Попаданка со скальпелем

35. Маскарад. Часть 2

Стену облепила тонкая магическая сеть, в которой считывалась едва ощутимая аура Данте. Вероятно, он накинул временную сеть на всех присутствующих, чтобы дать мне уйти без последствий.

Тупой я не была, поэтому надела маску, снятую на время операции, и рванула вперед с доступной мне скоростью. Только не в общую залу, а к боковым дамским комнатам, где можно было немного отдохнуть и спокойно перекусить. В отличие от Дана, я знала, что в ближайшее время мне ничего не грозит.

Кажется, дар очень заинтересовал императора, и пока он в моих руках, я буду в безопасности.

Память меня не подвела, и спустя пару коридоров, поворотов и лесенок, я добралась до ювелирно скрытых ниш, идущих серией вдоль стен. Здесь не было дверей, были лишь бархатные шторки, надежно скрывающие пространство от лишних глаз. Вейры, желающие остаться наедине, обычно ставили магическую печать на входе, чтобы их не беспокоили. И…

Большинство ниш были заняты. Ювелирный балкончик в ночной сад между двумя постанывающими пространствами.

Пока я оперировала, маскарад плавно перешел в очень томную фазу. Большинство драконов наелись, натанцевались, наигрались в шарады и возжелали приключений. С чужими женами, любовниками или понравившимися девочками из прислуги. И теперь все они сидели по своим нишам, стараясь донести до окружающих, что им хорошо.

Драконов это не смущало. Взвесив плюсы и минусы своего балкончика, я решила, что меня тоже. Есть хотелось больше.

Быстро набрала на изящной, встроенной в стену тумбе, декорированной под затейливый старинный комод, заказ, взяв мясо, салат и кофе. А вот перекусить уже не успела. Только вилку взяла, когда шторка нежно колыхнулась.

Внутрь просочилось несколько дракониц, демонстративно замявшихся на порожке.

- Мы не думали, что здесь занято, - пискнула самая смелая из них.

На магическую печать у меня не хватило сил. Так что нишу справедливо сочли свободной. К тому же, что таить греха, до операции Лима я рассчитывала прозондировать почву в местном цветнике. Другой вопрос, что прямо сейчас я была на последнем издыхании от усталости.

Магический резерв понемногу заполнялся, но на ближайшие полчаса - я не человек, а вареная тряпочка.

Я посмотрела на вейр, потом на стейк. На стейк - с огромной нежностью. После взяла себя в руки и любезно пригласила вейр войти:

- Конечно, вейры. Я не буду против небольшой кампании.

Столиков на балкончике было три, поэтому можно было и поделиться пространством с парой замученных балом девчонок. Может, им туфельки натерли, может, они кофейку хотят.

Вейры бочком втиснулись в нишу и с некоторой опаской защебетали, что они очень благодарны, что я очень добрая, что меня угостят драже и мармеладом. И что скоро придут их кавалеры. И подруги. И мы весело раскинем картишки или поиграем в шарады.

Видимо, под стоны в соседних нишах. Что может быть приятнее?

Что отдохнуть мне не дадут, я поняла, когда наши столики оказались сдвинуты и завалены сладостями, магическими шариками, создающими приятный полумрак, картами, фишками, какими-то картинками для местной игры.

На балконе стало не продохнуть от количества набившихся внутрь молодых дракониц и драконов.

Под шумок я тихо умяла стейк и выпила две чашки кофе, и с удовольствием откинулась на спинку стула.

Я знала эту симпатичную молодежь. Окружение красавицы Эдит. Свита. Хвост. Малышня, искавшая внимания скучающей высокомерной вейры, покорившей их ранней взрослостью и жестким остроумием. Знали бы они…

Но они не знали. Никто не знал.

- Ходят слухи, что Аргаццо отозвали доказательство вины вейры Фанза, - наконец осмелился кто-то из молодых драконов. - Она будет восстановлена в правах.

- Это пока слухи, - неуверенно поддержал кто-то из вейр.

