После развода. Верну тебя, жена

Глава 16

Слова мужа звучат жалко. Меня от него тошнит, и он это видит. Так что почти сразу уходит, оставляя меня наедине с собой. Мне даже орать на него не приходится.

Вот только на следующее утро, стоит мне только расслабиться, как он снова появляется на пороге. На этот раз с огромными пакетами продуктов, которыми забивает холодильник.

— Долго ты собираешься шастать сюда, как к себе домой? — злюсь я, раздражаясь от одного его вида. Уж ничего не говорю про запах. Раньше он мне нравился, а теперь стойко ассоциируется с изменой и предательством.

— Это и есть мой дом, — отвечает уверенно Вадим, и я сжимаю челюсти. Не от гнева, а от того, что он прав.

— Тогда я съеду, — выплевываю я и, громко топая, ухожу из кухни.

— Не дури, Насть. Ты на шестом месяце, начинается третий триместр. Я должен быть рядом, чтобы быть если что на подхвате.

— Что должен, от того освобождаю, — машу я рукой и злюсь сильнее, что он идет за мной следом.

— Насть.

— Отстань от меня! Долго ты собираешься портить мне настроение и жизнь? Ты не видишь, что меня от тебя воротит? — кричу я, не сдержавшись. — Меня тошнит при виде твоей физиономии. Ты мне противен!

Не знаю, что на него действует сильнее. Мой крик или мои слова. Он будто цепенеет, мышцы лица деревенеют, а в глазах появляется холод. Больше никаких эмоций, только маска, которую он цепляет на себя, чтобы не быть передо мной в таком уязвимом положении, как раньше.

— Продукты в холодильнике, Насть, — цедит он сквозь зубы, разворачивается и наконец уходит.

Когда раздается хлопок входной двери, я вздыхаю от облегчения, но довольно быстро осознаю, что так больше продолжаться не может. Это сейчас он разозлился и ушел, но я слишком хорошо знаю Вадима, поэтому уверена, что он отойдет, остынет и снова станет ходить сюда. И никакой разницы не будет, что живет он теперь в другом месте. В его понимании наша размолвка временна, он надеется со дня на день вернуться, а мне надо окончательно и бесповоротно дать ему понять, что всё кончено.

Собираю сумку и кладу туда все самое необходимое. Поеду к родителям. Они самые родные мне люди, примут меня беспрекословно. Там я хотя бы отдохну от суеты мегаполиса и точно смогу быть уверена, что в любой момент не зазвонит дверная трель, а за ней не окажется ни мужа, ни его секретарши, у которой явно не все дома.

Когда я уже надеваю обувь и подхватываю небольшую сумку для поездки, происходит самое страшное, что я могла вообразить.

Кто-то стучится в дверь.

— Хватит уже, Вадим! Сколько можно?! — рычу я и толкаю дверь наружу.

Вот только на лестничной площадке стоит не муж. Нет. Там моя подруга Света. В ее руках торт, в глазах чувство вины, губы слегка приподняты и дрожат, а вот я впервые не ощущаю при виде нее радости.

Она вдруг вызывает у меня отторжение, которое меня даже не удивляет. После слов Вадима я хоть и не верю ему до конца, но меня берут сомнения. Не взял же он те россказани про нее из головы. Да и зачем ему мне врать?

Я не готова даже самой себе признаться, что он мог говорить чистую правду. Ведь это будет означать, что никакой лучшей подруги у меня нет. Если она кидается на моего мужа и пытается за моей спиной затащить его в постель…

Это будет куда более отвратительно, чем поведение секретарши Оли, которая мне вовсе чужой человек.

Света — мне самая близкая подруга, и такой подлости именно от нее я ожидаю меньше всего. Но есть один нюанс.

Она никогда не давала мне повода думать, что ей нравится Вадим. Наоборот. Она всячески принижала его в моих глазах, выставляла в дурном свете и бесконечно выискивала его недостатки.

Они были как кошка с собакой. И если еще сутки назад я с уверенностью могла сказать, что Света питает к Вадиму неприязнь, то сегодня я в этом уже сомневаюсь.

— Насть? — удивленно протягивает она, разглядывая сумку на моем плече. — Ты куда-то собралась? Съезжаешь от Вадима?

Я внимательно наблюдаю за ней, особенное внимание уделив глазами. Мне кажется, или они блеснули довольным хищным блеском? Даже губы, казалось, изгибаются уже не в фальшивой улыбке, а во вполне искренней и широкой.

— Нет, — спешу я ее разочаровать. — Еду временно к родителям.

Я немногословна, вижу, что Свете любопытно и она вытягивает шею, заглядывая внутрь квартиры. Мне же становится вдруг неприятно, словно она хочет своими грязными ногами потоптаться на моей территории.

— Ты что-то хотела, Свет? Я спешу.

Я закрываю дверь на ключ, не собираясь давать и шанса убедить меня задержаться. Вдруг возникает невольная мысль, которая терроризирует мой разум. Иногда в доме я находила иглы и странные предметы, что всегда вызывало у меня удивление. Ведь дома у нас практически никто не бывает. Только Света.

На нее я никогда бы не подумала, а сейчас вдруг сердце колет от нехорошего предчувствия. А что если это и правда она? Но разве можно так хорошо притворяться, а самой желать тебе самого страшного зла?

— Да думала поддержать тебя, взбодрить. Муж ведь к секретарше уходит, и врагу такого не пожелаешь.

Вся надежда, что она хороший человек, испаряется. Она старательно изображает расстройство, но я вижу, как она тщательно сдерживает довольный смех. И как я не замечала этого раньше? Неужели была настолько слепой?

— Вадим не уходит к секретарше, — говорю я спокойно и наклоняю голову набок. Прикрываю одной рукой живот на всякий случай, от этой женщины, как оказалось, много чего можно нехорошего ждать. — Но ты это и так знаешь, разве нет, Свет?

— Что? — удивляется она растерянно, и здесь уже не играет. И правда изумлена моим вопросом.

Я застала ее врасплох и не собираюсь отступать. Хочу узнать всё здесь и сейчас, не дать ей возможности собраться с мыслями и соврать мне.

— Как давно ты пытаешься увести у меня мужа, Света?