Право дракона, или его тайная невеста

Глава 20

— Эдриан! — Кажется, еще никогда раньше я не произносила это имя с такой искренней радостью. Даже на ноги вскочила, тут же ощутив, как мир вокруг вдруг пьяно качнулся.

Опасаясь рухнуть от головокружения, я вцепилась в руку Эдриана, как за спасательный круг.

Леонард, от неожиданности растерявшийся, уже через секунду закипел от ярости. Его лицо налилось краской, и он вскочил с места, пытаясь оказаться выше Эдриана. Вот только ростом не получился.

— Слушай, парень, я тебе советую убраться отсюда, пока я не позвал охрану, — процедил сынок советника по экономике.

Что ж мне вечно попадаются чьи-то сынки? То мамины, то экономики… Точнее, советника по экономике.

— Ой, да ладно тебе, — протянул Харт, будто уговаривая ребёнка. — Неужели ты правда думаешь, что она выберет тебя? Посмотри на неё, она уже встала, чтобы уйти. Может, стоит признать поражение, а?

— Эдриан, держи меня, пожалуйста. Мне нужно к Грымзе, — пьяно протянула я, понимая, что уже и язык налился "алкогольной" тяжестью. Одно хорошо, теперь я не одна и можно уже не строить из себя ничего не понимающую дурочку. Харт меня защитит. — Она совершила фатальную ошибку в расчётах времени при взамо...взамимо... Тьфу!

Я фактически прижалась к Эдриану, надеясь, что если меня не держат ноги, то удержит хотя бы он. Зелье начало действовать слишком быстро — то ли данные Грымзы устарели, то ли это из-за того, что я в целом непривычная к подобному воздействию. В тот миг мне казалось, что именно это следует срочно обсудить с преподавательницей по зельеварению.

Харт, в свою очередь, с недоверием покосился на меня, потом — на бутылку вина, стоящую на столе. И кажется, сделал собственные выводы.

— Проваливай, — почти прорычал Леонард, мигом растеряв всю свою напускную вежливость.

— Помолчи, а, — лениво отозвался Эдриан, поворачиваясь ко мне и внимательно заглядывая мне в глаза. Затем зачем-то принюхался. Это показалось мне особенно забавным. Я хихикнула. — Айлин, ты что, напилась?! Не могла бы хотя бы общество поприличнее выбрать?..

— Ты вообще знаешь, кто я?! — взбешенный Леонард, видимо, пожелал заявить о своём превосходстве.

Эдриан, казалось, даже не моргнул. Он ненадолго перевел насмешливый взгляд на этого мудака и вернув своему лицу привычное насмешливое выражение, произнес:

— Понятия не имею. Познакомимся? Харт. Эдриан Харт.

Леонард замолчал. Его лицо вдруг резко побледнело. Я увидела, как уверенность "жениха" начала куда-то испаряться. Он нервно сглотнул, а потом, видимо, решив пойти по пути наименьшего сопротивления, заговорил другим тоном:

— Эм... Послушай, Харт, это просто... банальное свидание, чтобы предки отстали, понимаешь? Ничего серьёзного. Я, честно говоря, не собирался с тобой конфликтовать, — он натянуто улыбнулся, переводя взгляд с Эдриана на меня. — Прости, я не знал, что ты... вы... ну, занята.

После этого Леонард спешно поклонился, и, не дождавшись ответа, развернулся и поспешил к выходу. Казалось, его ноги несли быстрее, чем голова успевала принять это решение. У самого выхода к лестнице он вдруг развернулся и сдавленно бросил:

— Надеюсь, никаких претензий. И передавай привет Себастьяну.

Я почти висела на Эдриане, уже порядком "захмелевшая" от приворотного зелья. Но, что удивительно, вся моя тревога испарилась, уступая место восхищению. Восхищению Эдрианом-рыцарем-дня-Хартом. Демоново зелье, буквально сжирающее остатки моего рассудка! Именно оно насаждало пьяные мысли, что лучше я выйду замуж за спасителя Харта, а не за это поганое насекомое!

— А кто такой Себастьян? — с любопытством поинтересовалась я.

