После развода. Я тебя верну

=61=

— Попробую объяснить, чтобы даже ты поняла, все предыдущие методики, о которых я недавно упомянул, требует строгого соблюдения определенных условий. Взять хотя бы гипноз. Есть люди, которым ничего под гипнозом нельзя внушить. Или программирование — там тоже свои нюансы. И для каждой из этих методик требуется время. Обычно, если речь идет о серьезной промывке мозгов, то это не один и не два сеанса. Процесс может занять долгие месяцы. Только представь сколько сложностей: выбрать человека, которому нужно что-то внушить, потом увезти его в закрытое место, там проводить сеансы в полной изоляции. Это все сильно сужает круг тех людей, которых ты можешь использовать. Это все ограничивает возможности воздействия. Ну, к примеру, захочешь ты похитить президента? Захочешь. В теории. А на практике? Как это технически организовать? Когда у президента куча охраны. Ладно, возьмем рыбу помельче. Какой-нибудь бизнесмен или чиновник. Ну вообрази, что он пропадет на пару месяцев, или на пару недель. Да там и несколько дней его исчезновения вызовут серьезные подозрения. Как быть? Никак. Но это если использовать старые методы. А если новый… совсем другая история.

Леон мечтательно закатил глаза. Наверное, уже видел, как похищает какого-нибудь президента или главу корпорации, чтобы заставить их отплясывать под свою дудку.

— Новый метод учитывает вибрации голоса. И если коротко, то это все. Звуковое воздействие. Причем вся суть в приборе. В том, кто его использует. Прибор всю работу сделает сам. Вот хочу я кому-то внушить определенную программу действий — достаточно это озвучить. Одна фраза. Иногда даже одно слово. Это не обязательно делать при личной встрече. Можно по телефону. Понимаешь? Больше не нужно никого похищать. Хватит и того, что ты раздобудешь номер президента, сделаешь звонок и все. Человек попадает под твой полный контроль. Прибор меняет вибрации настоящего голоса нужным образом. Это глубже чем гипноз и обычное психологическое воздействие. И это оказывает эффект на любого человека. Нет никаких исключений.

Описанный прибор очень походил на то устройство, которое использовал Монах.

К счастью, спрашивать ничего не пришлось. Леон готов был выдать информацию и так. Напрямую.

— Не поняла, Ир? Ничего не напоминает?

Отрицательно помотала головой.

— Н-да, обычные люди не дотягивают. Ну ничего. Обычным людям это все без надобности. Ир, такой точно прибор был у Монаха когда-то. У Давида он тоже есть, и у меня. Но проблема в том, что без пароля, без определенного кода этот прибор практически бесполезен. Ну точнее, его можно использовать лишь по известному назначению. Для тех, у кого проблемы с голосовыми связками, или для тех, кто хочет поменять голос. Никакого воздействия на психику, никакого влияния. А значит это бесполезный кусок пластика.

Леон посмотрел на меня с торжеством.

— Я недавно раскрыл пароль. Кодовое слово, которое запускает процесс по-настоящему. Осталось лишь проверить это в действии.

Он вальяжно откинулся на спинку стула, прикрыл глаза.

— Я говорю даже не о влиянии на конкретных людей. Метод дает гораздо больше. Воздействие на массы, на огромные группы лиц. Например, на концерте какой-нибудь звезды или на спектакле. Там эффект будет еще мощнее. Да, говорят, будто и сейчас звезды пользуются психологией влияния на массы — на зрителей, на своих фанатов. Иногда более примитивные методики применяют на выборах, на митингах. Много где. В каких-нибудь сектах, в модных эзотерических ретритах и прочей дребедени. Но все это курам на смех. Реальное воздействие может быть намного шире и мощнее. Достаточно будет пустить мой голос в какой-нибудь трансляции по телевизору. В рекламной паузе. Или в репортаже. Знаешь, за деньги можно все. А с этим фантастическим прибором мне вообще не будет равных. Я смогу убедить людей голосовать за меня на выборах. Хотя политика это не мое. Предпочитаю оставаться за кадром основных действий. Зачем мелькать на экране? Для меня главное держать настоящую власть.

Леон сильно размечтался.

В тот проект мне не верилось. Но с другой стороны прибор действительно мог работать. Просто как тот же гипноз.

Есть же и сила двадцать пятого кадра, и мощность определенных звуковых частот.

Вряд ли у него получилось бы влиять на массы людей, организовать победу своего кандидата на выборах…

Но он мог повлиять на меня. Неизвестно как. Непонятно, с какими именно последствиями.

Теперь многое прояснилось окончательно.

И про процесс, и про зарядку.

Леон наверняка заряжал прибор, ждал определенного момента, чтобы начать процесс.

И тестировать он собирался на мне.

Вот это «везение». Нарочно не придумаешь.

Я старалась не впадать в отчаяние. Моя истерика точно не поможет. Пыталась придумать какой-то план, однако в голове было пусто.

Леон все болтал и болтал. И я уже была рада его болтовне. Минуты необходимые для зарядки давно прошли.

Чем позже мы начнем, тем лучше.

Как знать, вдруг Арсанов все же успеет приехать? Вдруг он найдет меня?

Леон утверждал, что секретную лабораторию невозможно обнаружить. Но мне хотелось, чтобы он ошибался.

Однако затягивать бесконечно все равно бы не получилось.

Леон резко замолчал и посмотрел на часы. Опомнился.

