Практическая демонология

Глава 19

Оказывается, в попытке уловить сакральную мудрость простоты этого упражнения, я шагнула ближе и попыталась проследить путь магии пальцами. Прямо по шефу. И вот сейчас, даже убрав магическое зрение, я всё ещё не могла убрать пальцы. И трогала. Шефа.

Он был тёплым.

Немного шершавым местами, но в основном гладким. Я опустила взгляд ниже, с его лица на подбородок, а потом и на грудь. Меня всегда зачаровывала его броня, когда он приходил ко мне для снятия проб, но только сейчас я поняла, как же он на самом деле красив. Истинная красота. Естественная.

Самец! Мой самец!

И пальцы продолжили свой путь. По грудным пластинам, по плечевым. Очертили бицепс, скользнули по трицепсу. Нашли его занимательным, но не слишком. Куда больше меня влекли прямые и косые мышцы живота, которые были поистине шедевральны. Такие рельефные!

— Кристиан, а у вас тут… Эрекция? — закончила я изумлённо, когда мой взгляд скользнул ниже и упёрся в крайне неоднозначную выпуклость под плавками, которой всего несколько минут назад не было. — Ой, а можно посмотреть?

— Что? — Шеф уставился на меня такими большими глазами, словно я сказала какую-то дикость. — Посмотреть?!

— Ну да. Можно?

Я отчётливо увидела, как он сглотнул. Испугался что ли? Так я аккуратно.

— Селин, могу я узнать, зачем тебе это? — напряжённо спросил он.

— Ни разу не видела, — призналась я честно. — В смысле, чтоб во время эрекции. В прошлый раз он был гораздо меньше. Ну, когда я с него надпись растворителем стирала.

— Я помню, — нервно процедил мужчина. — И нет, нельзя.

— Почему? — я искренне расстроилась. — Вам жалко что ли?! Я буду аккуратна! Честно!

— Селин! — Шеф рявкнул так, что я аж подпрыгнула. — Мне не жалко! Как ты не поймёшь, девчонка глупая?! У меня эрекция, потому что я тебя хочу! Размножаться с тобой хочу, профессионалка ты больная! У тебя вообще нормальные эмоции есть?! Или все мысли только о науке?! Ты трогаешь, а у меня все мысли только о том, чтобы сорвать с тебя этот халат, завалить на кровать и хорошенько оттрахать!

— Не кричи на меня, — осадила его тихо и взглянула исподлобья. — У меня есть нормальные эмоции. Просто…

Я сморгнула и поняла, что не знаю, что сказать дальше. Почему-то уже больше не было весело и не тянуло на шалости. Совершенно неожиданно пришло ужасающее осознание, что я сегодня весь день вытворяла дикие вещи.

Кажется, это был откат. Кажется, шеф прав и я действительно была пьяна. Но сейчас…

— Селин… — Киршин обеспокоенно заглянул мне в лицо и протянул руку, но я отшатнулась. — Селин, прости. Я не хотел. Сам не знаю, что на меня нашло…

Тут уже я вскинула руку.

— Нет!

Меня начало потряхивать и чем дальше, тем сильнее.

— Уходи. Сейчас же. Уходи! — истерично выкрикнула, не желая, чтобы он видел мою слабость, но вместо этого мужчина подскочил ближе и схватил так, что я едва могла дышать. Начала вырываться, даже кусаться, но его броня оказалась слишком крепкой даже для моих острых зубов, а объятия превратились в настоящие тиски. И я затихла, но злость разобрала меня с новой силой. — Кристиан, я не шучу. Уходи.

— Обязательно, — твёрдо заявил шеф. — Но сначала ты успокоишься. Нервная дрожь и перевозбуждение — одни из возможных негативных последствий магического опьянения. Постарайся не делать резких движений и не думать о произошедшем.

— Не думать? Да я за один день натворила столько, сколько за весь прошедший год не смогла! — ахнула я и естественно тут же в памяти промчались самые эпичные моменты дня. Не выдержала, зажмурилась и обречённо простонала: — И вы были всему свидетелем… Нет, лучше убейте меня сразу.

— Предлагаю более действенный способ привести твои нервы в порядок, — ровно произнёс шеф и я тут же уставилась на него в надежде на чудо. — Как тебе наверняка известно, шок можно снять другим шоком. Проверим?

— Это вы сейчас что такое предлагаете? — Я с подозрением прищурилась. — А?