Эдриан проигнорировал мой вопрос. Он аккуратно усадил меня на ближайший стул, как будто я была хрупким артефактом, и всучил мне наполовину полную бутылку воды, взятую со стола. Его раздражение можно было почувствовать в воздухе — настолько явным оно было.

— Не умеешь пить, не пей! — рявкнул он, нависнув надо мной, как рассерженный гувернер. — Я что, мальчик по вызову, всякий раз спасать твою хорошенькую задницу из очередной передряги?!

Я моргнула и осмотрелась вокруг, вдруг поняв, что все официанты из зала ретировались следом за Леонардом. Будь я в более адекватном состоянии, поступила бы так же. Харт в гневе страшен!

Но вместо этого я подняла на Эдриана взгляд и не удержалась от смешливого уточнения:

— Моя задница правда хорошенькая?

Эдриан закатил глаза, тяжело вздохнул и отвернулся, будто пытаясь найти что-то на стене. А может, на рыбок засмотрелся…

— Просто пей воду, Вейсс.

Воду. Пить воду…

В голове царил полный кавардак. Мысли путались, и я никак не могла собрать их в кучу и объясниться.

Всё происходило словно в тумане, и единственное, что пришло в голову, воспользоваться подручными средствами. Схватив бутылку покрепче, я решительно перевернула её над собой, позволяя холодной воде плеснуть прямо на волосы и лицо.

Эдриан застыл, глядя на меня, как на окончательно ополоумившую.

— Ты что творишь?! — вырвалось у него, когда он осознал, что я только что сделала.

— Пытаюсь... собраться, — пробормотала я, по телу прошлась дрожь от холода.

А ведь... помогло!

— Слушай внимательно, — начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал четко и ровно. — Леонард... Он опоил меня редким приворотным зельем.

Эдриан прищурился, его глаза стали предельно серьезными, лицо закаменело. Он даже бросил взгляд на выход, словно сожалея, что так легко отпустил этого мудака.

— Приворотное зелье? Какое именно?

Я попыталась вспомнить всё, что знала об этом зелье, и начала перечислять ингредиенты:

— Листья кровавого мха, лепестки луговой тени, эссенция ночной жабы. И ещё... кажется, капля крови магического существа. Это старый состав, им уже давно не пользуются. Но он работает, и мне становится всё хуже. Последствия необратимы.

— Если бы я знал, что эссенция ночной жабы способна разрушить твой обет "Буду ненавидеть Эдриана Харта до конца жизни", — усмехнулся он, — я бы уже завёл собственное болото и лично бы отправился на отлов жаб, вооружённый сачком и светильником.

Я пьяно хихикнула, представив Эдриана без рубашки, с сачком и магическим фонарём, прыгающего по болотным кочкам под светом луны. Бредовая фантазия так захватила меня, что я качнулась и чуть не потеряла равновесие.

Харт меня удержал, а в следующий миг подхватил на руки, будто я весила не больше пушинки. Мои руки сами собой обвили его шею, и я уткнулась лицом в его плечо. Тепло его тела, спокойная сила... А ещё этот запах. О, боги, какой же он классный! Свежесть, лёгкий оттенок чего-то травяного — ни малейшего намёка на приторные духи, как у этого расфуфыренного Леонарда.

Я вдохнула поглубже, чтобы ещё раз уловить этот аромат, и вдруг осознала, как мои мысли начинают сбиваться на что-то совсем неуместное. Что если приворот начал действовать как-то не так? Иначе откуда у меня эти бредовые мысли про Харта? Рассуждаю, как влюбленная девица!

— Я отведу тебя к господину Фолкнеру, — твёрдо произнёс Эдриан, сбивая мои размышления. Он крепче прижал меня к себе, готовясь шагнуть в тень. Но прежде чем он успел это сделать, я впилась в его плечи ногтями, останавливая.

— Нет, — произнесла я, едва сдерживая панику. — Мне нужно к Грымзе. Только она сможет с этим разобраться.

