На дне рождении, весь вечер мой взгляд, натыкался на нее. Заметил, как Ромыч пытался зажать её в угол, бесцеремонно втягивая в танец. Уже собирался вмешаться, чтобы поставить этого придурка на место, но, конечно, Даниил успел первым. Он оттолкнул Ромыча, схватил её за локоть и увел в сторону. И о чём эти двое сейчас щебечут, так увлечённо? Не выдержав этого зрелища, я направляюсь к ним. Да как она посмела ударить меня?! Да ещё этой вонючей тряпкой! Каждый раз, когда вспоминаю меня будто молнией прошибает. А потом, память подкидывает момент, когда я вытаскиваю ее из бассейна. Мокрая одежда, облепила её фигуру, лицо побледнело. Эта девчонка, чёрт её побери, настоящая катастрофа!
Когда все начали расходиться, мы с Даниилом и Лизой вызвали такси. Планы на продолжение в клубе были в силе. И кто стоит у ворот? Она. Эта девчонка.
Даниил предлагает ей довезти до дома.
Я едва не задохнулся от ярости.
— Ты издеваешься? — рявкаю на него.
Лиза поддерживает меня:
— Нет-нет, никаких посторонних. Матвей прав.
Но Даниил, этот блаженный идиот, уговаривает и сажает ее в машину. Всю поездку я наблюдаю за ней через зеркало. Сидит тихо. Подъехали к её дому, она выходит, а я, чёрт побери, запоминаю адрес. Зачем? Сам не знаю.
Ровно через неделю, захожу в класс и вижу её. Объясняю ей, чтобы быстрее забрала документы. И валила из нашей школы.
Надеюсь она все поняла. А если не поймет, то себе хуже сделает.
Вечером я выплескиваю всю злость в спортзале, размазываю по груше свое раздражение. Всё равно это не помогает. После спортзала болтаем с сестрой.
— Никто не обижает тебя? — спрашиваю, внимательно вглядываясь в её лицо.
— Нет, Матвей, всё в порядке, — отвечает она с улыбкой. — Ты уже спрашивал.
— Просто спрашиваю, — бурчу, откидываясь на спинку стула.
И заходит она. Мира. Марина успела с ней подружиться.
Сцепив зубы, я отхожу в сторону. Эта девчонка меня раздражает!
Она сейчас во мне дыру прожжет. Лиза. Как назло, управляющая попросила меня, вытереть пыль в гостиной. Лиза пришла в гости к Матвею. И не идут в его спальню или на улицу, сидят на диване. Увидев меня, она не упустила возможности уколоть меня, напомнить о моем "положении прислуги". Ну что ж эти двое нашли друг друга. Но все же при Лизе Матвей меня не трогает. Смотрит молча, нечитаемым взглядом. С Мариной мы подружились.
— Принеси мне капучино, — командует Лиза, не удосуживаясь даже взглянуть в мою сторону.
Сжимаю зубы, сдерживая волну гнева. Как же она меня бесит! Эта её наигранная высокомерность, это презрение в каждом жесте, в каждом слове. Делаю капучино. Когда Матвей выходит из комнаты, Лиза, не дожидаясь, пока я поставлю чашку на стол, выхватывает её у меня из рук и демонстративно выливает на ковёр. «Упс», — говорит она, и её улыбка — словно пощёчина. Мне хочется кричать, топать ногами, броситься на неё с кулаками.
Пока я смотрю как коричневое пятно расплывается по белоснежному ковру, пронзительный фальшивый крик Лизы, оглушает тишину дома:
— Ааа! Она обожгла на меня!
Я даже вздрогнула, хотя знала, что это — спектакль. Но для чего это все не понимаю. Мы с ней и не общались. В следующее мгновение в комнату словно вихрь ворвались Матвей, Марина и Елена Сергеевна. Их лица выражали тревогу. Матвей резко остановился, его взгляд упал на меня. В его глазах не было ни тени сомнения — виновата я.