После развода. Я тебя верну

=40=

Завтрак прошел хорошо.

Даже кислое выражение лица Юлианы не могло испортить мое настроение. Только не теперь. Малыши вернулись. Лишь это меня сейчас волновало.

Мои дети снова со мной. Остальное не имело никакого значения. Смотрела на них и не могла насмотреться. Другие мысли попросту отступили. Здесь и сейчас меня уже совсем ничего не тревожило.

Не хотелось омрачать такой светлый момент.

И я не могла не заметить то, как поладил с детьми Арсанов. Если в прошлую встречу мои малыши совсем его не принимали, то теперь все поменялось.

Конечно, ведь Давид их спас. Забрал из той чертовой “белой комнаты”.

И тут я уже не могла не напрячься. Мысль полоснула по больной точке.

А вдруг в этом и заключался план Арсанова? Похитить малышей, а после представить все так, будто он герой. Спас детей. И для них, и для меня Давид представал в совсем другом свете.

Так? Да. Здесь не поспорить.

Видимо, от этого осознания мое лицо настолько сильно поменялось, что бывший это заметил.

— Ира, тебе плохо? — спросил он.

— Нет, — пробормотала. — Все в порядке.

— Ох, твоя Ирина всегда была такой болезненной. Даже странно, что она смогла родить тройняшек. С ее-то здоровьем.

Юлиана не упустила случая вставить колкость.

— С моим здоровьем все нормально, — бросила холодно.

— Мам, а кто эта злая тетя? — Анюта нахмурилась. — Почему она так странно на тебя смотрит?

— Я твоя бабушка, милая, — буквально пропела Юлиана.

— Нет, — Анюта нахмурилась и покачала головой. — Ты не можешь быть моей бабушкой. Так не бывает.

— У твоих детей манеры как у тебя, — фыркнула Юлиана. — Ничему не удивляюсь. Такие же грубые…

— Ты собиралась прогуляться, — резко оборвал ее Давид.

— Нет, сынок.

— Да.

Под взглядом Арсанова женщина все же поднялась. Немного помедлила, а после как рассерженная мегера бросилась прочь.

— Я не ждал ее визита, — сказал Давид.

— Не важно, она же твоя мать.

Завтрак продолжался, а мысли мои унеслись прочь отсюда. Ощущение безмятежности растворилось, причем так словно ничего и вовсе не было.

Конечно, дело было совсем не в Юлиане.

Арсанову доверять нельзя. После того, как я нашла у него те вещи в сейфе. Если он и правда выдавал себя за Монаха, то…

Ох черт. Я же не вернула ту проклятую коробку обратно.

Мысль обожгла.

Арсанов еще не был в своем кабинете. Но он наверняка отправиться туда сразу после завтрака. Решит проверить какие-нибудь документы. Да элементарно просмотреть почту на компьютере.

И все.

Он сразу поймет, что я все узнала.

Ладно, допустим, он вряд ли полезет в сейф. Если только ему не потребуется срочно примерить на себя роль Монаха. Снова.

Но четкой уверенности у меня все равно не было.

А может и не стоит ничего от него скрывать? Может и лучше все сразу выяснить? Прямо задать ему вопрос?

Но я не доверяла Давиду. Ни капли.

Кто знает, что он замышлял?

Лучше всего вернуть ему все те вещи. Так он и не поймет, будто что-то пропало из сейфа. И чем быстрее я это сделаю, тем больше шансов оставить все в тайне.

Сердце разрывалось на части.

Как я могла сейчас оставить малышей? После нашей разлуки? После всей этой безумной тревоги?

Просто подняться. Уйти.

Но с другой стороны — именно этого ситуация требовала. Неизвестно, когда еще мне выпадет возможность проникнуть в кабинет Давида, опять залезть в его сейф.

Сделаю все побыстрее — и вернусь.

— Мам, ты куда? — спросил Антон, лишь только я поднялась.

— Отойду на пару минут.

— Куда? — нахмурился малыш.

— В тайную комнату! — выпалила Анюта. — Мам, возьмешь меня?

— Только когда доешь кашу.

— Ну нет, мам, больше не хочу…

— Закончите кашу — пойдем гулять.

— Ну м-а-а-ам…

— Аня.

Дочка вздохнула и принялась двигать ложкой.

— Все, я быстро.

Заметила, как Арсанов на меня посмотрел. С подозрением.

Ну конечно. Не понимал, как могу оставить детей. После всего. И плевать, что на пару минут.

Но времени сомневаться не осталось.

Перед глазами всплыло другое воспоминание. Обеспокоенное лицо Давида, когда я ворвалась в его офис. Сказала про похищение малышей.

Не походило это на коварный план. Не мог он настолько натурально сыграть.

И все же было время, когда вышвырнул нас. Цинично. Хладнокровно. Противоречивые эмоции переполняли. Как и всегда, когда речь шла про Давида.

Он умел запутать.

Однако вопросы множились с каждой минутой.

Звонок Клима. Шантаж. Казалось, вот-вот, все откроется, разгадка близка. Но очередной виток только сильнее запутывал.

Дети вернулись. Малыши рядом. Это главное.

Но разве можно быть уверенной, что им ничего не угрожает? Нет. Абсолютно нет. А значит, опасность никуда не исчезла.

Я зашла в свою комнату. Подхватила сумку, спрятала туда коробку. Осторожно вышла в коридор.

Оставалась главная часть.

Кабинет Давида.

Как же сильно меня трясло. Когда приближалась туда, открывала дверь дрожащими пальцами, проскальзывала внутрь.

Хорошо хоть бывший не запер кабинет на замок.

Это могло стать проблемой.

Стоило мне приблизиться к той картине, за которой скрывался сейф, как послышался до боли отчетливый звук позади.

Чудом успела нырнуть под массивный стол, забиться в угол.

Ничего другого в голову не пришло. Порыв был продиктован рефлексами. Спрятаться, скрыться из виду.

Неужели Арсанов пошел за мной? Следил?

Тогда глупо было прятаться. Давид уже все понял.

Но вскоре стало понятно, что в кабинет зашел не он, а совсем другой человек. И по моей спине побежали ледяные мурашки.