Практическая демонология

Глава 8

В столовую мы подошли в самый разгар обеда — все столики были заняты. На раздаче вновь стоял улыбающийся Дерек, а перед нами образовалась небольшая очередь — две полноватые женщины деловито обсуждали, что выбрать, учитывая, что обе с сегодняшнего дня решили сесть на диету. Я заинтересованно прислушалась, никогда не испытывая необходимости ограничивать себя в еде, но как только увидела, что обе берут не только суп, второе, но и двойную порцию десерта, смешливо фыркнула. Ну и где здесь диета? А вообще, неправильный у них подход. Ведь дело не в том, что и сколько ты ешь, а в том, что при этом делаешь. Если весь день ровно сидишь на попе — это одно, а если с утра до вечера занимаешься тяжелым физическим трудом — совершенно иное.

Наконец, сотрудницы ушли и мы с шефом двинули свои подносы дальше. Мне понравилось, что Киршин не торопил женщин и не лез вперёд, а терпеливо дождался своей очереди, да и они не показали, что для их начальника это несвойственно. Значит, для них это обычное дело. Дерек тоже не высказал удивления, увидев Киршина, лишь попытался втянуть живот и с доброжелательной улыбкой озвучил самые удачные блюда дня, как обычно закончив десертом.

— Мисс, уверен, вашему малышу придётся по вкусу творожный пирог с малиной. Я ведь верно понял, он у вас сладкоежка?

— Всё верно, Дерек. Спасибо.

Я взяла кусочек и себе, заработав при этом очень странный взгляд Киршина, но сейчас меня куда больше волновал вопрос — куда мы сядем? К счастью, он разрешился сам собой: за одним из столиков у окна как раз поели и при нашем приближении уже освободили место. Киршин сел лицом к залу, так что мне пришлось расположиться к сотрудникам спиной, что я не очень любила. Всех незнакомых людей так или иначе я всегда воспринимала как потенциальных недоброжелателей, а сидеть к врагу спиной — одна из самых больших глупостей. Но буду надеяться, что при начальнике мне нечего опасаться.

— Смотрю, вы уже завоевали расположение самого важного сотрудника учреждения, — с кривой усмешкой отметил шеф, когда я отставила блюдце с пирогом для Томми в сторонку и пересадила беса с плеча на стол. — Идёт всего второй день, а вам и вашему малышу уже всё самое вкусное предлагают.

— Господин Киршин, не говорите ерунды, — я сердито качнула головой, — и не ищите в обычном проявлении дружелюбия скрытых мотивов. Сами почему десерт не взяли? Вы знаете, что сладкое, шоколад, орехи и сыр улучшают настроение? Мясо, кстати, тоже.

— Хотите сказать, что я ещё и питаюсь неправильно? — возмутился Киршин, но не слишком активно, а скорее в шутку. — Ну, знаете…

— Знаю, господин Киршин. — Я посмотрела на него очень серьёзно. — Я очень много знаю. И поверьте, желаю принести только пользу Бестиариуму и вам, как начальнику демонического сектора, но если вас это не интересует, то больше не буду. Приятного аппетита.

Мы успешно пообедали в молчании, но как только я приступила к десерту, Киршин молча поднялся со своего места, сходил до раздачи и вернулся уже с кусочком ягодного торта, где в состав широкого слоя мусса входил сливочный сыр, а сверху вся эта красота была посыпана шоколадной стружкой.

Томми, уже разобравшийся со своим пирогом, алчно облизнулся на новое лакомство. Киршин это заметил, хмыкнул, качнул головой, но подвинул блюдце обжоре, а сам сходил за вторым кусочком.

Я с интересом наблюдала за всем этим представлением, не беспокоясь за беса, в чьём бездонном желудке могло поместиться куда больше сладостей за раз, а вот слова вернувшегося Киршина меня удивили:

— Мисс Дарх, я готов съесть всё, что скажете, только перестаньте на меня дуться. И продолжайте нести пользу! Если не мне, то хотя бы сектору. У вас это очень хорошо получается.