Эдриан тяжело вздохнул, его взгляд ненадолго стал задумчивым, словно он решал, насколько взвешенное и трезвое это решение. Кивнув, он сосредоточился, и в следующий миг мир вокруг нас померк, словно мы оказались за гранью реальности. Я ощутила холод и пустоту изнанки. Но спустя мгновение ощущение падения в бездну испарилось, и мы оказались на пороге чьей-то комнаты. Комнаты, судя по всему, Рамзаны Колдхарт.

Руки у Эдриана были заняты мной, поэтому стучать пришлось ногой. Громкий звук разнёсся по коридору, но никакого ответа не последовало. Эдриан, раздражённо закатив глаза, призвал свою Тень. Тень послушно взметнулась к двери, и та распахнулась, пропуская нас внутрь.

Ого... Тень и так умеет?

С каждым разом я все больше и больше проникалась к способностям Харта уважением.

Мы, тем временем, ввалились в комнаты Грымзы.

Рамзана Колдхарт, собственной персоной, стояла посреди спальни в совершенно нелепом виде: на ней была старая, выцветшая сорочка с дурацкими рюшами и вышивкой розового фламинго, волосы украшали бигуди всех цветов радуги.

И мне бы прикинуться ветошью, смолчать, но вместо этого я совершенно позорно рассмеялась. Звонко и раскатисто. Эффекта отрезвления от воды явно надолго не хватило.

При виде нас, Грымза замерла с открытым ртом, а потом, резко опомнившись, схватила со стула свою привычную клетчатую шаль и накинула её на плечи, пытаясь придать себе хоть какое-то подобие внушительности.

— Что за?!.. — вполне справедливо начала она, но Эдриан ее перебил.

— Простите за вторжение, профессор, — его голос был ледяным, я зябко поежилась. — Но ситуация требует вашей срочной помощи. Айлин опоили редким приворотным зельем.

Именно в этот момент я посчитала, что с меня довольно отсиживаться на руках у Харта. Я, в конце концов, тоже умею говорить! Кое-как, с помощью сообразившего Эдриана, я опустилась на ноги. Комната плыла, голова кружилась, но настроение, вопреки ситуации, было ну очень радостным. Развернувшись к Грымзе, я попыталась выдать все самое разумное, на что была способна, но слова разлетались на набор букв.

— Г-гспжа Колдхал... Колхер... — заплетающимся языком начала я, запнувшись в общей сложности раз пять. Ощущение было сравнимо с тем, будто выпил крепкого глинтвейна на морозе, а потом зашел в теплую комнату с камином. — Тьфу! Грымзочка, милая, меня опоили Зельем пру...пурпура!

Грымза прищурилась, её взгляд стал подозрительным и колючим.

Стоп, я только что назвала ее милой?! Еще и обратилась по студенческого прозвищу?!.. Мне конец. В этот раз не спасет ни Учитель, ни "благотворительность" отца.

— Зелье пурпура, говоришь? — протянула она, скрестив руки на груди и напрочь проигнорировав мое к ней обращение. — Это очень редкий приворот, Вейсс. Сложный в приготовлении. С чего ты взяла, что это именно он? К тому же, я очень сильно сомневаюсь, что ты в состоянии определить ингредиенты на вкус.

Я попыталась сосредоточиться, и после пары секунд молчания всё же собралась с мыслями, чтобы ответить. Моя голова казалась ватной, язык всё ещё заплетался, но при этом я четко осознавала, что именно от ответа зависит вся моя жизнь.

— Листья коровн... кровавого мха, лепестки луговой тени, сесенс… эссенция ночной жабы... — начала перечислять я, мотнув головой и зажмурившись, чтобы слова собрались во что-то осмысленное. Получилось!

Грымза вдруг удивленно фыркнула, после глянув на меня более обеспокоенно.

— Выговор мне сделаете завтра, — добавила я, с ужасом понимая, что меня вновь начинает клонить в сон, — но сейчас, пожалуйста, сделайте отворотное! Только вы способны справиться!

Она оценивающе посмотрела на меня и спросила:

— Ты уверена? Если приворота не было, отворотное может навредить.

— Уверена, — выдавила я, подавив зевок и кивнув. — Очень уверена.

— Харт, ей нельзя засыпать.

— Мне нельзя спа-а-ать, — все-таки зевнула я, произнося это одновременно с Грымзой.