Драконы замерли, а я неспешно поставила чашечку из уникально тонкого фарфора на блюдце, наслаждаясь театральной паузой.

- И я слышала такие слухи, - подтвердила ласково. - И, думаю, они не беспочвенны.

Драконы дружно вздохнули. Это был такой общий синхронный вздох, словно колыхнулась ткань самого воздуха.

- Мы не верили, - вдруг сказала одна из девиц в неожиданно стильном темно-синем бархатном платье. - Некоторые из нас поверили, но мы - нет.

Она обвела рукой кружок, давно вытекший за пределы ниши, поскольку уместиться здесь было делом не из легких. Драконы не отрываясь смотрели на меня.

Правила маскарада запрещали открыто называть имена и связанные с этими именами события, но не узнать хоть кого-то в тонкой полумаске было бы верхом наивности. Но я ждала враждебности, злобы, торжества. А получила поддержку. Это было настолько больно, что сдавило грудь.

Эдит умерла одинокой, взяв на себя столько ненависти, а у нее, оказывается, были друзья. Пусть и очень… своеобразные.

- А, плевать! - вдруг сказал какой-то симпатичный юнец. - Плевать на все, вейра Эдит. А только если лорд Серебрянных земель откажется от тебя, выходи за меня. Я богат, я выстелю твой путь золотыми монетами, раз ты не любишь цветов.

Он сорвал маску и рухнул передо мной на одно колено.

Я посмотрела на симпатичное отчаянное лицо и решила, что он чокнутый. По воспоминаниям Эдит он делал ей предложение дважды, и второй раз и вовсе в присутствии собственной невесты. И невеста даже не пикнула. Она считала совершенно нормальным, если ее выкинут, как смятую бумажку ради Эдит Фанза.

Серьезно, это же ненормально! Этим детям нужна помощь. Лечение от аддикции или вроде того.

Вместо этого я совершенно незнакомым кошачьим движением подцепила красавчика веером за подбородок и засмеялась:

- Ни в коем случае. Дан куда краше.

Все. Теперь и по мне клиника плачет.

Раньше мои хищнические инстинкты просыпались только в присутствии Данте, а теперь я научилась флиртовать со всеми подряд. Вот что Вальтарта делает с порядочными женщинами.

Драконир уныло поднялся, его сразу захлопали утешающе по плечу, засмеялись, словно услышав отличную шутку. Но я-то видела: отчаяние в его глазах было всерьез, и тоненькая вейра, стоящая с ним рядом, вдохнула с облегчением тоже всерьез.

И смотрели на меня теперь немного удивленно и радостно.

Настоящая Эдит была несчастливой и злой. Я показалась им мягче.

- Мы подавали прошение, - на меня тут же посыпались признания. - Мой отец - член Совета, и если это вина клана Аргаццо, можно вынудить их признать вину!

- Верно! Обвинить вейру Эдит, а после вдруг потерять доказательства! Это выглядит очень странно.

Этот час прошел как в тумане.

Наверное двор был адом для Эдит. Если за пределами избранного круга ее ненавидели и завидовали, то здесь ей поклонялись, как святыне. До такой степени, что если я завтра введу в этот круг Данте Аргаццо, они станут поклоняться и ему. Просто потому что я так сказала.

Только меня это не сильно радовало.

Семидворье было местом, где влюбленность в Эдит граничила с объективацией, а поклонение с насилием. Эдит создала монстра, но не умела им управлять, что совершенно нормально для травмированной личности.

А ведь за пределами их мелкого прудика водились акулы покрупнее. Тот же Дан, формально совпадая с молодыми драконами возрастом, был игроком первой лиги наравне с императором, Вархами, Остадшем. Для нее это был бы хороший, сильный брак, пусть даже без любви.

- Не будем говорить о плохом, - постановила я с улыбкой, но достаточно жестко, пока заверения в любви и верности не пересекли границу здравого смысла. - Лучше всего на маскараде удаются шарады, поэтому…

Кто-то из дракониров неудачно споткнулся, шумно зацепившись за декор на стене. После ещё одна из дракониц отскочила вбок. Драконы замерли.