— Господин Киршин, я на вас не дуюсь, — взглянула на него с осуждением. — Просто, когда вижу, что советы не находят отклика, прекращаю их давать. Вы должны сами осознать, нужно ли вам это, а не делать через силу. Еда, съеденная без удовольствия, не принесёт никакой пользы. Даже обычная вода, если на неё накричать, изменит свою структуру, став медленным ядом, что уж тут говорить о более сложной пище.

— Кричать на воду? Вы серьёзно? Пробовали сами? — Киршин аж взглядом загорелся, так его заинтересовали мои слова.

— Нет, учитель рассказывал. Вы никогда не задумывались о том, что в разных местах вода обладает разным вкусом и утоляет жажду по разному? И это зависит не только от того, какие в ней примести. На самом деле довольно большое влияние оказывает и общий магический фон местности. Горные ручьи, пробивающие себе путь сквозь толщу породы, обладают особой силой и мужеством, бодря как ничто иное; лесные родники, скрывающиеся меж мха и трав, несут в себе куда больше здоровья, чем вода из обычного озера, а в горячих гейзерах, прозванных Проклятыми, что в районе Восьмого Великого разлома, не живут даже неприхотливые черви-кипяточники, спокойно выдерживающие температуру кипения. А учитывая, что любое слово, произнесённое вслух, — та же крупица магии, хоть и крохотная, но всё же, совсем неудивительно, что при узконаправленном эмоциональном выбросе происходит прямое воздействие на объект.

— Поразительно. — Киршин как-то странно покосился на свой чай и очень серьёзно сообщил, не обращаясь ни к кому конкретно: — Никогда не буду кричать на воду.

— И на нас, — сыто икнул Томми, обеими лапками старательно впихивая в пасть оставшийся кусок торта.

— С этим уже сложнее, — шеф не стал давать невыполнимых обещаний и занялся своим десертом, заодно в общих чертах обрисовав то, как он видит предстоящую переаттестацию и что мне для этого необходимо подготовить. — До конца дня я буду у себя, так что подходите сразу, как закончите.

— Хорошо.

Киршин выбрал письменную форму аттестации, сделав акцент на том, чтобы я составила не меньше двадцати вопросов по монстрам класса «С» и сама же дала по ним развёрнутые ответы. Каждый вопрос на отдельном листе.

В заповеднике содержались монстры почти всех классов, исключая «АА» — демонов высшего порядка, «А» — классических демонов, как моя мать, «Б» — демонов слуг, как мой учитель Зуй, и «Зет» — демонов, не имеющих физического воплощения, как Вонг. Остальные же были классифицированы учёными на десяток классов и более сотни подклассов, учитывающих разумность, кровожадность, размер и возможность приручения.

Зуй, когда меня обучал, пользовался демонической классификацией, которая существенно отличалась от человеческой, но не брезговал и людскими учебниками, так что в моих тетрадках всегда шла двойная классификация.

Чтобы не путать начальство, в составлении опросника я использовала знакомую ему градацию, но в скобках оставляла и свои комментарии, если считала их существенными. Когда начнёт знакомиться с моими ученическими записями, поймёт, что я сделала это не зря. Если, конечно, начнёт.

На основное задание ушло чуть больше двух часов, но сразу к начальству я не пошла, а составила заявку на оборудование, которое Киршин пообещал мне достать. Мне же надо на чём-то исследовать завтрашние образцы. Вот пускай и побеспокоится заранее.

На всякий случай проверив, всё ли учла, и отметив, что до конца рабочего дня ещё час, а значит я вполне успеваю вновь наведаться к гончей, лишь тогда направилась к Киршину.

Постучала, дождалась приглашения, но, когда вошла, увидела, что он не один. Посетителем был молодой мужчина примерно одного возраста с шефом, а его выправка и форма моментально выдали в нём военного.

— Я не вовремя?

— Нет, мисс Дарх, проходите, мы уже заканчиваем. Присядьте пока, — Киршин отмахнулся, предлагая мне любое место на выбор, а сам продолжил читать какой-то документ.

От нечего делать начала ненавязчиво разглядывать незнакомца, но почти сразу наткнулась на его ответный изучающий взгляд и сразу поняла, что он знает обо мне куда больше, чем я о нём. Слишком пристально он на меня смотрел, слишком оценивающе, словно уже был знаком заочно. Это немного напрягло, но не сильно, потому что во взгляде военного я не заметила агрессии, лишь сдержанное любопытство.