Она покосилась на меня с едва заметным одобрением. Нет, ну это точно пьяный бред. Грымза умеет только метать молнии глазами и осуждать.

— Мне нужно время на приготовление антидота, — направляясь к двери в углу комнаты, сообщила профессор. — Делай, что хочешь, но не давай ей и глаз сомкнуть. Заснет, процесс станет необратимым, и даже я ничего не смогу изменить.

Грымза скрылась за дверью, и Эдриан мрачно посмотрел на зевающую меня.

— Так, давай-ка взбодримся, — начал он тоном, каким обычно разговаривают с маленькими детьми. — Что за фанатичное желание найти себе жениха и бесконечные походы по свиданиям вслепую?! Ты что, совсем отчаялась, что на тебя кто-то может запасть?

Я раздраженно фыркнула, переминаясь с ноги на ногу. Точно! Чтобы не спать, надо ходить. Движение — жизнь!

— Ничего я не отчаялась! Эти свидания — не моя инициатива, а моей семьи! И вообще, Харт, все из-за тебя! Если бы не ты не лез под руку... Если бы мы не разрушили добрую половину класса зельеварения, меня бы не наказали! И не лишили карманных средств! И не заставили бы ходить на эти дурацкие свидания!

Я совсем распалилась, расхаживая по кругу и эмоционально сокрушаясь. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что Эдриан специально выбрал самую колючую для меня тему, чтобы пробить на эмоции. Что же... Злость лучше, чем сон.

— И вообще, я уверена, если бы у меня была сестра, то все шишки от родителей делились бы поровну! — выпалила я, ненадолго останавливаясь и переводя дух. — А лучше — брат. Он бы меня защищал от всех. Даже от тебя Харт... Он бы просто не позволил тебе надо мной измываться!

Эдриан фыркнул.

— С братьями всё сложнее, Айлин, — произнёс он с горькой насмешкой. — Иногда они совсем не те, кто защищает. Иногда — совсем наоборот.

Я уловила в его голосе что-то, что стоило бы обдумать, но мои мысли уже унеслись в другом направлении. Возможно, из-за смешения зелья и усталости, но в этот момент новая идея показалась мне поистине гениальной.

— Харт! — я резко повернулась к нему. — Стань моим парнем!

Эдриан замер, широко раскрыв глаза.

— Этот идиот что-то напутал с приворотом? — протянул он, насмешливо приподняв бровь. — Или ты всерьёз?

— Не так! — отмахнулась я, чувствуя, что мысли вновь начинают путаться. — Фальшивые отношения, понимаешь? Чтобы мама наконец от меня отстала. Ты же понимаешь, насколько это идеально! Просто притворись! Ну пожалуйста, Харт, а?

Я подскочила к Эдриану и вцепилась ему в руку. Эдриан смотрел на меня с выражением абсолютного неверия.

— Это, в конце концов, твоя ответственность! Если бы ты не подменил ингредиенты…. — продолжила я напирать. — У меня мама проклятийница, совсем как Бетти, только хуже. Если не буду ее слушаться, точно проклянет! Но тебе совершенно не о чем переживать, она обожает драконов! Если мама узнает, что я встречаюсь с одним из них, с ума от счастья сойдет!

Парень пробормотал что-то невнятное, взъерошив волосы.

Боги, что я несу?!.. С другой стороны, эта мысль настолько меня взбудоражила, что даже нестерпимое желание прилечь и уснуть отошло на задворки сознания.

— А знаешь, Харт, из этого можно ещё и выгоду извлечь!

Эдриан прищурился, будто не был уверен, всерьёз ли я или под действием зелья окончательно потеряла связь с реальностью.

— Если сделать ставку в тотализаторе? — угадал он мои мысли.

— Да! На этом можно заработать! — продолжила я с воодушевлением. — Не понимаю, почему эта гениальная идея не посетила меня раньше?

— Потому что ты слишком правильная для подобных афер.

Я устала, тело ныло, а потому я, не долго думая, уселась на пол и скрестила ноги. Эдриан, к моему удивлению, приземлился напротив, не сводя с меня напряженного взгляда. Мы с Бетти часто болтали именно в таких позах, только взгляд у подруги был не таким пронизывающим.

