Монетка на удачу

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Миша

Винсенту сегодня нужно было поехать в офис, чтобы помочь сыну кое-что уладить. Он передал свою империю старшему сыну, Мазаччо, но все еще помогает ему время от времени.

И раз уж сегодня его нет, он разрешил мне провести утро с моей мамой в ее новой квартире. Я так взволнована.

Моя красивая машина снова со мной, даже не скажешь, что она была в небольшой аварии. Я только что из торгового центра, где остановилась, чтобы купить маме кое-какие вещи для квартиры, шикарный букет цветов, а также закупиться закусками и продуктами для ланча.

Винсент настоял, чтобы я включила геолокацию на телефоне, и я была более чем счастлива сделать это для него.

Я бы сделала для него все.

Каждую проходящую минуту все труднее отрицать тот факт, что я полностью и безоговорочно влюбляюсь в него.

Я хочу сказать ему об этом, но понятия не имею, как это сделать, чтобы не напугать его. Как сказать такому мужчине, как он, что любишь его? Большая часть меня ужасно боится, что для него это всего лишь игра — но другая часть меня убеждена, что все, что он для меня делает, — он бы не делал, если бы ему не было дела.

Но забота о ком-то — это не то же самое, что влюбиться в кого-то.

И, насколько мне известно, это может быть не та забота, о которой я думаю. Можно заботиться о котенке. Можно заботиться о щенке. О питомце. И это может быть всем, чем я являюсь. Маленькая зверушка. Источник развлечения.

Громко вздохнув, я сжимаю руль.

Может, мне стоит рискнуть. Пойти на риск и просто сказать ему, что я чувствую.

Что такого ужасного может случиться?

Он может сказать мне уйти.

Нет.

Думаю, он, скорее всего, будет польщен и ему понравится мое обожание. Он будет наслаждаться этим. Возможно, он не чувствует того же ко мне — но вот где настоящий риск. Мне будет очень больно узнать, что все это ненастоящее.

Что это просто игра богатого человека.

Ладно, но сегодняшний день посвящен общению с мамой.

Так что я отодвигаю все тревоги, которые носит мое сердце, и к тому времени, как выхожу из машины у ее жилого комплекса, я сосредоточена только на предстоящем дне с ней.

Продукты самой нести тяжело, но я дотащила их все до лифта и нажала кнопку ее этажа. А когда двери открываются, я держу ногу, чтобы они не закрылись, пока не выгружу все в коридор. Затем я стучу в ее дверь и жду.

Она открывает дверь и сразу же обнимает меня.

— Миша. — радостно восклицает она. — Что это? — спрашивает она, глядя на мои ноги, на все пакеты с покупками.

— Ланч, кое-какие вещи для квартиры, помоги донести... — Я нагибаюсь и беру несколько пакетов. Мама делает то же самое, и мы идем на кухню, где она выкладывает их на стойку.

Я впервые здесь с тех пор, как она переехала неделю назад.

— Как ты, мам? Ты счастлива здесь? — спрашиваю я.

Она смотрит на меня и качает головой.

— Честно говоря, я до сих пор не могу в это поверить. Я не могу поверить, что моя собственная красивая дочь так преуспевает и она... — Она замолкает на полуслове и смотрит на мое лицо. Ее брови хмурятся, и мягкая улыбка расползается по щекам.

— Что? — спрашиваю я в замешательстве и тоже хмуря брови, доставая свежие овощи из одного пакета.

— Ты влюблена. — говорит она неожиданно.

— Что? — заикаюсь я. — Не глупи. С чего бы...

— Ты влюблена. Я это вижу. Даже не пытайся отрицать. — смеется она. — Кто он? Рассказывай все.

Я качаю головой, но улыбка на моем лице все подтверждает.

— А я-то думала, что смогу скрыть это от тебя. — смеюсь я.

— Пф. — фыркает она, открывая дверцу холодильника, чтобы убрать продукты. — Лучше начинай говорить, пока я готовлю ланч.

Итак, я рассказываю маме, что влюблена в хорошего человека. Щедрого, добросердечного, нежного мужчину. Мужчину, который хочет заботиться обо мне и который заставляет меня улыбаться. Мужчину, который один на миллион.

Я не говорю ей его имя и то, что он почти вдвое старше меня. Я не говорю ей, что он из мафии и что он тот, на кого я работаю.

— Но... я боюсь сказать ему, что люблю его. — пожимаю я плечами, нервно кусая губу.

— Миша — ты не можешь поступать так, как я. — мягко вздыхает она, опуская глаза, и ее мысли бурлят. Я вижу напряжение в ее выражении лица.

— Что ты имеешь в виду, мам? — нервно спрашиваю я.

— Я имею в виду — ты не можешь ненавидеть всех мужчин. Я учила тебя этому с самого детства, что все мужчины — монстры. Это неправда. Есть хорошие мужчины, я просто их не встретила, и... ты заслуживаешь встретить. Ты заслуживаешь хорошего мужчину, который любит тебя и хочет заботиться о тебе. Не бойся этого, если ты действительно его нашла. Не слушай свою старую маму, милая. Любовь существует. И хорошие мужчины есть.

