Отец подруги. Наш секрет

Глава 36

Казалось бы… именно этого я и ждала. Пояснение случившегося. Как минимум какого-то понимания, почему Дамир себя так нелогично ведет, но сейчас… в моменте, когда он стоит напротив меня, пристально смотрит мне в глаза своими невозможно темными и красивыми глазами, я трушу.

Понимаю, что ничего не хочу слышать. Ни плохого, ни хорошего. Просто ничего. Закрыть уши, глаза и рот. Как те три обезьянки. Но вместо того я киваю. Отвожу взгляд и неуверенно лепечу:

— Хорошо, только Ксю…

— Что Ксю? — сестра врывается ураганом на кухню и набрасывается на пакет.

Как она так может? Знать Дамира всего день, но так легко и непосредственно с ним общаться.

У меня выходит непосредственно с ним только целоваться и … господи прости, сексом заниматься.

Жутко, но как есть. Потому что там все легко и просто, как по накатанной. Никаких вопросов, сомнений или иных вариантов. Просто, понятно и… прекрасно.

— Вау, Тая! Кажется, с тебя сегодня пирог.

— Что? — не понимаю я, о чем сестра и подхожу сама к пакету.

Даже особе приглядываться не приходится — понимаю, что среди прочих базовых можно сказать продуктов есть все необходимое для лимонного пирога. Того самого, что у меня сгорел.

Поджимаю губы и кидаю недовольный взгляд на Дамира. На что он вздергивает брови и ехидно улыбается. Словно вызов мне бросая. И продолжая будить во мне уверенность, что происходящее сон.

— Хорошо, будет вам пирог, — сдаюсь я. Руки разве что не поднимаю.

Разбираю пакеты, мою руки и приступаю к готовке.

Все так же как вчера, разве что Дамир больше не помогает — он сидит на диване с Аксиньей и смотрит с ней какой то мультфильм. Ага.

Идиллия, будь она неладна.

Отправив пирог в духовку, я принимаюсь за ужин на скорую руку. Жарю овощи с мясом. С большим количеством мяса. Дамир же мужчина, а значит ему надо много мяса. А с его габаритами намного больше, чем просто много.

Потом мы ужинаем. Ксю счастлива, Дамир весел, а я задумчива. Все точь-в-точь, как и вчера. С той лишь разницей, что я не пошла следом за Дамиром, когда он понес Ксю в детскую.

И в ванную я тоже не пошла — не дождется. Хотел поговорить? Значит так тому и быть, а кухня для этого самое удачное место.

Так я и думаю, ровно до того момента пока не прихожу в себя сидящей на столе с широко разведенными ногами, обнимающими бедра Дамира, и судорожно вздыхающей после стихающих спазмов оргазма. Дамир тоже тяжело дышит. В мою шею. Он тоже кончил и не шевелится. Его член все еще во мне. Мои руки обхватывают мужские плечи. А в мозгах какие-то розовые пони, прыгающие по зефиркам.

Он всего-лишь меня поцеловал. Взял за подбородок, когда я пыталась развернуться, а потом все как в тумане.

Приступ эйфории и… вот.

Я пытаюсь двигаться, но Дамир не дает. Отрывает голову от моего плеча и заглядывает мне в глаза, целует уголок губ, словно благодаря.

— Ты хотел поговорить, — щурюсь я.

Он усмехается и углубляет поцелуй. Так вкусно, так порочно и пошло, что я начинаю чувствовать, как напряжение внизу живота вновь набирает обороты.

— Не лучшая обстановка, не считаешь? — усмехается он, и чуть двигает бедрами, так, что я ощущаю, он все еще во мне. А еще… еще такое ощущение, что он со мной будто бы заигрывает. Но разве такое возможно?

— Какая есть. И другой видимо не предвидится, — упорно тяну я и выставляю руки, давлю ладонями ему на грудь.

Дамир отстраняется, выходит из меня, и я сразу же сдвигаю ноги. Не потому что полностью открыта, сижу на обеденном столе и мне стыдно, а потому что мне становится пусто. Пусто и холодно без Дамира и его естества.

Бред какой-то.

Дамир же берет меня за руку, тянет на себя, помогая спуститься со стола, а затем ведет за собой в ванную комнату.

В душ мы забираемся вместе. Я не противлюсь уже ничему. Сон так сон.

Дамир помогает мне вымыться, выбирается из ванны, затем помогает это сделать мне и укутывает меня в полотенце. Снова целует, а затем как бы невзначай шепчет:

— Я узнал кто и для чего украл часы.

После чего подхватывает под ягодицы и выносит из ванны.

Он, судя по всему, несет меня в комнату на диван для очередного марафона, а я даже осознать услышанное не могу.

Что. Он. Сейчас. Сказал?

Часы?

Опять часы!

Даже сейчас все дело в часах?

Он узнал, что я не причем и решил, что теперь меня можно трахать?

Начинаю вырываться. Дамир, несмотря на это, доносит меня до комнаты, а затем как куль кидает на диван.

— Успокойся, — шепчет он.

— И не подумаю.

Встаю на диване, тычу пальцем в голую грудь Дамира. И чувствую себя хоть на чуть-чуть, но увереннее, за счет того, что сейчас я выше мужчины.

— Ты или расскажешь мне все или…

— Или? — Дамир вздергивает брови и усмехается. Так, словно я его забавляю.

— Или хотя бы извинишься! — взвизгиваю я.

Он мне полжизни переломал с этими часами. Да я чуть не умерла. Не задохнулась в пожаре, в том доме с его чертовыми свечами и канделябрами. А он так просто. Я знаю кто и что и… и все!

— Прости.

— Что? — ахаю я и округляю глаза.

Пока я мысленно распаляла себя, настропащая против Дамира, он вот так просто сделал то, чего я совсем не могла ожидать. Он извинился. И, судя по его взгляду, сделал это искренне.

— Прости, — повторяет он, как для маленькой, — что не поверил, и сделал твою жизнь невыносимой. Я был не прав. Поэтому решил загладить свою вину перед тобой и… поговорить я хотел еще позавчера. Когда все узнал.

Я киваю. То сообщение, утром после поездки в клинику.

— Расскажи мне, — я уже не визжу, не пищу, просто прошу.

Дамир обхватывает мой палец, который я все еще тычу в его грудь, подносит его к своим губам, облизывает и нагло произносит:

— Ты уверена, что это то, что тебе нужно? Время можно провести с гораздо большей пользой и…

— Расскажи, — стою я на своем, Дамир улыбается, в его взгляде читается, что иного он и не ожидал. Он прикусывает мой палец, и начинает рассказывать.