— Заболтался я с тобой, — хмыкнул он. — А задерживаться не стоит. Я уже давно горю желание все испробовать. Пароль обнаружил совсем недавно. Еще не проверял. Ты будешь первой.

— Леон, зачем это? — понимала, что вряд ли он пойдет у меня на поводу, но бездействовать нельзя. — Я и так сделаю все, что скажешь. Без всяких приборов. Давай просто договоримся.

— Нет, Ир, не думаю, что ты согласишься.

— Соглашусь. Почему ты сомневаешься?

— От Давида ты не в восторге, но все равно… — он будто засомневался, но ненадолго. — Нет, плохая идея.

— Послушай, я не знаю, что именно ты хочешь устроить для Давида, какую ловушку, но я правда готова тебе помочь. Только скажи. Все сделаю.

— Сделаешь, конечно, под воздействием прибора очень быстро сделаешь. Тут слишком серьезное дело. Рисковать не могу. Вдруг ты в последний момент расчувствуешься и все сорвется?

— Не сорвется, обещаю.

Сейчас я была готова сказать, что угодно. И даже без расчета на то, чтобы реально договориться с Леоном. Я бы просто хотела потянуть время.

— Нет, Ира.

Он выдвинул ящик стола, отключил провод. Вероятно, зарядка была портативной.

Да, уже знакомый прибор оказался прямо перед моими глазами.

— Аврора! — громко произнес Леон.

Зажглась синяя кнопка.

А вот так прибор раньше не горел. Получается, я даже не успела ничего сказать, а Леон уже активировал устройство.

И что теперь? Этот псих сможет заставить меня сделать, что угодно?

— Ира, — его голос звучал иначе.

Совсем не так, как недавно, вовремя разговора. И в то же время не было тех механических нот, которые слышались в голосе Монаха. Или… в голосе того, кто Монаха изображал.

Значит, пароль «Аврора»? Имя? Что будет если я сама его произнесу? Получится ли отбить воздействие?

Что-то там действительно активировалось.

Пока я лихорадочно соображала, Леон продолжал.

— Ты должна убить Давида.

Сердце сжалось.

Что?

Я никого не хотела убивать. Даже такого морального урода как Леон. А уж о том, чтобы убить Давида… особенно теперь, когда столько всего про него узнала.

— Я отпущу тебя. Ты вернешься домой, но никому не расскажешь про наш разговор. Ты вообще забудешь все, о чем мы здесь говорили. Как только ты останешься с Давидом наедине, ты его убьешь. Я дам тебе таблетку. Ты должна бросить ее в любой напиток. Важно, чтобы Давид выпил стакан до дна. Ты за этим проследишь. На случай если произойдет сбой, если по какой-то причине Давид не допьет это, ты должна убить его любым другим способом. Так, как сама посчитаешь нужным. Закрой глаза. Когда ты их откроешь, то будешь удивлена, что оказалась в белой комнате. Но ты никому ничего не расскажешь о нашей встрече и о нашем разговоре. Помни — твоя цель убить Давида.

Глаза действительно закрыла.

Но… просто потому что не хотела злить Леона.

На самом деле, какой-то сильной потребности закрыть глаза в этот момент я совсем не чувствовала.

Пока не могла понять, действует на меня прибор или нет.

Решила не вызывать у Леона новых подозрений. В конце концов, он собирался отпустить меня.

— Открой глаза, Ира.

Открыла.

Как он сказал? Я все забуду. Удивлюсь тому месту, где оказалась. Но никому ничего не расскажу.

Ну рассказывать было пока некому. Удивления не испытывала. А еще я помнила все, о чем мы с Леоном говорили.

Конечно, показывать этого не стоило.

Я посмотрела по сторонам, стараясь показать удивление. Боковым зрением заметила, что Леон отключил прибор. Он нажал на одну из кнопок.

Интересное дело…

Кажется, прежде чем сказать кодовое слово он тоже что-то нажимал. И кажется, ту самую кнопку.

— Как ты себя чувствуешь, Ира? — мягко поинтересовался он. — Все нормально?

Какой заботливый подонок мне попался. Просто умиление.

— Да, все хорошо, но… где я, Леон? Что это за странное место?

— Не важно, сейчас мы уходим отсюда. Но прежде кое-что еще.

Он освободил мои руки. Вложил мне крохотную коробочку в ладонь.

Я решила ничего не спрашивать.

Вроде бы никакого воздействия на свой разум не ощущала. Но кто знает? Вдруг я увижу Давида и… захочу использовать таблетку?

Леон пробовал все это впервые. И хоть он много бахвалится, мужчина мог попросту не до конца разобраться в методе.

Лучше бы конечно этот метод вообще не работал. Но тут я уже ни в чем не могла быть уверенной. К сожалению.

Леон поступил не слишком профессионально. В своем тексте он ничего не сказал про оковы на моих руках. Так что он многое мог упустить из виду. Вот процесс и не прошел как требуется.

Я надеялась этот моральный урод не запрограммировал меня на настоящее убийство.

Это было бы совсем за гранью.

«Аврора».

В голове постоянно крутилось это слово. Снова и снова. Как на повторе.

Повеяло знакомым. И опять перед глазами четко встало звездное небо в квартире моего отца.

А что если пароль был неправильным?

Я застыла на месте.

— Ира?

Леон звал меня, а я не могла шевельнуться.

Глупо, наверное. Однако в голове всплыло то самое «северное сияние». Это звучало как Aurora borealis.

Что если это настоящий пароль?

Это могло многое объяснить.

Да это объясняло практически все!