Плохое влияние

Глава 7

РИЗ

Не могу в это поверить! Это не может происходить со мной! Я слышу смех людей вокруг и

не могу не чувствовать себя униженной, а если этого было мало, мне еще и делают

фотографии, которые, черт знает, где окажутся. Может быть, они останутся в социальных

сетях и будут висеть в школе месяцами. Мой взгляд случайно встречается с Эросом, который смотрит на меня с беспокойством, не зная, что делать. Боже мой, как же стыдно, он видел всё! Я не могу не почувствовать, как ком поднимается по горлу, и мне хочется

заплакать. Я просто хочу попасть в туалет, чтобы избавиться от этой грязи.

Я игнорирую боль в левом голеностопе и бегу по коридору. Открываю дверь женского

туалета как можно быстрее и проверяю, чтобы внутри никого не было. Наконец-то я могу

спокойно вздохнуть и выплакаться.

Я сдерживаю рыдание, которое не могла больше скрывать, и когда смотрю на своё

отражение в зеркале, не могу не почувствовать, как внутри меня растёт ненависть и

обида. Что я такого сделала, чтобы со мной это случилось? Очевидно, что тот, кто это

устроил, не испытывает ни капли жалости.

Я собираюсь взять бумагу, когда дверь туалета внезапно открывается, и входит Эрос, тяжело дыша.

— Я знал, что ты будешь здесь, — говорит он, подходя ко мне. Я вижу, как он с

удивлением меня рассматривает, и мне становится еще более грустно. Я опускаю взгляд

на пол.

— Не смейся, пожалуйста.

— Что? Ты серьёзно, Риз? Я никогда бы не сделал ничего подобного, — бормочет он с

некоторым недовольством и серьёзным выражением лица. Он берет моё лицо в обе руки

и поднимает, заставляя меня смотреть на него. Я чувствую, как слёзы снова набегают в

глаза, но с трудом сдерживаю их, чтобы они не упали.

У меня комок в груди. Я ненавижу делать из себя посмешище. Это одно из тех вещей, которые я ненавижу всей душой. Отсюда и мой страх перед сценой и моя нелюбовь к

тому, что я одна из самых популярных девочек в школе. Так что это одно из худших, что

могло со мной случиться.

Я вырываюсь из его рук и снова опускаю взгляд.

— Ты не можешь быть здесь.

Мой отец приложил много усилий, чтобы устроить Эроса в эту школу, потому что сюда не

пускают людей, которые не зачислены в учебное заведение. Так что если кто-то поймает

его здесь, в женском туалете, это будет шансом избавиться от него.

— Мне все равно. Я не оставлю тебя одну.

Моё сердце сжалось, и я чувствую, что больше не смогу сдерживать слёзы. Я умываю

лицо, и едва закрыв глаза, мне кажется, что я снова слышу смех учеников, которые стали

свидетелями этой сцены. Одна слеза скатывается по моей щеке, и я надеюсь, что она

сольется с каплями воды.

— Эй, давай, Риз. Посмотри на меня, — говорит он, снова поднимая мой подбородок

пальцем. — Всё будет хорошо, мы найдем того, кто это сделал. — он меня успокаивает.

Мне странно видеть, как хорошо он со мной ведет себя и что он еще не сказал ничего, что

могло бы меня расстроить. Он выглядит совсем другим, невероятно внимательным, добрым и заботливым. Так сильно, что я не могу больше сдерживать слёзы. И я не могу

больше сдерживаться.

— Нет, Эрос! Ничего не будет хорошо! Посмотри на меня! Я ужасно выгляжу, и все будут

смеяться надо мной, пока не закончится учебный год! — начинаю кричать. И меня

удивляет, когда его руки обвивают меня, а одна из его ладоней берёт мою голову, прижимая меня к его груди. Что? Он меня обнимает? Я хочу что-то сказать, но мой рот

продолжает говорить сам по себе. — Я буду посмешищем для всех, и...