Холодно!

— Нам ведь даже особо стараться не придётся. Легенда вокруг королевской традиции всё сделает за нас. Достаточно будет одного намёка на отношения, а студенты додумают остальное сами.

Эдриан наклонил голову чуть сильнее, будто внимательно изучал меня, а затем, слегка отклонившись корпусом назад, упёрся ладонями в пол. Его рубашка натянулась, обрисовывая рельеф мускулов, а расстёгнутый ворот открыл больше, чем следовало.

На мгновение я сбилась с мысли. Взгляд сам собой задержался на том, как идеально сидела эта рубашка. Боги, мог бы и не садиться так эффектно. Позер!

— Точно! — я резко подняла палец, словно ставила восклицательный знак. — А если официально ничего не подтверждать, потом и объяснять разрыв фальшивых отношений не придётся. Просто скажем: "Вы сами всё придумали!"

— Поговорим об этом, когда ты будешь в своём уме, а не под действием приворота какого-то мудака, — произнёс он спокойно, но с лёгкой насмешкой. — Если не передумаешь, обсудим условия.

Я закатила глаза. Иного и не ждала!

— Не передумаю! — выпалила я в запале, ощущая, как голос слегка дрогнул от смеси упрямства и досады. Интересно, что он потребует?

Как же спать хочется! Сил моих нет!

Каким-то невероятным образом Харт ненадолго увлек меня беседой. Он заставлял меня смеяться и вставлять ехидные комментарии, рассказывая истории, в которые он влипал на первом курсе. Вот только мой запал все равно начал сходить на нет. Всё, чего я хотела — это лечь и спать. Можно прямо на полу спальни Грымзы, все равно.

— Айлин, ты только не засыпай! — в голосе Харта даже слышались тонкие нотки паники.

Я уже буквально лежала на груди Эдриана, кутаясь в плед, нагло стянутый с постели Грымзы, и все еще испытывая пронизывающий холод. Может, это магия комнаты такая и потому Колдхарт-Мерзлявая не расстается со своей дурацкой клетчатой шалью?

Может, подарить ей новую, если успеет с отворотным?.. Отворотное... Зачем оно мне? Что я вообще тут забыла?

— Эй, Айлин!

Я слышала лишь гул и шуршание в ушах. Мои веки становились всё тяжелее, и мир начал утекать куда-то за границы сознания. Мысли вяло плыли по течению...

Вдруг я ощутила прикосновение — тёплые пальцы, осторожно проводящие по моей щеке. Это было настолько нежно, что мне на мгновение показалось, будто это сон. Я распахнула глаза, чтобы убедиться, что мне не кажется, и увидела Эдриана. Его лицо застыло всего в нескольких сантиметрах от моего, в глазах отражалась тревога, которая неожиданно мягко переплеталась с чем-то ещё… теплом? Заботой?

— Харт… Что ты делаешь?

Он слегка улыбнулся, держа меня за руку и смотря прямо в глаза:

— Спасаю тебя, Айлин. Ну или делаю вид, что спасаю, тем самым подвергая большей опасности.

Его слова не успели до конца осесть в моём сознании, как он наклонился, и его губы коснулись моих.

На мгновение я задержала воздух в лёгких, замерла, застыла. Шок сковал меня, и в голове промелькнула единственная, сбивчивая мысль: Эдриан Харт меня целует. Настоящий Эдриан Харт. Дракон, заноза, мой главный раздражитель… целует меня. Осознание накрыло меня волной, почти сбивая с ног.

Я сделала прерывистый выдох, губы невольно раскрылись, и я почувствовала, как горячее дыхание Эдриана смешивается с моим — горячее, насыщенное каким-то необъяснимым чувством близости.