Я долго смотрю на маму. Я никогда не слышала от нее ничего даже близко похожего. Она ненавидит мужчин. Когда речь заходила о мужчинах, от нее были только предупреждения и угрозы. Я не знала этой ее стороны.

Она замечает мое напряженное выражение лица и смеется надо мной.

— Хочешь узнать кое-что безумное? — Ее глаза отстраненные и мечтательные.

Я морщу нос.

— Не знаю, хочу ли? — спрашиваю я.

Она пожимает плечами, не глядя на меня.

— Мужчина, которого я знала до встречи с твоим отцом...

— Тот чертов убийца-мудак?

Она кивает.

— Я все еще люблю его.

— Какого хрена? — заикаюсь я.

Она смеется, качая головой.

— Я же говорила, что это безумно.

— Мам, этого достаточно, чтобы считать, что тебя нужно отправить в психушку, — смеюсь я. — Я не понимаю, и тебе лучше объяснить.

Пока мама готовит жаркое, она объясняет.

— Я с самого начала знала, что он нехороший человек, но он хорошо относился ко мне. Он заставлял меня чувствовать себя более живой, более желанной и более обожаемой, чем я когда-либо чувствовала в своей жизни. Он заставлял меня чувствовать, что я могу владеть всем миром только потому, что он любит меня. Я никогда этого не забуду. И глупым, темным образом — очень темным — я понимаю, почему он хотел меня убить. Потому что мы не могли быть вместе, и я никогда не хотела представлять его с кем-то другим — и я знаю, он чувствовал то же самое. Он любил меня настолько, что предпочел бы видеть меня мертвой, чем с кем-то, кроме него. — Она говорит так, будто потеряна в мечтах, а я в ужасе слушаю ее слова.

Когда она замолкает, тихо нарезая овощи тонкими ломтиками, я прерываю ее мысли.

— Мам, это очень странно.

Она поднимает на меня взгляд, и наши глаза встречаются. Выражения лиц у нас обеих серьезные.

Долгое время мы застыли, глядя друг на друга.

Потом мы разражаемся смехом.

Мы смеемся так сильно, что слезы текут по щекам, и мы едва можем дышать.

Я прислоняюсь к кухонной стойке, протягиваю руку и ворую ломтик моркови с разделочной доски.

— Что ж, по крайней мере, теперь я знаю, от кого у меня все мои странности. — пожимаю я плечами.

— Не важно, это точно от твоего отца. Не от меня. — Она подмигивает мне.

— Ничего из этого не имеет значения, мам. — улыбаюсь я ей. — Все, что имеет значение, — это то, что мы есть друг у друга. Ты и я. Пока это не меняется, все идеально. — Я обхожу стойку туда, где она стоит, и обнимаю ее. Мы одного роста. Я зарываюсь лицом в ее волосы и чувствую тот же слабый запах, что и всегда. Духи и сигареты.

— Я люблю тебя, мам. И тебе лучше бросить курить.

Она смеется.

— Если тебя не уволят до конца года, я брошу курить. — соглашается она.

— Год? Это так долго. — говорю я в ужасе.

— Что ж, это то соглашение, которое я готова заключить.

— Ладно. — ухмыляюсь я.

— Ладно. — ухмыляется она мне в ответ.

Мой день был идеальным. Я люблю проводить время с мамой, мы смеялись и расслаблялись, и все было потрясающе. Она так счастлива на новом месте и так гордится мной — я испытываю некоторую вину из-за того, что не совсем честна с ней насчет Винсента и моей работы — но это неважно. Это мелочь по сравнению с тем, как она счастлива. А все, чего я действительно хочу, — это заботиться о ней. И теперь я могу.

По дороге домой мое сердце поет, и я танцую на сиденье, постукивая пальцами по рулю в такт песне по радио.

Сегодня вечером я собираюсь сделать для Винсента кое-что особенное. Думаю, красное белье станет для него приятным сюрпризом. Я ухмыляюсь, представляя его лицо. Мне нравится, как его глаза пожирают меня. Мне нравится в нем все. От света до тьмы. От теней, которые он скрывает, до секретов, которыми делится. Моя мама права. Не все мужчины так плохи, как те, которых встречала она. По крайней мере, Винсент честен со мной. Он не скрывает свое истинное лицо. И я не хочу, чтобы он это делал. Я хочу видеть все. Потому что чем больше я его вижу, тем больше понимаю, что он принимает меня такой, какая я есть.

Когда я приезжаю домой, Винсент расслабляется на диване. Его глаза закрыты, голова откинута назад. Я на цыпочках прохожу мимо него в свою спальню, где быстро переодеваюсь в красное белье.

Я разбужу его улыбкой.

Пока я одеваюсь, я слышу музыку, доносящуюся из гостиной, и звон стакана, когда он наливает себе выпить, а затем снова садится на диван. Он еще не знает, что я дома. Идеально.

Когда я пробираюсь в гостиную, двигаясь соблазнительно, я не могу скрыть озорную ухмылку на лице.

Его глаза делают именно то, на что я надеялась. Он пожирает меня одним взглядом.

— Здравствуйте, сэр. — Я кусаю нижнюю губу.

— Здравствуй, дерзкая маленькая ворона. — Его глубокий голос вибрирует во мне.