Эрос издает звук, чтобы я замолчала, продолжая гладить мои волосы, и мои слова

остаются в воздухе. Я всхлипываю и обнимаю его грудь под его черной кожаной курткой, как если бы это было единственное, к чему я могу ухватиться в этом урагане. Моё ухо

прижато к его сердцу, на идеальном расстоянии, чтобы слышать его удары, которые

постепенно снижают мою тревогу. Я глубоко вдыхаю, вдыхая его запах. Я не замечала, как он хорошо пахнет. Я закрываю глаза на мгновение, пытаясь успокоиться. Голова

раскалывается, и я чувствую, как будто сердце бьется прямо в мозгу. Но на мгновение, обняв его, кажется, что всё будет хорошо.

— Серьезно, тебе нужно пойти в класс, — шепчет он. — Занятия начались давно, и если

ты останешься здесь, будут проблемы.

Его рука снова гладит мои волосы, и я испытываю огромное желание прижаться к нему

еще сильнее. Но это было бы глупо, и я пожалею об этом, не могу поддаваться моменту.

— Нет. Я останусь с тобой.

В животе закружились бабочки. Что мы делаем? Я не должна чувствовать это. И тем

более по отношению к нему. Я приходила в себя. Что мы делаем, обнявшись? Нет, нет, нет. Это неправильно. Я не могу позволить себе чувствовать бабочек, когда он говорит

что-то такое, и делать вид, что все в порядке. Я резко отстраняюсь, и он делает шаг

назад.

— Тебе лучше? — говорит он немного растерянно из-за моей реакции.

— Да, — я откашливаюсь. — Да, все в порядке. Спасибо. — говорю, избегая его взгляда и

беря еще салфеток, чтобы вытереться.

Никто больше ничего не говорит. Мы решаем подождать до конца занятия, ведь лучше

нам получить отсутствие, чем если преподаватель узнает о случившемся и решит

сообщить об этом в школьный комитет. Это приведет к большему драме и риску, что его

отчислят. Эрос остается холодным и отстраненным. Он снова радикально изменил свое

поведение, и я даже не понимаю почему. Но мне хотелось бы узнать. Он кажется

поглощенным своими мыслями, словно что-то переваривает. Он даже не пытался меня

побеспокоить в последние занятия, и это уже о многом говорит.

Звучит звонок на последний урок, и все начинают выходить в коридоры. Я слышу смех и

шепот. Беги, беги, беги. Я опускаю голову, стараясь стать маленькой, и пытаюсь избегать

людей, которые двигаются по коридору и произносят комментарии с моим именем.

Рука хватает меня за руку, останавливая.

— Не будь ссыкухой, — произносит Эрос. — Люди не сводят с нас глаз.

— Что? — спрашиваю я в замешательстве.

— Не будь ссыкухой. Сделай мне одолжение, подними голову повыше и улыбнись.

Покажи этим придуркам, что тебе плевать на их комментарии.

Я удивляюсь, услышав эти слова от него, и обрабатываю их. Люди продолжают проходить

мимо и смеяться. Тогда я решаю, что Эрос прав. Я не могу не почувствовать жар, поднимающийся по моему животу, наблюдая за его губами и чертами лица, пока он меня

смотрит.

Боже мой! Что со мной сегодня?

Я вижу, как Джастин, мой бывший, подходит ко мне с колеблющимся выражением лица, и

сразу хочется блевать. Я не могу пошевелиться.

— Риз, тебе хорошо идет белый, — говорит он, проходя мимо и смеясь с друзьями. Черт

возьми...

Я вспоминаю, что сказал мне Эрос, и улыбаюсь ему.

— Спасибо, Джастин, жаль, что ты так и не увидел, как хорошо я выгляжу в нижнем белье,

— его друзья начинают выкрикивать всякие оскорбления в адрес парня и смеются с него.

— Всё было бы по-другому, если бы у тебя не было такого маленького...

На самом деле мы никогда ни до чего не дошли, но я знаю, что это то, что ранило бы

любого парня.