Неосознанно подалась вперёд, и этого движения хватило, чтобы он понял. Его ладонь мягко легла на мою щеку, пальцы чуть касались кожи, а другая рука обвила мою талию, притягивая меня ближе. Поцелуй стал глубже, настойчивее, но при этом всё ещё оставался удивительно нежным. Тонкая дрожь пробежала по телу, словно внутри ожили магические потоки, заставляя кожу ощущать каждое прикосновение острее. Пальцы непроизвольно сжались на его спине, будто искали опору в этом вихре чувств. Щёки горели, а в груди разрасталось странное ощущение — как будто этот момент, полный тепла и жизни, мог ускользнуть, если я на миг отвлекусь.

Послышался грохот двери, заставивший меня вздрогнуть. Эдриан тоже застыл на мгновение, его губы на долю секунды замерли, а затем он медленно отстранился, оставляя за собой тепло и какую-то тягучую пустоту. Его глаза искрились эмоциями, которые я не могла прочитать, но которые заставляли сердце биться сильнее.

— Готово! — раздался резкий голос Грымзы где-то за спиной.

Я ошарашенно моргнула, всё ещё не в силах осознать, что только что произошло. Голова кружилась, губы ещё покалывало, а сердце билось так, будто собиралось выпрыгнуть из груди.

Обернувшись, я увидела Грымзу в её привычной строгой манере — губы поджаты, взгляд колючий, и всё это сопровождалось недовольным выражением лица. В её руке поблёскивал небольшой пузырёк с чем-то густым и мутным.

Эдриан помог мне подняться на ноги. Меня шатало сильнее, чем лодку на штормовых волнах.

— Пей, — коротко приказала она, не терпя возражений.

Собрав последние силы, я отпила зелье. Вкус был настолько горьким и резким, что казалось, будто я пью концентрированный экстракт чертополоха, с примесью каких-то кислых ягод и даже, как ни странно, острого перца. Зелье обжигало горло.

— Фу... — протянула я, поморщившись. И затем совсем другим тоном: — Профессор Грымза Колдхарт, официально заявляю, что вы... невероятная и замечательная! И я ваша должница!

Жаль, что ни один из антидотов не действует мгновенно... После очередной глупости, меня резко повело, и я провалилась в темноту.

Уже сквозь полусознание, будто через толстое одеяло, я слышала усталый голос преподавательницы по зельеварению:

— Все в порядке. Отнеси её в целительское крыло.

Проснулась я в целительской палате, лёжа на мягкой кровати. Первое, что увидела, яркие полосы солнечного света, просачивающиеся сквозь щели в шторах. Повернув голову, я обнаружила, что рядом на табурете спал Эдриан Харт, плечом опираясь на стену и сложив руки на груди. Его волосы были растрепаны, губы чуть приоткрыты. Меня вдруг пронзила странная смесь благодарности и смущения.

Он что, провел тут всю ночь?

Я закрыла глаза, пытаясь восстановить в памяти события прошлого вечера. Смутные обрывки воспоминаний проносились перед глазами. Последнее, что чётко запомнилось, появление Харта в ресторации.

А потом... Потом всё будто в тумане.

Вдруг дверь в палату тихо открылась, и вошёл Учитель — Тарен Фолкнер, декан факультета целительства. Он остановился в дверях, и мягко улыбнулся, перехватив мой взгляд.

— Доброе утро, Айлин, — тихо произнес он. — Как самочувствие?

От звука его голоса Эдриан проснулся, моргнул и, словно в растерянности, осмотрелся. Его взгляд встретился с моим. К щекам вдруг прилил румянец.

— В порядке, — со сна голос прозвучал хрипло. — Правда, не помню, как здесь оказалась.

Учитель подошел ближе, бросив короткий взгляд на Харта.

— Ничего удивительного, — спокойно пояснил Тарен, подходя ближе к моей постели. — Действие зелья пурпура устроено так, что сознание начинает путаться почти с момента, когда жертва его принимает. Это не случайный побочный эффект, а продуманный механизм. Благодаря этому опоивший может легко всё выставить так, будто ничего необычного не происходило. Со стороны все выглядит так, словно жертва просто перебрала спиртного и перепутала реальность с последствиями пьянки. — Он сделал паузу, задумчиво взглянув на меня, прежде чем продолжить: — Это зелье оттого и находится в списке особо опасных. При грамотном использовании доказать его применение почти невозможно — жертва ничего не помнит.