Да и он сам был довольно привлекателен и не только в плане внешности: открытое лицо, короткая стрижка светлых волос, обманчиво наивные голубые глаза, густые брови, прямой нос, забавная россыпь веснушек, ямочка на подбородке; но и в целом — его окружала аура уверенности, спокойствия и дружелюбия. Форма тоже ему очень шла — тёмно-серый китель с чёрной каймой сидел, как влитой, не только не скрывая, но и подчёркивая мускулистое тело.

Вот с кого Киршину пример брать надо! Это я сейчас о спокойствии и доброжелательности. Интересно, они только коллеги по работе или более близкие знакомые?

— Что ж, теперь мне ясно куда больше… — наконец задумчиво пробормотал Киршин и взглянул на меня, но в то же время мимо. Через секунду сфокусировал взгляд на мне, сдержанно улыбнулся и переключил внимание на мужчину. — Маркус, спасибо за собранную информацию, особенно за вторую его часть. Кстати, познакомься, моя новая помощница, мисс Селин Дарх. Очень умная и толковая девушка, можно даже сказать — настоящее сокровище. Мисс Дарх, а это мой коллега из более военизированного ведомства — господин Маркус Тимберли, сотрудник следственного департамента и начальник одного из отделов. Мой старый товарищ и превосходный специалист.

— Старый? — возмутился Тимберли. — Да я младше тебя на полгода! Мисс Дарх, не слушайте этого пройдоху, я молод, хорош собой и безумно рад знакомству с прекрасной юной леди.

— Приятно познакомиться, господин Тимберли, — ответила я нейтрально, осознанно пропустив мимо ушей упоминание о леди. — Скажите, вы действительно друзья с господином Киршиным?

Мужчина слегка растерялся, недоумённо взглянул на моего шефа, но тот лишь пожал плечами.

— Да, а в чём дело?

— А вы с ним хорошие друзья? — продолжила допытываться я.

— Ну, как бы… — блондин растерялся ещё больше, а вот Киршин, кажется, догадался, куда я клоню, потому что начал улыбаться. Хоть и сдержанно, но всё же. — Смею надеяться, что да.

— А вы женаты?

— Мисс Дарх? — Тимберли уставился на меня с откровенным изумлением. — Это-то вам знать зачем?

— Не беспокойтесь, это не для меня, это для господина Киршина.

— Что-о-о?!

Вопль Тимберли совпал с громким хохотом Киршина, так что пришлось дожидаться, когда оба успокоятся, и объясняться.

— Вы меня неправильно поняли, господин Тимберли. — Я с осуждением качнула головой и пристыдила обоих взглядом. — Если вы женаты, то справедливо полагать, что свободное время проводите с семьёй. Если же нет, то наверняка не откажетесь от приятного времяпрепровождения с другом. Так как? Вы женаты?

— Нет. — Тимберли смотрел на меня со странной опаской. — Но я люблю женщин!

Тут уже я взглянула на него с удивлением и перевела вопросительный взгляд на шефа. Тот был почему-то местами красным, странно хрюкал и в целом выглядел не очень хорошо.

— Вам плохо? Может, попросить миссис Хрипкинс принести вам чаю?

— Селя, ну что ты как маленькая, — вмешался Томми, не удержав своего неугомонного характера при постороннем. — Мужики решили, что ты их того… Свести пытаешься. Не ради дружбы, а секса для. По крайней мере один так точно решил. Вот этот, беленький.

— Томми, я прекрасно вижу, что оба эти мужчины имеют ровную ауру без каких-либо отклонений в предпочтениях,

— я старалась не показывать своего возмущения, но всё равно в голос прорезалось негодование. — И я бы никогда никого не стала сводить ради секса! — Взглянула на следователя с порицанием. — Господин Тимберли, уж могли бы и дослушать, прежде чем делать эти нелепые выводы. — Перевела взгляд на шефа. — И вы хороши! Не стыдно перед товарищем?

— А я-то тут при чём? — возмутился Киршин. — Заметьте, ни слова не сказал!

В общем-то да, но… Молчать тоже можно по-всякому.