— Обещай, что не натравишь на меня Вонга, — вместо ответа заявил мужчина и тоже прищурился. — А я гарантирую, что сделаю так, чтобы ты даже думать забыла о том, что произошло днём.

— Ну, допустим… — протянула я недоверчиво.

— Обещай, — надавил на меня шеф.

И я решилась.

— Хорошо. Обещаю. Что бы сейчас ни случилось, вы не пострадаете от действий моего телохранителя.

— Вот и хорошо, — ухмыльнулся начальник… и поцеловал.

Сначала не поверила. Подумала, что он шутит. Но поцелуи, поначалу лёгкие и поверхностные, становились всё твёрже и горячее. Он целовал меня не только в губы, но и всё лицо. Даже немного шею.

Ощущения были необычными. Я не могла понять, нравится мне это или нет, но почему-то не сопротивлялась. В какой-то момент ещё подумала, что его способ действительно уникален — я почти не думаю о том, что произошло днём, потому что вся сосредоточилась на его текущих действиях. А он даже слегка ослабил хватку, чтобы приспустить с моих плеч халат и получить доступ к груди. Точнее, не к самой груди, а к её верхней части. Но чуть позже и к самой…

Продолжение мне определённо нравилось. По ощущениям. А вот по факту — нет.

И я сделала шаг назад, благо Киршин меня уже почти не удерживал, начав ласкать не только губами, но и руками. Поправила халат на место, потуже затянула пояс и с трудом, но прекрасно отдавая себе отчёт в действиях (как своих, так и его), произнесла:

— Господин Киршин, уходите. Я поняла, что вы хотите, но этого не будет. Я не стану вашей любовницей.

Я смотрела ему в глаза. Видела, как пульсируют зрачки от с трудом сдерживаемого желания. Чуяла, как по комнате разлился запах страсти.

И знала, что никогда не прощу, если он сейчас не уйдёт.

Да, я была пьяна. Творила жуткие вещи. Говорила ужасные слова. Но сейчас я полностью в здравом уме и не желаю стать той, кем меня называли буквально позавчера.

— Пожалуйста, уходите.

И он ушёл. Молча. Забрав одежду и выйдя из моей квартиры твёрдым шагом. Хлопнула дверь, а я ещё минут десять стояла на месте, глядя в пространство перед собой, но ничего не видя.

Как же так, Селин? Как же так?

А ведь ты сама его спровоцировала…

Как же так?

Остаток вечера прошёл, как в тумане. Я сменила ипостась, нормально оделась и прибралась на кухне. Киршин, кстати, оказался прав — я почти не думала о том, что произошло днём. По сравнению с тем, что произошло вечером, это было сущей ерундой.

Но как теперь дальше?

На этот вопрос у меня ответа не было. Даже увольнение не казалось выходом. Теперь, когда Чарра ещё сильнее зависима от меня, когда доверилась и открылась, будет подло просто взять и уйти.

Хотя можно… Всё можно. Но будет ли это правильным? Он ведь не давил и не принуждал. Пытался просто помочь.

Или нет?

Я окончательно запуталась и в итоге полночи просидела на кровати, обнимаясь с нефулой.

В детстве у меня были игрушки. Как обычные куклы и плюшевые мишки, так и куда более странные: заготовки для артефактов, инструменты и мелкие монстры. Тот же Томми был мои неразлучным другом с пяти лет. Но и он вырос… Да, кстати, надо будет выяснить, что не так с самочкой. Больна или просто дурной характер? А может во время поимки повредили её магически или психически? Точно, возьму её завтра с собой на работу, заодно проверю на возможные болезни и паразитов.

На работу…

Хм, то есть я всё-таки не увольняюсь? Да, не увольняюсь.

Главное, чтобы теперь шеф меня сам не уволил.

Я уже ни в чём не была уверена, но в целом успокоилась и поняла, что пока мы снова не увидимся и не поговорим, нечего забивать себе голову тяжёлыми мыслями. С этим и уснула, поднявшись как обычно в шесть и приготовив на завтрак не только овсяную кашу с орешками, но и отбивную. На гарнир отварила немного риса и добавила к нему разноцветных овощей. Если Киршин не придёт, то будет у меня ужин, а если придёт…

— Доброе утро.

Он появился на кухне ровно в семь.

Наши взгляды встретились, и я поняла, что он волнуется не меньше меня: серые тени под глазами, упрямо поджатые губы и хмурый взгляд говорили сами за себя. Кажется, он тоже решил, что это утро расставит всё по своим местам и я сделала ответный шаг на встречу.

