Побег из рая

Глава 35

Ни к какому решению я так и не пришла. Доверие – вещь сложная и не появляется в один день. Но и просто так оставить его на верную смерть, не дав даже шанса, мне казалось слишком жестоким и безумным, а потому я приняла половинчатое решение:

– Риан, я не могу дать тебе позволение работать самостоятельно, но и не хочу, чтобы ты целыми днями сидел взаперти. Кроме того… – я невольно поморщилась, вспоминая масляные взгляды Вайдоса, – там есть один липкий тип… Можешь сопровождать меня на работу.

Не знаю, понравился ли ему мой ответ, но возражать он не стал и просто кивнул, соглашаясь. Вечер я провела, пытаясь вникнуть в законы Аркеро. Все же мои знания были весьма поверхностны, и сейчас я пыталась нырнуть глубже. Это оказалось довольно сложно: я буквально вязла в официальных формулировках и нудном канцелярском слоге. И приходилось перечитывать страницу снова и снова.

Чем занимался Риан – понятия не имею, но вот с утра он повёл себя довольно интересно.

Во-первых, когда я проснулась, меня уже ждал горячий завтрак. Во-вторых, пока я принимала душ и одевалась, он приволок на кухню и выложил на столе все эти жутковатые штучки, а когда я собралась выходить, позвал:

– Ярис, я хочу, чтобы ты посмотрела на это. Я дам тебе любые нужные пояснения, но мне требуется твоё разрешение на пользование.

– У нас всего минут пять, сейчас подадут флай.

– Мы успеем.

Дальше последовала торопливая и очень плотная лекция о том, какая фигня для чего предназначается. Среди прочих железок и пластмасок там нашлась и весьма современная версия комма. Мне пришлось активировать её, хотя я и испытывала некоторые сомнения.

А вот посмотреть, как Риан располагает на своём теле всё это барахло, все же стоило! После того, как я активировала комм и сказала «да», он снарядился буквально за пару минут, и его действия, отточенные до какого-то немыслимого совершенства, больше всего напоминали работу механизма. Он с такой скоростью и чёткостью располагал все эти приблуды на своём теле, не делая ни одного лишнего движения, что я невольно улыбнулась: это походило на какой-то отрепетированный фокус или цирковой номер.

Первой на висок легла та самая полусфера с биоприсоской, а вторую, гораздо более плоскую, он прикрепил мне на шею сзади, аккуратно подняв волосы и не позволив мне даже успеть испугаться…

– Так я всегда буду знать, где ты находишься. Это на случай похищения или какой-то другой неприятности.

Пока он говорил, руки его продолжали действовать автоматически: на пояс, почти сама собой, прилипла кобура, на запястье под свитером защёлкнулся какой-то браслет, несколько чёрных шариков с красной каймой склеились в цепочку и устроились на щиколотке под брюками, какая-то мелкая штучка, которую я не успела даже рассмотреть, спряталась на мочке его уха с обратной стороны...

Серия точных, идеально выверенных движений завершилась, и Риан, оценив выражение моего лица, с улыбкой сказал:

– Я готов. Мы можем идти.

Прибыв на работу, я оставила его в кабинете: мне было неловко таскать его за собой. Ему это не слишком понравилось, но возражать он не стал, а я отправилась знакомиться со своим непосредственным начальником – на первую планёрку. Так и продолжалось примерно неделю. Риан сидел в кабинете и, скучая, смотрел какие-то визио. Я занималась делами, вникая в свои обязанности, и не всегда даже успевала пообедать: дел было много, часть – весьма запущена.

* * *

Семья Раффайл, которой принадлежал Эглус, мой непосредственный начальник, являлась достаточно старинным, но обедневшим аристократическим родом. Предприятие, на котором я должна была работать, принадлежало семье уже долгие годы, но только на десять процентов. Эта сумма не давала им возможности поддерживать требуемый образ жизни, и членам семьи приходилось работать. Идея зарабатывать трудом, ясное дело, не встречала энтузиазма, и, как я поняла, получая довольно приличную зарплату, Эглус сваливал всё, что можно, на своего заместителя. В данном случае – на меня.

Это был довольно высокий, как и многие аристократы, но слегка разжиревший мужчина, выглядевший лет на сорок пять. Вальяжный и спокойный, если его не заставляли работать или принимать какие-то решения, но быстро превращающийся в брызгающую от злости слюнями скотину, если работать всё-таки приходилось. Даже такую простую вещь, как подписание приказа, он воспринимал как личное оскорбление и злился на того, кто подсовывал ему комм.

Благо, что весь документооборот был в электронном виде, и орать на меня он мог только по связи.

Мне приходилось заключать множество мелких договоров на поставку биоразлагаемого мусора. Звучит, конечно, несколько пафосно, а по сути я скупала у местных пищевых заводов обычные отходы. Например, чтобы добавить на наши поля калий, фосфор и магний, я покупала шкурки фрукта, больше всего напоминающего банан. Всё это добро привозилось на специальный участок, заквашивалось в огромных чанах, а перебродив, шло в анализаторы, где определялся количественный и качественный состав. И только затем, разбавив вонючую жижу до нужной консистенции, ею поливали поля.

Проблема была в том, что все эти поставки были сезонными, а кроме полей у нас существовали ещё и гигантские теплицы, поставляющие фрукты и овощи на стол императрицы и аристократов в необходимых количествах в любое время года. Так что органические удобрения приходилось составлять самой, внимательно отслеживая состав, и без конца рыться в комме в поисках новых источников отходов с нужными параметрами. К сожалению, далеко не всё годилось на необходимые в данный момент удобрения.

И поля, и теплицы тщательнейшим образом охранялись, и чтобы попасть туда, требовалось разрешение Эглуса, которое выдавал он крайне неохотно. Каждый раз приходилось настаивать и спорить, перебарывая его психи.

Поскольку нехватка удобрений приводила к тому, что плоды или получались невкусными, или быстро теряли товарный вид из-за появления пятен и снижения срока годности, то навещать поля и теплицы мне требовалось достаточно часто, так что к концу недели нервы у меня были изрядно вымотаны. А дома меня ждал свод законов Аркеро, который я уже искренне ненавидела…

И если бы не Риан, получение каждого такого разрешения окончательно превратилось бы в цирковой номер. Он вмешался только один раз, но очень кстати...