— Хорошо, тогда позвольте я договорю. — Я говорила в основном для Тимберли, потому что именно он в этой нелепой ситуации выглядел самой пострадавшей стороной. По крайней мере морально. — Вчера и сегодня я заметила, что господин Киршин довольно много нервничает и предложила ему снять стресс любым доступным способом. Например, отдохнуть с друзьями в самое ближайшее время. По-мужски, как это у вас принято. Поверьте, я не замышляла ничего дурного, когда спрашивала вас о том, насколько близкие вы друзья. Просто хотела убедиться, что с вами ему будет приятно общаться.

Следователь слушал меня очень внимательно, выглядел откровенно удивлённым, но когда я закончила, встрепенулся и хитро покосился на Киршина.

— Кристиан, а тебе точно нужен помощник? В нашем ведомстве острая нехватка кадров…

— Обойдёшься, — зло огрызнулся шеф. — Мисс Дарх прежде всего демонолог, у меня ей самое место.

— Так и нам демонологи нужны, — разулыбался Тимберли и перевёл на меня заинтересованный взгляд. — Что скажете, мисс Дарх? Хотите поработать под началом куда более адекватного человека? Гарантирую оклад в два раза больше нынешнего.

— Господин Тимберли, а друг вы так себе, — протянула я с осуждением. — Спасибо за предложение, но мой ответ: нет. Здесь я нужнее.

Блондин растерялся, а вот шеф, наоборот, приободрился. Надеюсь, не подумал, что я сейчас имела в виду его? Вообще-то меня куда сильнее волнует гончая и предстоящие роды.

И всё это, конечно, хорошо, но… Время-то идёт!

— Господа, вы действительно закончили или мне всё-таки подойти позже? — Я взмахнула бумагами, привлекая внимание к ним. — Мне ещё в зверинец надо на вечернее кормление.

— Да, мы закончили, — поторопился подтвердить шеф и упёрся пристальным взглядом в господина Тимберли. — Маркус, мы закончили.

— Жлоб ты, Кристиан, — вздохнул блондин, бросая на меня какие-то очень странные взгляды, но всё-таки поднялся. — И всегда жлобом был. Всё самое лучшее под себя грёб, вот и сейчас то же самое. До свидания, мисс Дарх, было очень приятно познакомиться. Будете в наших краях — заглядывайте в гости.

— До свидания господин Тимберли.

За мужчиной закрылась дверь, и я сразу же выкинула его из головы, пересев ближе к Киршину и передав бумаги. Объяснила, по какому принципу составила опросник и что значат непривычные ему символы в скобочках. Передала заявку на оборудование, присовокупив к нему напоминание, что завтра после обеда шефа ждёт усиленный осмотр и изучение, а затем добилась разрешения на посещение зверинца с Хьюго, клятвенно заверив, что мой пёс — самый адекватный и хороший мальчик.

— Благодарю за проделанную работу, мисс Дарх. Как закончите с гончей, можете идти домой. — Параллельно с устным разрешением шеф поставил одобрительную резолюцию на моей заявке. — Это передадите миссис Хрипкинс, она знает, что делать дальше. Где лучше всего вам выделить кабинет для исследований?

— А где вам будет удобнее менять ипостась?

— В центральной лаборатории. — Киршин криво усмехнулся. — Многие сотрудники слишком беспокойно реагируют на мой демонический облик, так что я предпочитаю не делать этого в основном здании.

— Хорошо. Меня вполне устроит кабинет, который у меня уже есть, всё равно он пока пустует, а запрошенное оборудование не займёт много места.

— Договорились.

Киршин добавил пометку, куда конкретно доставить оборудование, и наконец отпустил. Я же, передав заявку миссис Хрипкинс, отправилась в зверинец: кормить будущую мать и знакомить гончих, пока ещё была такая возможность.

Знакомство гончих оставило у меня двоякое впечатление. С одной стороны, Чарра отнеслась к Хьюго ожидаемо агрессивно, припав к земле и оскалив немалые зубы. Все те несколько минут, что Хьюго стоял у клетки, внимательно разглядывая призрачную гончую, та рычала и шипела, давая понять, что не подпустит ближе. С другой — в её взгляде было столько невысказанной тоски по собственной стае, что когда Хьюго, послушавшись моего мысленного приказа, отошёл и скрылся за поворотом, Чарра легла немного на бок, положила голову на вытянутые вперёд лапы и осталась так лежать, глядя вслед ушедшему сородичу. Не обратила внимания на еду и даже на меня, когда я рискнула войти в клетку и настороженно замерла у дверцы, не решаясь сделать шаг ближе.