Люди вокруг слышат это, и все, включая его друзей, начинают смеяться. Джастин, кажется, хочет провалиться сквозь землю от стыда и злости, сжимая кулаки.

— Ты шлюха.

Я сглатываю. Люди уже начали собираться в круг, и на меня обращены слишком много

взглядов. Я собираюсь ответить, когда из-за меня протягиваются руки и прижимают

Джастина к шкафчику.

— Как ты её назвал? — Эрос держит его за воротник его рубашки "для богатых". Джастин

почти в воздухе.

— Я только сказал, как есть. — Улыбка на лице Джастина не исчезает.

— Отвали от нее! — шепчет он угрожающе, с сжатой челюстью и надувшейся веной на

шее. Его мускулы напрягаются, и я не знаю, что делать.

— Не знаю, кем ты, чертовски, себя считаешь... — говорит Джастин с частым дыханием.

Эрос начинает лишать его воздуха. — Но иди к черту.

Когда Эрос поднимает кулак, я уже понимаю, что будет дальше. Все мы понимаем.

Джастин плюет кровью в тот момент, когда кулак Эроса врезается в его щеку. Я закрываю

рот руками, не веря тому, что происходит.

Все ученики нас смотрят, скоро появится какой-нибудь учитель, и Эрос точно больше не

сможет войти в это заведение.

— Ты отвалишь от нее, или как? — Джастин дышит тяжело, но Эросу не нужно

останавливаться. Он держит его только одной рукой, в то время как другая рука у него на

бедре, а руки Джастина тщетно пытаются оторваться от него.

Я хватаю Эроса за плечи, пытаясь заставить его отпустить, но это бесполезно. Я обвиваю

его руками, упираясь в его спину и тяну его назад.

— Эрос, пожалуйста, остановись. Пойдем, пожалуйста, Эрос... Мы попадем в

неприятности. — шепчу я, прижимая щеку к его лицу сзади.

Похоже, он обдумывает мои слова, но продолжает смотреть на Джастина.

Он кидает на меня взгляд.

— Попроси прощения. — говорит он снова. Мои нервы только усиливаются.

— П-п-п... простите, — бормочет Джастин, почти задыхаясь.

Эрос отпускает его, и тело Джастина падает на землю. Его друзья подбегают, чтобы

проверить, в порядке ли он, а я стою в шоке.

Его взгляд пронизывает меня с яростью.

— Хорошо, что ты заплатишь за это, — говорит он едва слышно.

Я моргаю несколько раз. Что, черт возьми, он имеет в виду...?

Рука Эроса впивается мне в талию, и он толкает меня к выходу. Люди расступаются перед

нами, и Эрос быстро идет к парковке.

— Что, черт возьми, с тобой происходит? — спрашиваю я сердито, садясь в машину.

Он заводит двигатель.

— Я не собирался позволить ему так обращаться с тобой.

— Я бы сама за себя постояла! Не нужно было его душить! Что, если он подаст на тебя в

суд? — запинаюсь я.

Он пожимает плечами.

— Он это заслужил. — его глаза встречаются с моими на красном свете. — Никто не

причинит тебе вреда, пока я здесь.

Снова бабочки. Это ощущение тепла, поднимающееся по груди, и покалывание, которое

пробегает по позвоночнику, когда он это говорит. То, как я затаиваю дыхание, и как меня

поражают глухие вибрации, исходящие от его голоса... Я трясу головой.

Черт, Риз, тебе не может это нравиться.

Вечеринка Ариадны проходит у неё дома. Это огромный дом (не больше моего), но мне

он нравится. Он украшен праздничными декорациями, и людей тут полно. Музыка мне

нравится, хотя и не моя любимая. Мои подруги исчезли ещё давно, но мне всё равно, я

слишком сосредоточена на стакане перед собой и на том, чтобы его выпить. Люди

танцуют, пьют и целуются с другими у стен и даже на полу. Так много людей, что они даже

не обращают внимания на меня, ведь я сижу у бара, и единственный, кто со мной

разговаривает — это бармен, спрашивая, что я хочу выпить. Но мне нравится иногда

чувствовать себя изолированной. Единственное, что я не могу вытерпеть, так это то, что

Эрос продолжает флиртовать с этой глупой девчонкой.