На балкончик вышла совсем юная вейра в подчеркнуто дорогом платье и белой маске, осыпанной бриллиантами.

- Здравствуй, сестра.

Она медленно стянула маску, взглянув на меня жестокими синими глазами. Ее мать - моя мачеха - имела иномирную кровь в родне и передала ген редкой для драконов внешности своей дочери. В груди болезненно сжалось.

Я понятия не имела, чего от нее ждать. Мы не особенно ладили. Точнее, совсем не ладили. Она была невысокого мнения о поведении Эдит, позорившей достопочтенную семью.

- Здравствуй, Лис.

Я механически раскрыла веер, включая древнюю как мир защиту. Вряд ли она скажет мне что-то приятное.

- Я пришла сказать, - она шумно сглотнула. Ее взгляд метнулся по лицам, а после вернулся ко мне. - Я пришла сказать, что два месяца назад состоялась моя помолвка с Данте Аргаццо, и я не собираюсь возвращать его тебе. Даже если ты будешь меня ненавидеть.

А… Так вот кто у нас счастливая невеста. Удачный выбор. Красота Лис в сочетании с трогательной невинностью и чистотой. Ну и деньги. Деньги лишними не бывают.

Я была просто обязана ее уничтожить. У меня просто-напросто не было выбора.

Рот разошелся в ядовитом оскале. Гнев, который я так долго держала в узде, вырвался намешливым:

- Ох, Лис, ты собралась донашивать моего бывшего?

Мои верные вассалы тихо засмеялись. Я их не остановила, позволяя смеху стать громче. Ярче. Оригинальная Эдит не пользовалась орудием, созданным ее собственными руками. Я же - не такая разборчивая. Если меня кусают, я кусаю в ответ. Каждому по делам его.

Лис дрогнула. Но не ушла. Выдвинула по-детски нежный подбородок, как раззадоренный бульдог.

- Помолвка, однако, состоялась, и у нее есть твердый статус. Надеюсь, ты хотя бы это понимаешь.

Гнев поднял огненную голову, и я уже не могла его усмирить. Мы же, ифрит все подери, сестры. Ты могла бы быть со мной чуть помягче!

- Не стану спорить, - сказала уже холоднее. - Коли понравится тебе ложиться в постель вейра, которого я вычерпала до дна и который ищет меня в любом отражении, то изволь.

На Лис было так жалко смотреть, что я отвела взгляд и увидела Дана. Он стоял, оперевшись плечом о вход, и задумчиво меня разглядывал. Молодняк в полном восторге пялился на его лицо.

Пищать от ужаса было поздно. Я нагло ткнула в его сторону сложенным веером:

- Подтвердите-ка, вейр Данте.

Его губы разошлись в знакомой мне опасной усмешке, от которой больно и сладко кололо в груди. Он медленным скользящим шагом прошел вперед, и сразу стало понятно, насколько он отличен от собственных сверстников, рожденных в позолоченных пеленках. Опасный, жесткий, знающий цену словам.

Полагаю, сейчас мой личный палач пребольно щелкнет меня по носу. Не до крови, но так, чтоб не забывала места. И мы, наконец, поругаемся. Я давно хочу, но Дан словно чует и избегает конфликта с увертливостью сойки.

Облегчение напополам с ужасом сжало меня в тиски.

- Истинная правда, вейра Лис, - он обошел по кругу окаменевшую сестру, не отводя от меня тяжелого взгляда. - Ваша ужасная сестрица съела мне весь мозг серебряной ложечкой. Я вынужден находиться рядом с ней круглые сутки, чтобы хоть что-то соображать, так что не обессудьте.

Лис даже не осмелилась поднять на него взгляд. Только сжала платье пальцами покрепче.

- Эта помолвка одобрена императором, - сказала она глухо. - Хотите вы или нет, а вам следует подчиниться.

Дан недоуменно вздернул темную бровь, став на секунду похож на золотоволосого демона.