Разговаривать с гончей мысленно, как с Хьюго, без привязки на крови невозможно, если только она не захочет этого сама, но и в том случае общение может не заладиться. Характер, физическое и психическое состояние зверя очень сильно влияет на установку прочного ментального канала.

Сейчас же гончая не только морально подавлена пленом, но и ослаблена беременностью. А тут ещё родич с другой стороны решётки… Неудивительно, что её тоска стала лишь сильнее.

— Чарра, это был Хьюго. Он в моей стае. — Я говорила короткими и понятными предложениями, не упустив шанса дать гончей пищу для размышлений. — Он прекрасный воин: сильный и смелый. Он служит мне и поэтому свободен.

Гончая не повернула ко мне головы, но одно ухо дёрнулось, и это был добрый знак.

— Я приказала создать для тебя новый дом. Скоро появится хорошее защищённое место для тебя и щенков. Отдыхай. Ешь. Я приду завтра утром.

Я вышла, заблокировала замок и лишь тогда поймала на себе внимательный взгляд гончей. В её глазах застыла тоска, но в то же время горел огонёк интереса.

Неплохо.

Но должно стать ещё лучше!

Домой я вернулась в прекрасном настроении. Завтра последний рабочий день первой недели и если так пойдёт и дальше, то у меня получится всё и даже больше! Я не любила загадывать наперёд, хорошо зная, как любит вмешиваться в идеальные планы его величество случай, но сейчас не могла отказать себе в полномасштабном планировании на весь предстоящий год. Это же столько всего у меня получится сделать! Исследовать, что хочу, практиковаться, самосовершенствоваться! Изучать монстров, которых раньше видела только на картинках, воспитывать щенков гончей, создавать артефакты из чешуи демона класса «А»!

— Селя, купи лимон, — проворчал Томми, когда мы подошли к магазинчику, чтобы прикупить продуктов на ужин.

— Хочешь лимонный пирог?

— Хочу, чтобы ты прекратила лыбиться, как полоумная, — пробубнил бес, ловко спрыгивая с моего плеча и зависая в воздухе, чтобы избежать щелчка по носу. — Мне становится страшно. Что задумала?

— Не поверишь — абсолютно ничего. — Я беспечно рассмеялась. — Просто хорошее настроение. Жизнь прекрасна, Томми.

— Да как она может быть прекрасна, если ты целый день работала? — пискляво возмутился искуситель. — Ни одной пакости, ни единой шалости! Мужики не в счёт, на полноценную пакость это не тянет. — Отпищавшись, бес опустился обратно на моё плечо, прижался к щеке, просительно заглянул в глаза и заявил: — Селя, надо срочно пошалить. Иначе сама не заметишь, как станешь старой и противной. А ты мне нужна молодой и красивой! Я эстет, мне надо окружать себя лучшими!

Я рассмеялась на это заявление снова и качнула головой. Вот знает же, что несёт чушь, но какова подача!

— Хорошо. Поужинаем и пошалим.

— Ура-а-а!

В отличие от сверхразговорчивого беса, Хьюго вёл себя ещё тише и задумчивее, чем обычно, а на мой вопрос, всё ли в порядке, признался:

«Под впечатлением от знакомства. Она действительно прекрасна. Будь с ней заботлива, ей сейчас это необходимо».

Сегодня на ужин я запекла рыбу с картофелем, а на десерт взбила ягодный мусс с мёдом, который украсила так обожаемыми Томми орешками. На всё ушло не больше часа и мы уже пили чай, вдумчиво рассуждая, где и как будем сегодня шалить, когда в дверь постучали.

Гостей я не ждала и, если честно, даже немного рассердилась, подумав, что это снова Киршин, но, когда открыла дверь, поняла, что ошиблась.

— Здравствуйте.