Пейтон. Я помню её со школы, она была старше меня на несколько лет, и тоже была

популярной. Ну, не удивительно, с таким телом модели и ангельским лицом от Victoria's Secret... она точно заставит всех парней петь ей дифирамбы. Включая его. Она

перевелась в другую школу, когда её брат умер, но я не понимаю, что она делает на этой

вечеринке. И что она делает, разговаривая с ним.

Её тёмные волосы распущены, с локонами на концах, и она в чёрном обтягивающем

платье и туфлях на каблуках в два метра. Чёрт, она выглядит потрясающе.

— Хочешь что-то ещё? — спрашивает меня бармен.

— Да. То же, что и раньше, пожалуйста, — говорю я, имея в виду коктейль, который он

мне готовил. Я снова смотрю на них. Они с другими парнями, и Эрос обвивает руку вокруг

талии Пейтон, пока она смеётся над чем-то. И я злюсь. Хочется подойти и толкнуть её.

Эрос должен был бы защищать меня, а не быть с этой... с этой девчонкой! Не заводить

друзей! Чёрт возьми, он ладит со всеми! А я сижу здесь, одна, злая, когда должна бы

веселиться.

Что со мной? Я провожу руками по волосам, опираясь на бар.

Я — идиотка.

Мне нужно веселиться. Я буду веселиться. Я покажу ему, что я не маленькая девочка и

мне пофиг, что он с этой девчонкой вместо того, чтобы быть со мной.

— Эй, ты! — зову бармена. — Больше никаких коктейлей. Налей мне самое крепкое, что

есть.

Он кивает и начинает готовить напиток. Я вижу, как Джастин заходит в дверь с коробкой

пива и здоровается с друзьями. Наши взгляды встречаются, и я автоматически

отворачиваю лицо. Один парень проходит с подносом, полным шотов.

— Дай мне это, — говорю, беря один и выпивая его. Чувствую, как горячая жидкость

проходит по горлу, и мои глаза воспаляются. Я начинаю кружиться. Поворачиваюсь, и на

барной стойке стоит другой бокал. Я пью его. И ещё один. И ещё. И ещё. Я теряю счёт, сколько их было. Я не понимаю, что я делаю. Время летит быстро, а потом медленно, очень медленно... я танцую.

Нет, теперь я... что? Я целую кого-то? Нет, нет, нет. Да. Кто это?

Не могу ничего разглядеть. Мир — это вихрь ярких и дрожащих цветов, всё вокруг

двигается. Слышу смешанные голоса, музыку, постоянный ритм и шепот.

Вдруг я оказываюсь бегущей, мне не хватает воздуха, и я пытаюсь выбраться с полной

силой. Холодный пот стекает по лбу. Нога болит, но только когда я в панике бегу вниз по

лестнице, я чувствую себя в безопасности. Теперь я понимаю, что такое эта вечеринка.

Кто-то говорит со мной, Эрос дышит рядом, его дыхание крепкое и постоянное, и он

пахнет хорошо.

— Как ты вкусно пахнешь, — говорю я. Но не понимаю, кому, и не знаю, где нахожусь.

У меня тошнота, и я нахожусь в состоянии головокружения. Всё вокруг меня двигается

слишком быстро. Кто-то нежно обнимает меня за талию, и тёплая волна проходит по

моему телу сверху вниз. Вдруг я иду к машине. Я пугаюсь. А что, если меня похитят? Я

пытаюсь бежать, но падаю, и ситуация кажется мне такой смешной, что я смеюсь. Я

продолжаю говорить с ним. Я просто надеюсь, что не скажу и не сделаю ничего глупого и

не буду сожалеть об этом, когда проснусь. Но я думаю, что уже слишком поздно.