруг не интересует, меня сломали, мне скучно…»

Привлекательное на первый взгляд благодеяние сатаны, даровавшего влюбленным вместо ада покой в вечноцветущем вишневом саду, на самом деле обернется для Мастера и Маргариты совсем другой стороной. Вечноцветущий сад никогда не дает плодов, а значит, Мастер больше никогда ничего не напишет. Это самое изощренное дьявольское наказание для творческого человека. А Маргарита никогда не сможет стать матерью. В конце романа звучат ее слова, которые раскрывают печальную перспективу их безрадостного существования в этом, казалось бы, привлекательном месте: «Ты будешь засыпать, надевший свой засаленный и вечный колпак. <…> А прогнать меня ты уже не сумеешь».

Сложно сказать, о чем думал Булгаков во время написания романа. Возможно, нечеловеческие страдания братоубийственной Гражданской войны и кошмары кровавых репрессий рождали мысли о том, что добро и зло поменялись местами. Но, как бы то ни было, образ Воланда в романе получился настолько привлекательным, что до сих пор многие как истину повторяют его слова: «Никогда и ничего не просите! <…> Сами предложат и сами все дадут». В Евангелии от Матфея написано ровно наоборот: «Просите, и дано будет вам… ибо всякий просящий получает…» По сути дела, Воланд очень искусно подменил христианскую идею смирения грехом гордыни. Его посыл звучал вполне в соответствии с духом того времени, когда разрушались не только церкви, но и идеи христианства под лозунгом «Борьба с религией есть борьба за коммунизм». Слова Священного Писания «Бог против гордецов, но дает благодать смиренным» заменялись призывом к действию: «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача». Отвержение христианских ценностей прослеживается и в том, что события романа происходят перед Пасхой, а бал Воланда, на котором Маргарите после обряда омовения кровью мертвецы-гости Воланда целовали колено, состоялся в ночь со Страстной пятницы на субботу — в тот день, когда Христос уже умер и еще не воскрес. Возможно, душу автора во время работы над романом раздирали противоречия: на его глазах мучительно умирал один мир, а другой, пока непонятный, еще не появился. Булгаков, с одной стороны, принимал новую власть: в его понимании любой порядок намного предпочтительнее хаоса межвластья. С другой стороны, он был человеком из ностальгического прошлого, из милой благополучной семьи Турбиных, уют в доме которых так описан в романе «Белая гвардия»: «Бронзовая лампа под абажуром, лучшие на свете шкапы с книгами, пахнущими таинственным старинным шоколадом, с Наташей Ростовой, Капитанской дочкой, золоченые чашки, серебро, портреты, портьеры…» [21]

Спектакль «Дни Турбиных», поставленный по этому роману Булгакова, очень нравился генеральному секретарю партии Иосифу Сталину: в журнале сообщалось о том, что он приходил смотреть его пятнадцать раз. Интересно, что генералиссимус увидел в постановке не трагедию семьи русских интеллигентов, оказавшихся в жерновах кровавой Гражданской войны, а политическую победу сил революции над старым укладом жизни. «Если даже такие люди, как Турбины, — написал он в отзыве на спектакль, — вынуждены сложить оружие и покориться воле народа, признав свое дело окончательно проигранным, значит, — делает вывод Сталин, — большевики непобедимы» [94].

Роману «Мастер и Маргарита» повезло гораздо меньше. Цензоры изначально признали его вредным для умов и душ строителей коммунизма и запретили к публикации. Рукопись увидела свет лишь после смерти писателя — с седьмой попытки его вдовы издать главное детище мужа. Елена Сергеевна, по словам писателя, была необычной женщиной, способной нагой пролететь на метле над ночной Москвой. В основе ее сходства с Маргаритой была беспредельная любовь к мастеру и железная воля, которую она в полной мере использовала для того, чтобы роман мужа стал всемирно известным произведением.

В начале их отношений молодой цветущий Булгаков вдруг сказал: «Дай мне слово, что умирать я буду у тебя на руках». Тогда она восприняла эти слова как неуместную шутку. Спустя восемь лет Елена Сергеевна сидела у постели слепого умирающего мужа и записывала с его слов правки романа «Мастер и Маргарита». Она вдруг вспомнила, как муж с легкой иронией пересказывал ей слова светского ловеласа «красного графа» Алексея Толстого: «Писатель лишь тогда станет известным, когда женится три раза».

Именно третий брак для Булгакова оказался самым счастливым, и во многом благодаря упорству жены писатель стал знаменитым. До революции семья Булгаковых занимала в доме на Андреевском спуске в Киеве целый этаж, а потом у Михаила были только углы да коммуналки. Булгаков так настрадался от жизни в «нехороших квартирах», что когда они с Еленой Сергеевной обзавелись собственной, то обустроили свой быт поистине буржуазно. Каждая деталь поразительно напоминала описанный в «Белой гвардии» уютный дом: в гостиной гостей встречал великолепно звучащий рояль, на изящном резном рабочем столе стояла лампа с зеленым абажуром, а в изысканно инкрустированном шкафу теснились томики любимых книг. Но в этом умиротворении московского дома ему, как и Турбиным, не удавалось скрываться за шторами от грозовых ураганов неспокойного времени.