На пороге смущённо мялась лаборантка Майя Шеррисон, с которой Киршин познакомил меня вчера в числе остальных сотрудников сектора. Сегодня я видела девушку лишь мельком, к отчётам она не имела отношения, так что для меня её визит стал полнейшей неожиданностью. Как и коробочка с пирожными в её руке, как и белое домашнее платье до колена в весёлый голубой горошек.

Внезапно я поняла, что слишком бестактно рассматриваю незваную гостью, смущающуюся под моим пристальным взглядом всё сильнее, и торопливо исправилась:

— Здравствуйте, мисс Шеррисон. Что-то хотели?

— Да, я…

Девушка была чуть выше меня, светлокожей натуральной пепельной блондинкой и очень мило краснела, становясь особенно беззащитной в своей юной наивности, так что у меня язык не повернулся поторопить её погрубее. На вид ей было едва ли восемнадцать, а фиалковые глаза смотрели на меня чуть испуганно, но в то же время с надеждой.

— Я ваша соседка, — наконец сумела пролепетать Майя. — Живу на четвёртом этаже в тридцатой квартире. В этом доме почти все жильцы мужчины и я подумала… Может мы… — Под моим озадаченным взглядом девушка покраснела ещё сильнее и уже без какой-либо надежды промямлила: — Попьём чай?

— Ох уж эти невинные девицы. Сами не знают, чего хотят, — проворчал Томми, ловко пикируя мне на макушку. — Вкусняхи принесла?

Майя округлила глаза, словно впервые видела говорящую летучую мышь, и приоткрыла пухлые губы, но так ничего и не произнесла.

— Понятно, всё сложно, — вздохнул бес и чуть светился вниз, чутко поводя носом. — М-м-м! Пончики с помадкой! Селя, надо брать.

— Мисс Шеррисон, простите моего питомца, иногда он бывает не слишком вежлив, — я извинилась за беса и шагнула в сторону. — Не стесняйтесь, проходите. Буду рада знакомству.

На самом деле я немного лукавила, но в последний момент решила, что может и к лучшему, что побыстрее перезнакомлюсь со всеми соседями. К тому же Майя мне скорее нравилась, чем нет. Чувствовалось, что она искренна в своём желании познакомиться поближе, и не потому, что ищет выгоду, а просто хороший человек и проявляет свойственный любой юной девушке интерес ко всему новому и необычному.

Проводив гостью на кухню, втайне порадовалась, что сегодня у меня чайные кружки свободны и есть из чего поить Майю.

— Мисс Дарх, простите моё любопытство, но ваш Томми — он же бес? — робея от каждого сказанного слова полюбопытствовала девушка, не сводя восхищённого взгляда с объекта своего интереса.

В этот момент бес, натужно пыхтя, вскрывал коробочку со сладостями, чтобы поскорее добраться до желанных вкуснях.

— Всё верно. — Я поставила перед девушкой чай и села напротив. — Надеюсь, вы не боитесь бесов?

— Немного опасаюсь, — подкупающе честно призналась Майя и, бросив на меня торопливый взгляд, смущённо добавила: — Мы проходили бесов на первом курсе и преподаватель любил повторять, что они одни из самых пакостных и коварных монстров, хотя зачастую выглядят, как обычные домашние питомцы. Обещал, что на третьем курсе мы будем изучать их более подробно, но… Я закончила только два курса академии, факультет прикладной демонологии. Не сумела сдать экзамен по начертанию и меня отчислили, но папа сумел устроить меня в Бестиариум на должность лаборантки. Я уже целый год работаю. Мне очень нравится, но иногда так хочется стать полноценным научным сотрудником…

— Так может стоить продолжить учёбу? — предложила я очевидное решение.

— Что вы! — Майя ошарашенно округлила глаза. — Разве так можно?!

— А что — нельзя? — я даже растерялась под её шокированным взглядом. — Подать запрос на восстановление, доедать экзамены. Или вы уже пробовали?

— Н… нет… — почему-то испуганно пролепетала девушка и даже побледнела, прижав пальцы ко рту. — А если откажут?

— А что вы теряете? Так хотя бы будете знать точно. Вдруг и правда восстановят, тогда ваша мечта исполнится. — Мне было немного неуютно под её восторженным щенячьим взглядом, и я чуть-чуть посуровела, чтобы пригасить необоснованный восторг. — Но вы ведь понимаете, что придётся хорошенько подготовиться и постараться, чтобы вас захотели принять обратно? Уверена, если в академии поймут, что, дав вам второй шанс, действительно получат перспективного специалиста, вас обязательно восстановят. Демонологи, преданные делу душой, нужны стране всегда.