Тарен прищурился, пристально глядя мне в глаза, словно пытался уловить что-то ускользающее.

— А ты ничего необычного не чувствуешь? — его голос стал мягче, но от этого вопрос звучал ещё напряженнее. — Возможно, испытываешь к кому-то… непривычное притяжение?

Я замешкалась, внезапно почувствовав себя крайне неуютно. На мгновение в голове мелькнул образ Леонарда, и отвращение мгновенно затопило меня с головой. Нет, к нему я точно ничего не чувствовала.

Но вот что касается Эдриана…

Взгляд невольно скользнул на Харта, который сидел рядом. Он заинтересованно приподнял бровь, по губам скользнула знакомая усмешка. Ещё вчера я бы даже не задумалась о таком, но теперь… Он позаботился обо мне, не бросил в трудный момент. Провёл всю ночь рядом с моей койкой, хотя мог бы и не делать этого. Эти мысли вызвали у меня странное ощущение.

Неужели я влюбилась в Эдриана? Нет, это просто глупость. Зелье привораживает исключительно к тому, чья кровь была использована при его создании, и ни к кому другому. Что бы я сейчас ни чувствовала — это просто благодарность за то, что Харт повёл себя как настоящий мужчина. Необычно для наших отношений, но, надо признать, очень приятно.

Однако вопрос Тарена и взгляд напарника, прожигающий насквозь, заставили меня напрячься. Слишком уж внимательно он смотрел на меня, будто ждал признания. Я почувствовала, как по телу прокатилась волна смущения, а сердце забилось чаще. Боги, надеюсь, я ничего лишнего ему не наговорила, о чём сейчас не помню!

— Никаких непредвиденных влюбленностей, господин Фолкнер, — поспешила я ответить, чувствуя, как щеки горят.

Учитель довольно кивнул.

— Ты правильно сделала, что обратилась к госпоже Колдхарт. В таких вопросах нет никого лучше неё. И, надеюсь, ты извлекла из этого ценный урок, Айлин.

Я сдержанно кивнула, но внутри меня разлилось облегчение. Произошедший инцидент не просто оставлял неприятный осадок, но и ставил жирную точку на всей этой дурацкой затее с мамиными свиданиями. Теперь-то уж точно никаких ужинов "по протекции" не будет.

Как говорится, помяни демона, он и объявится. Стоило Учителю упомянуть имя Грымзы, как дверь вновь распахнулась и на пороге показалась декан зельеваров.

Рамзана Мерзлявая окинула всех недовольным взглядом и громко произнесла:

— Надо же, очнулась.

Я растерянно моргнула. А были иные варианты?

Или она не выспалась? Сегодня ее глаза метали молнии больше обычного, а лицо выглядело по-особенному недовольным.

— Не рассчитывайте, что из-за вашего состояния и потери памяти я спущу вам хамство! — продолжила Грымза, устремив на меня свой взгляд, полный негодования. — Будете у меня котлы отмывать весь месяц!

Я застыла в полном шоке, пытаясь понять, в чем именно провинилась. Мозг отчаянно отказывался подсказывать, словно уберегая меня от воспоминаний. И пока я пыталась подобрать слова, чтобы хоть как-то оправдаться за то, что даже не помнила, Грымза вдруг добавила:

— Но зачет по теме "Определение редких ядов и противоядий" я вам проставила!

Я успела лишь моргнуть в ответ, прежде чем преподавательница развернулась и вышла из палаты, на ходу бросив многозначительный взгляд на Учителя. Тарен Фолкнер коротко кивнул и тоже направился к выходу, закрыв за собой дверь и оставляя меня наедине с Хартом.

В немом изумлении уставилась на дверь, а потом перевела взгляд на Эдриана. Тот смотрел слишком уж самодовольно, словно кот, не только слопавший хозяйскую сметану, но и гордо оставивший миску сверкающе чистой. Желание найти эту гипотетическую миску и надеть её ему на голову вспыхнуло моментально.

Он что-то знает! Иначе с чего бы так пялится на меня? Я со сна наверняка выгляжу ужасно, волосы, наверное, во все стороны. Мог бы хотя бы сделать вид, чтобы не смущать! Или, на худой конец, отвернуться.