— Доброе утро, Кристиан. Завтрак уже готов. Я не знала, что вы будете, и приготовила разное.

— Мне всё равно, — его тон был ровным, даже слегка безразличным, и мне это не понравилось.

Я же старалась!

— Кашу, пожалуйста. — Шеф всё же сделал выбор, я поставила перед ним тарелку и занялась чаем. Киршин дождался, когда я сяду напротив и тихо произнёс: — Не злишься?

— Нет. — Я была честной, потому что уже всё для себя решила. — Я сама виновата. Обещаю, подобного больше не повторится. Приношу свои искренние извинения за всё, что вам пришлось вчера увидеть и услышать. Вы очень порядочный и ответственный мужчина. Я признательна вам за то, что вчера вы не перешли границу недопустимого. Надеюсь, произошедшее не станет причиной моего увольнения или потери доверия.

— И снова «умница Селин», — тихо хмыкнул Киршин, рассматривая меня с неприятно осуждающим выражением лица. — Что ж, раз ты всё поняла правильно, то я тоже выскажусь. Первое — увольнения не будет. Вообще забудь это слово. Второе — все наши предыдущие договорённости остаются в силе. Третье — больше никаких быстрых подпиток от накопителя. Узнаю, что ослушалась, заберу и будешь восстанавливаться естественным путём. И четвёртое — с этого дня ежедневно занимаешься по той технике, которую я показал вчера. Всё поняла?

— Да.

У меня не было возражений ни по одному пункту и если бы не угрюмое выражение лица начальника, я была бы искренне рада, что конфликт разрешился. Хотя, оставался ещё один немаловажный нюанс, но…

Нет, его тоже необходимо прояснить.

— Я вам постоянно нравлюсь или вчера просто так совпало?

Киршин медленно приподнял бровь.

— Совпало?

— Ну, я изучала физиологию и влечение, — пояснила я немного напряжённо. — Знаю, что мужчины испытывают определённые сексуальные потребности. А я вчера вас трогала, ну и… Возбудила.

Несмотря на то, что в учебниках и на уроках Зуя всё выглядело довольно просто, разговаривать об этом с Киршиным оказалась не в пример сложнее. Хорошо ещё Томми поблизости не было, со вчерашнего вечера он так и не отошёл от клетки со своей зазнобой. Даже завтрак для него пришлось принести в гостиную.

— И я хочу знать, вы отреагировали на меня так, потому что вам пришла пора удовлетворять свои потребности и неважно с кем или потому, что это была именно я?

Вопрос получился откровенно корявым, но сформулировать чётче я не смогла. Просто не могла выразить словами свои не очень связные мысли.

— Вот ты иногда как скажешь, я просто теряюсь, — вздохнул мужчина и качнул головой. — Словно ты не двадцатилетняя девушка, а девяностолетний дед, помешанный на науке. Я уже говорил раньше, что ты привлекаешь меня, как женщина. Именно ты. Вчера это приняло немного неожиданный, но вместе с тем закономерный итог. Но я повторюсь: ничего не произойдёт против твоей воли. Я не собираюсь терять уникального специалиста только потому, что она прекрасная девушка. А теперь давай честность за честность. Я тебе нравлюсь?

А вот это оказалось… жестоко. Я оказалась совершенно не готова к подобному вопросу, тем более он явно подразумевал не профессиональные качества, а именно физиологию. Влечение. Желание.

Нравится ли мне начальник? Скорее да, чем нет. Но в то же время… Недостаточно для твёрдого да.

— Немного, — ответила я в конце концов. — Я ещё не рассматривала вас в подобном контексте. И, если честно, не думаю, что это правильно.

— Потому что я твой начальник? — Киршин напряжённо прищурился и слегка вздёрнул подбородок, словно бросал мне вызов.

— Да.

Во взгляде шефа промелькнуло отчётливое сожаление, но вслух он так ничего и не сказал. Лишь шумно выдохнул и поджал губы.

— Спасибо за завтрак, Селин. Не опаздывай на работу.

Мужчина ушёл, а я ещё минут пять сидела и смотрела на место, где он сидел. Я ведь всё правильно сделала. Всё верно сказала.

Но почему на душе так паршиво?

Он не спал почти всю ночь. Бездумно пялился в потолок и не понимал, как всё смогло зайти так далеко. Он ведь собирался всё сделать иначе! Распланировал свои дальнейшие шаги буквально по часам на несколько месяцев вперёд!