- А ваш отец-то, чудесная вейра Лис, что думает об этой помолвке?

Лис бросила на меня затравленный взгляд. Губы у нее сжались в скобу.

- Какая разница, что думает отец? Он подчинится приказу Его Величества, но я… Я иду на эту помолвку добровольно и буду Вам доброй женой. Со временем вы забудете предательство Диш, и полюби…

Дан скучно отмахнулся, словно в один момент устал слушать ее объяснения. Он неожиданно ювелирно извлек меня из-за столика, без всякого стеснения помогая расправить платье.

- Но помолвка уже была заключена! - выкрикнула в отчаянии Лис.

- Была или не была, - Дан ухватил меня за руку, вынуждая пройти к выходу. - Что толку от новых договоренностей, если старые не разорваны? Я не подписал расторжение предыдущей помолвки, так что о чем бы вы не столковались с императором, власти надо мной ваше чириканье не имеет.

Он потянул меня за собой, и я послушно потащилась за Даном, успев состроить двусмысленную лукавую улыбку своей верной напомаженной армии.

Едва мы выбрались из коридора, наводненного придворными, за спиной раздался дружный восхищенный выдох. Дан словно не услышал. Покосился на меня хмуро. Губы разошлись в полузабытой обаятельной улыбке:

- Клан Фанза вырастил весьма зубастую фиалку. Ты очень мило меня ревновала.

Ревновала? Я?

Я едва не задохнулась от искреннего возмущения. Подобно любой беззащитной особи я сражалась тем орудием, которое мне хватит сил поднять. Это вопрос контроля и власти, а не любви. Не ревности! Дану ли не знать.

Мне едва хватило ума остановиться от возражений. Судя по физиономии, Дан их только и ждал.

- Думай, что угодно, - сказала с каменным лицом.

- Думаю, - с доводящей до бешенства улыбкой тут же сообщил Дан.

Убить его, что ли. Отрезать ядовитый язык. У меня и скальпель есть…

Мы спустились в танцевальный зал, снова влились в ряды бешеной драконьей пляски, и вокруг нас начался очередной аншлаг. Не каждый день, наверное, самый сильный дракон страны отплясывает, как обычный вейр, у которого из забот только выбор запонок к обеду.

Тут было уже привычнее. На меня мгновенно налипли ненавидящие и завистливые взгляды, и я мгновенно собралась. Оказывается, уютно было только внутри моей маленькой армии, которая пока ещё не подоспела к нам с балкончика.

- Какое милое бесстыдство, - протянул кто-то поодаль, едва Дан отошел на пару сантиметров за креманом, как называли здесь аналог земного шампанского.

Я чуть скосила взгляд на общительную даму, опознав кудряшки одной из светских противниц Эдит Фанза.

- Верно-верно, - тут же заторопилась ее подруга. - Ещё неизвестно, что за аферу провернула эта Фанза, стараясь вернуться в достопочтенное общество.

Говорили она поспешно, глотая звуки. Боялась, что Дан вернется раньше, чем она договорит.

Эдит ввязалась бы в дуэль, а я промолчала. Только загадочно улыбалась ядовитым вейрам. А когда злоба начала зашкаливать, стала улыбаться сопровождающим их драконирам, мельком оглядывая танцевальную залу.

Драконы, приближенные к императору, держались особняком. Черные маги, члены Совета и следственного отдела, министерства магии, секретари, даже их прислуга образовали собственный круг. Дан перебросился с ними парой слов и легко отошел, хотя один из вейров прихватил его за рукав. Бокал шампанского обошелся Дану слишком дорого. Его буквально взяли в капкан.

Несколько секунд я наблюдала за ними, пока вдруг не поняла, что они… наблюдают за мной.