— Что... что вчера вообще произошло? — спросила я, с трудом выдавливая слова.

— Ты вообще ничего не помнишь? — я услышала в его тоне толику напряжения.

Я покачала головой, а Эдриан, усмехнувшись, наклонился вперёд, упёрся локтями в колени и сцепил пальцы в замок. Его взгляд стал ещё острее.

— Точно хочешь знать?

Стало ясно — он собирался наслаждаться каждым моментом моего позора.

Я об этом пожалею. Но оставаться в неведении было ещё хуже.

— Ну, давай начнем с того, что ты называла госпожу Колдхарт "Грымзой" прямо в лицо. О, и не раз! Твоя попытка произнести её фамилию была похожа на... хм, "Гр...грым... Кол... Грымза!", — Эдриан скопировал мой заплетающийся голос, драматически закатывая глаза. — А еще ржала над ее пижамой с рюшами и бигуди.

— Нет... — я потянулась к одеялу, чтобы прикрыть лицо, чувствуя, как покраснели щеки.

— Да-да, и это только начало, — продолжил он с ехидной улыбкой. — Под конец ты назвала ее "милой", "замечательной грымзочкой" и призналась ей в любви! Сказала, что ты у нее в долгу.

Я застонала и спрятала лицо под одеялом, надеясь исчезнуть из этого мира. Харт, конечно же, не остановился.

— О, ты и мне приятностей наговорила. Сказала, что я лучший мужчина, которого ты когда-либо встречала!

— Ты все это выдумываешь! — крикнула я из-под одеяла, отказываясь верить, что все могло зайти настолько далеко.

— То есть в то, что ты призналась Грымзе любви, ты веришь, а в это нет? — притворно оскорбился Эдриан.

Я резко высунулась из-под одеяла, показывая Харту кулак, но он лишь засмеялся, явно наслаждаясь каждым моментом моей агонии.

Полноценно прочувствовать свое падение не вышло, дверь снова распахнулась.

В палату заявились Бетти и Алекс.

— Ооо, так вы как тут? — с порога начала подруга. — А вы вообще в курсе, что уже вся академия гудит?! Обсуждают, как Эдриан нес тебя на руках в целительскую!

Я этого даже не помню! Из-под одеяла я сегодня точно не вылезу. После такого обилия новостей...

Алекс ухмыльнулся, кивая:

— Да, такого количества ставок я давно не собирал. Народ спорит: встречаетесь ли вы, был ли у вас интим, или, может, это просто хитрый способ привлечь внимание к королевскому совету академии!

А ведь они могли просто заглянуть, спросить, как у меня дела, как самочувствие... тоже мне, друзья!

— Кто-то даже делает ставки, сколько раз до конца года Эдриан будет таскать тебя на руках, — подхватила Бетти игривым голосом. — Так что... вы теперь встречаетесь?

— Да, — не моргнув глазом, ответил Эдриан.

— Что?! Нет, конечно! Что за глупости?! — отреагировала я, мгновенно вскочив на локтях.

Эдриан улыбнулся, с вызовом глядя на меня:

— Ты сама вчера предложила мне быть твоим парнем!

— Не может быть! — я опешила, пытаясь вспомнить хотя бы что-то.

Харт! Стань моим парнем.

Я что, и впрямь так сказала?! У-у-у-у...

Алекс с довольной ухмылкой хлопнул в ладоши:

— Наконец-то! — радостно воскликнул он. И потом куда тише: — Слишком долго ждал, чтобы моя ставка с первого курса сыграла!

Ну пожалуйста, Харт, а?

От внезапно проявившихся воспоминаний щеки совсем запунцевели. Я что, его умоляла?! На моем лице впору было жарить яичницу.

— Да ладно, это был лишь вопрос времени, — фыркнула Бетти.

Фальшивые отношения, понимаешь? Чтобы мама наконец от меня отстала.

— ФАЛЬШИВЫМ ПАРНЕМ! — озарило меня. — Не по-настоящему!

— Ну вот. А говоришь, что ничего не помнишь, — хмыкнул Харт с какой-то непонятной мне эмоцией на лице.