И все полетело в Бездну в одно мгновение.

И что теперь делать? Где искать эту маленькую трусиху, вбившую себе в голову, что между ними ничего не может быть? Какими цепями приковать к себе, чтобы она наконец поняла, что это всё не шутки и не минутная слабость? Что он даже представить себе не может, чтобы рядом с ней находился кто-то другой!

Вчера, казалось, он постарел лет на десять. То, как она цеплялась к прохожим, невзирая на пол и возраст, поражало до глубины души. Казалось, перед ним пятилетний ребёнок, впервые в жизни попавший на ярмарку! Сахарная вата, аттракционы, леденцы… И нефула! Да какая девушка вообще будет пускать слюни умиления на паука?! Самого ядовитого паука Бездны! Полутораметровую монстроузную тварь фиолетового цвета!

Но это же Селин…

А как она ела леденец… О-о…

А как трогала его… Как податливо плавилась в его руках, едва уловимо вздрагивая от поцелуев и прикосновений. Ей нравилось. Он видел. Очень нравилось. До определённого момента.

Пока не подключился разум. Тот самый разум, который восхищал, но иногда просто хотелось его отключить. Вырвать с корнем, чтобы она не думала, а просто действовала. Позволила древним, как сам мир инстинктам взять верх.

Ему хватило сил и мужества уйти. Просто уйти. Молча. Без обвинений. Так было правильно. Наверное…

И всё-таки она его дождалась. Не забыла о договорённости. Вновь стала самой собой. Умной, рассудительной и крайне сосредоточенной на задаче. Позволила себе толику любопытства, но не более. И была предельно честна.

Всё. С этого момента ни шагу от плана!

Но почему же ему сейчас так тошно?

На работу я пришла без опозданий. Не забыла ни самочку, клетку которой предусмотрительно накрыла тканью, чтобы не нервировать бедолажку сверх необходимого, ни притихшего Томми. Проведала Хьюго, покормила Чарру, убедившись, что у гончей всё в полном порядке, и вновь уделила повышенное внимание младшей дочке. Собрала отчёты (сегодня сдали все до единого, даже Пайне передал через своего лаборанта), сформировала сводную ведомость и итоговый отчёт, отнесла его в кабинет Киршина, но самого начальника на месте не застала.

Пообедала, пару часов уделила предстоящей аттестации, окончательно определившись с распределением сотрудников по группам, и набросала предварительные вопросы.

Перенесла бесовку в центральную лабораторию в свой кабинет, поставила усиленную защиту, чтобы самочка не сбежала, и бесстрашно открыла клетку, которую поставила в центре своего рабочего стола.

Сама спокойно села и начала наблюдать. Бесовка всё ещё была шиншиллой, но я не обманывалась её невинным и беззащитным видом. Знала, что она может в любой момент стать, кем угодно. Естественно, в пределах своего веса.

Так мы просидели минут пятнадцать, но на контакт бесовка не шла. Проигнорировала даже пончики, которые я поставила на край стола. Естественно, снаружи клетки.

Томми всё это время провёл на моём плече, не меньше меня переживая за исход дела.

— Итак, давай всё-таки хотя бы поговорим, — произнесла я строго. — У тебя есть имя? В чём причина твоего замкнутого поведения? Тебя кто-то обидел? Причинил физический или ментальный вред? Объясни, я хочу помочь.

Самочка раздражённо приоткрыла один глаз, смерила меня презрительным взглядом и снова закрыла. Вчера она немного поела, но сегодня к еде даже не притронулась, словно решила объявить голодовку.

— Хорошо. Раз так, то я буду действовать жёстче. — Сообщила я вредине.

Надела защитные перчатки повышенной прочности и бесстрашно сунула руку в клетку. Не обратила никакого внимания на злобно ощерившуюся бесовку и взяла её за шкирку. Пустила подчиняющий импульс, чтобы не вырывалась, и вытащила наружу. Обмякшая самочка не оказывала никакого сопротивления и я быстро провела осмотр, который бы смог дать понять, что с ней происходит. Но ни физических повреждений, ни магических я не обнаружила. Паразитов тоже не выявила, как и других отклонений от нормы.

Вернула приобретение в клетку и задумалась. В чём всё-таки причина? Бесы по своей природе не враждебны и охотно идут на контакт, тут же чувствовалась искренняя злоба. Причина. Мне необходимо выяснить причину.