В груди нехорошо дрогнуло. Они смотрят, потому что я веду себя нетипично? Не вешаюсь на мужиков, не скандалю с Даном, не ввязываюсь в ссоры. Среди них полно сторонников императора, но тех, кто действительно знает о происходящем, наверняка, единицы. Штучные люди на ключевых политических точках. Незаметные, незаменимые, неброские. Императору несложно заполучить такую невидимую должность для своих верных слуг. Они сейчас тоже стоят в этом кругу, разглядывая Дана и меня.

Я стыдливо отвела глаза и, не глядя, подарила улыбку ещё одному вейру, уставившемуся на меня, разинув рот. Ну что за невоспитанная особь! Пришлось перевести взгляд на парня с нервами покрепче.

Одну из особо нежных улыбок, которые я рассылала налево и направо, застукал Дан. Он все же сумел отвязаться от заклятых друзей и отбить мне бокал игристого, но пришел невовремя.

Лицо у него сделалось совершенно пустое, а у меня засосало от ужаса под ложечкой. Он без разговоров опрокинул в рот принесенный креман, а другой рукой крутанул меня в танцевальном па.

- Сначала ты улыбалась кому попало, потом вопреки моему желанию отправилась к императору, едва выкрутилась на операции, - педантично перечислил он мои грехи. - Собрала около себя целое сборище влюбленных недоумков, а едва я тебя вытащил, взялась строить глазки чужим мужьям. Диш, по тебе снова плачет монастырь.

Глаза у него горели гневом. От лазерного блеска где-то глубоко в груди таяла ледяная скорлупа. Драконица нежилась в солнце его любви, хотя, возможно, Дан даже не понимал этого. Он бесился всерьез.

- Ты очень мило меня ревнуешь, - вернула я упрек.

- Нисколько, - тут же отрезал Дан. - Ты принадлежишь мне, и я только обозначаю границы своих владений.

Язык - его враг. Надо было его всё-таки отрезать. Лихорадочное веселье, которое мне едва удалось ощутить на вкус, ушло.

Я остановилась прямо посреди танца, опустив руки. Беснующаяся разноцветная, переливающаяся дорогими камнями толпа обегала нас, подобно раздвоенной речке.

- Я не вещь, чтобы мной владеть, - сказала членораздельно. - Не раб, чтобы мной пользоваться. И не твой психоаналитик, чтобы выслушивать детские истерики. Я наемный работник, не более того. Ты взял меня в клан, чтобы мой дар нес славу имени Аргаццо, но давай-ка кое-что проясним. У тебя нет прав ни на мое тело, ни на мой ум.

Дракон Дана глухо взвился и пал, придавленный железной лапой хозяина.

- Вот как? - Дан растянул рот в угрюмой усмешке. - Решила снять маски, едва дорвавшись до музыки и танцев? Что ж. Давай кое-что проясним. Ты останешься в Аргаццо навечно. Станешь моей женой, будешь растить наших детей, будешь вышивать цветочки, или что там вышивают хорошие жены? Ну или заниматься хирургией, я не буду препятствовать тебе…. Но другим вейрам ты улыбаться больше не будешь. Улыбайся мне одному.

Я расхохоталась.

Это правда, правда-правда, было очень смешно.

- Как ты себе это представляешь, Дан? Женится на вейре, которая разрушила твой клан, убила друга, отца, Крыло?

Дан на секунду дрогнул. Я поймала открытую беспомощность в летних глазах.

- Мы уладим эти разногласия со временем, - с открытым холодом сказал он.

С каким, господи, временем? Смерть нельзя уладить.

Договорить я уже не успела. Дан просто подхватил меня на руки и в прыжке раскрыл крылья. Мы вылетели в одно из гигантских, распахнутых в ночной сад окон, и вслед нам несся восторженный визг и одобрительные вопли драконов.

- Нам нельзя ссориться, - сказал Дан глухо. - Поэтому не говори ничего, пусть все идет… как идет. Ты ведь встретила его, верно? Того, кто… Подожди, не отвечай, я это просто так спросил. Я помню, что отвечать нельзя.

Он закопался носом в мои волосы, согревая шумным дыханием.

- Да, - ответила тихо. - Встретила. На этот вопрос я могу ответить.