— Вы правы, я обязана попробовать. — Майя нервно облизнула губы, словно прямо сейчас готовилась брать штурмом приёмную комиссию академии, но тут её внимание привлёк Томми, испачкавший мордочку в розовой помадке, и девушка хихикнула. — Какой он хорошенький! А правда, что бесы — самые прожорливые из монстров?

— Поклёп, — прочавкал Томми, ловко поглощая пончик. — Эт ты ещё слизнярей не видала! Вот где бесконечное прожорство! Даже каменный мох жрут!

— Если брать за основу индекс массы тела, то бесы действительно едят очень много, — ответила я, дождавшись, когда бес займёт свой рот вторым пончиком. Всего в коробке их было девять, так что я не стала пока его останавливать. — Но в основном они очень мелкие, не тяжелее ста грамм, поэтому и еды уходит не очень много. Одному бесу хватает и полкилограмма еды в сутки, преимущественно это фрукты, орехи или сладости, но бывает съедают и намного больше. Для них обжорство не грех, а способ скоротать время.

— Хотите сказать, что бесы — вегетарианцы? — искренне удивилась Майя.

— Нет, что вы. Просто сладости они любят намного больше. Раз так в тысячу.

— Невероятно… — восхищённо пробормотала девушка, забыв, что пришла в гости пить чай. Она до сих пор не отпила ни глотка и не откусила ни кусочка, а всё из-за Томми, который полностью завладел её вниманием. — А правда, что бесы умеют менять облик по собственному желанию?

— Ка-а-анеш! — Почувствовав себя в центре внимания, Томми надул грудь колесом и подбоченился. — Хоть мышонком, хоть котёнком! Хоть змеёнышем! Загадывай, в кого надо? Я седня добрый.

Ещё бы! Четыре пончика умял! Да в нём сейчас с только нерастраченной энергии, что хоть весь вечер превращайся — и половины не израсходует.

— Мисс Дарх, вы не против? — Глаза Майи горели восторгом, она не знала, куда девать руки от охватившего её нервного возбуждения, но всё равно спросила моего разрешения. — Можно Томми станет, например… Тушканчиком? Или хомячком? Ничего страшного не случится?

Девушка раздражала меня своим каким-то слишком детским восторгом, но в то же время им же и подкупала. Рядом с ней я чувствовала себя раза в три старше, чем была на самом деле, а её видела ребёнком, в первый раз получившим долгожданный подарок.

— Всё в порядке, — я сдержанно улыбнулась, гоня от себя эти странные мысли. — Томми очень любит внимание и пошалить, ему это не повредит. Наоборот, пойдёт только на пользу, он давно не менял облик. И может даже… Позабыл, как это делается?

Бес моментально повёлся на провокацию.

— Кто?! Я? Забыл? Селя, ты оскорбляешь меня перед гостьей! Тебе не стыдно?! Да узри же всю мощь и разнообразие моих умений!

Весь следующий час Томми развлекал нас с Майей своими уникальными способностями: превращался в мелкую живность. Порой такую, о которой не слышала даже я, что уж тут говорить о Майе, девушке, как я быстро поняла, совершенно неискушённой. Ни знаниями, ни общением.

В конце концов бес так возгордился непрерывным потоком комплиментов от нашей гостьи, что превратился в изумрудного дракончика Чифуня, героя детских сказок, и начал выписывать пируэты под потолком.

— Удивительно! Волшебно! Просто потрясающе! — Майя захлопала в ладоши и Томми ловко спикировал ей на колени, подставляя рогатую голову и длинное змеиное тело под заслуженную ласку. Девушка нежно, но всё ещё немного боязливо прошлась пальчиками вдоль позвоночника и бес по-кошачьи заурчал. — Томми — ты чудо!

— Чу-удо, чу-удо, — довольно подтвердил подлиза. — Я такой, я уме-е-ею…

И хитро покосился на меня.

— Умеешь, умеешь, — согласилась я со смехом.

И тут в дверь постучали.