— Послушай меня, так нельзя. Своим поведением ты сама себе делаешь хуже. Тебя никто не заставляет выбирать Томми в качестве спутника. Я прекрасно понимаю, что расположения невозможно добиться силой. Просто поговори со мной. Я хочу помочь. Расскажи, откуда ты. Может, хочешь обратно? Если это действительно так, то я это сделаю. Просто реши, чего именно ты хочешь?

— Они убили. Всех убили. — Тихо заговорила самочка, так и не открыв глаз. Её голосок был очень нежным и тонким, но не писклявым, а приятным.

— Кто?

— Охотники. Демоны. Убили всю мою стаю. Они просто развлекались. А потом ушли. Я боялась. Очень боялась…

— самочка притихла и несколько минут я слышала её судорожные вздохи, словно она с трудом сдерживала рыдания. — А потом они вернулись и открыли в нашей пещере проход в ваш мир. Их было много. Очень много…

— Сколько?

— Много… — едва слышно выдохнула бесовка. — Меня тоже затянуло. Меня кто-то учуял. Кто-то из них. Я бежала. Быстро. Далеко. Долго. И меня поймали. Не они. Другие. Мне страшно…

— Послушай, всё хорошо. — Рассказ самочки был очень важен, ведь это могло означать новый и вполне возможно крупный прорыв, но пока я отложила его в сторону. Сейчас важнее она сама. — Мы никого не убиваем. Томми, мой питомец. Мы вместе уже больше пятнадцати лет. Я никому не дам тебя в обиду.

— Тот… Тот ловчий говорил, что я неформат, — тихо прошептала самочка. — Что меня отдадут на опыты. В Бестиариум. А вы ведь… Из Бестиариума?

— Да, мы из Бестиариума. Но нам не нужны бесы для опытов. — Я говорила спокойно и уверенно, глядя на самочку честным взглядом и не скрывая ничего. — Ты понравилась Томми и мы тебя выкупили. На воле бесы живут большими стаями, Томми скучно одному. Он мой друг и я хочу, чтобы у него тоже была своя стая.

Бесовка приоткрыла один глаз и бросила откровенно оценивающий взгляд на моего мальчика. Тот аж дыхание затаил и подался вперёд.

— Я подумаю, — наконец решилась самочка и снова зажмурилась и нахохлилась, превратившись в идеально круглый меховой шар с нервно подрагивающими ушками. И уже оттуда глухо донеслось. — Хельтруда.

Судя по всему, бесовка так представилась, и я похвалила себя за терпение и удачно налаженный контакт. Понятно, что это лишь начало, но лёд тронулся, а остальное лишь вопрос времени. Чтобы избежать возможных недоразумений, я положила пару пончиков в клетку и снова её заперла. Выпускать Хель на волю было пока неблагоразумно, и думаю, она не будет на меня в обиде за эту предосторожность. Тут, так сказать двойной эффект: и она выбраться не может, и к ней никто не проберётся и не тронет.

Время близилось к пяти и я вновь навестила Чарру. Убедилась, что восстановление гончей идёт полным ходом, мох тоже прижился, а щенки растут не по дням, а по часам. Перед уходом домой заглянула в кабинет к Киршину, но его на месте не было, и я задумалась, как действовать дальше. Информация, полученная от Хельтруды, была несомненно важна, но мне требовался совет профессионала. Куда с этим идти? Как поступить? Не заниматься же самой, в самом-то деле! А Киршин из бывших военных, у него наверняка есть нужные связи.

И я вспомнила об амулете.

Киршин лишь пару рез им пользовался, вызывая меня по нему к себе, так что большую часть времени я просто носила его с собой, временами совершенно забывая. Но сейчас он оказался как никогда кстати, и я решительно нажала руну вызова.

— Да? — голос шефа звучал недовольно.

— Господин Киршин, это Селин. Мне необходимо увидеться с вами по очень важному вопросу.

— Что-то с Чаррой? — напрягся шеф.

— Нет, — поспешила я его заверить. — С гончей и щенками всё в порядке. Дело в другом. Мне удалось слегка разговорить бесовку, она утверждает, что попала к нам из Бездны вместе с группой демонов-лазутчиков. Мне кажется, это очень важная информация и стоит передать её в соответствующую инстанцию. Просто я не знаю, куда именно, хотела с вами посоветоваться…

Ясно, — мрачно прервал меня Киршин. — Где ты сейчас? Ещё на работе? Да.

Я пришлю за тобой кэб, дождись и захвати бесовку. Встретимся на месте.