Развод. Исправить ошибку

Глава 31

— Что значит защищала? — повторяю, вспоминая еще один вопрос, на который не получила ответа. — Ты ведь знала, что у меня есть сын еще до того, как тебе сказали об этом. Откуда?

— С чего ты взяла? — фыркает Анфиса, но ее глаза начинают бегать. Она ищет выход, вот только он находится за нашими с Лешей спинами.

— Ты сама сказала «свое отродье», — напоминаю, стараясь подавить гнев, вспыхнувший в груди. — Сашенька же мог быть просто чьим-то племянником.

Леша пристально смотрит на меня, как бы спрашивая “Ты уверена?”.

Киваю.

— Ты знала? — спрашивает настойчиво он, возвращаясь к Анфисе.

Сашенька переводит взгляд с меня на своего отца, словно пытается понять, почему на него никто не обращает внимания. Его нижняя губа начинает подрагивать, а бровки избегаются. Остается только глазкам наполнится слезами и нас ждет мини-истерика.

Чтобы ее предотвратить, я протягиваю руки, предлагая сыну выбор. Но вместо того, чтобы пойти ко мне, Сашенька цепляется за шею отца.

Вздыхаю. Теперь я не в почете.

— Анфиса, откуда ты знала, что у Лены есть ребенок? — Леша не отводит взгляда от своей пассии даже на секунду.

— Не знаю, — Анфиса облизывает губы. — Слышала, наверное, — белеет.

— И не сказала мне?! — Леша вздергивает бровь, перебирая волосики сына, который положил головку на плечо отцу.

Анфиса кусает губу, выглядит растерянной. Мне даже становится ее жаль, но ненадолго. Вспоминаю годы, когда не спала ночами, успокаивая сына, у которого были то колики, то зубки лезли, то температура поднялась и пришлось везти его в больницу. Со всем мне пришлось самостоятельно. И все из-за слишком много на себя взявшей на себя девушки.

— Знаешь, Леша, — обессиленно вздыхает она. — Иди в жопу! — кривит нос. — Я потратила на тебя столько времени, а ты… неблагодарная свинья.

Срывается с места быстрее, чем кто-то успевает отреагировать. Протискивается между нами, расталкивая в разные стороны. Я едва не влетаю в стену, вовремя выставив руку.

Лешу так легко сдвинуть не получается. Но он держит ребенка, поэтому не пытается догнать убегающую Анфису. Она несется так быстро, что стук ее каблуков сливается в единый гул и затихает только тогда, когда девушка заходит в мини-холл, где находятся лифты.

— Ты же понимаешь, что это она удалила мое сообщение? — спрашиваю, стоит раздаться приглашенному звону, оповещающему о прибытии лифта.

— Все может быть, — Леша аккуратно поддерживает сына, который начинает клевать носом, лежа на широком плече.

Сашенька пытается держать глазки открытыми, но усталость оказывается сильнее. Она засасывает сына в целительную дрему. Жаль, что я не могу последовать его примеру, потому что адреналин смешивается с гневом и разносится по венам.

— Все может быть? — шиплю, со всей силы впиваясь ногтями в ладони.

С такими темпами я скоро раздеру себе руки. Но это лучше, чем показать эмоции этому бесчувственному чурбану. Когда останусь одна, смогу дать волю чувствам. А сейчас нужно оставаться спокойной, контролировать эмоции, надеть на лицо маску бесстрастного врача.

— У меня нет доказательств, — Леша пожимает свободным плечом. — Пойдем, — разворачивается и направляется в сторону своего кабинета.

Меня не ждет.

Появляется идея вовсе уйти. Но сын, который тихо посапывает на руках у бывшего мужа, не оставляет мне выбора. Сашеньку я не оставляю. Поэтому тихо вздыхаю и семеню следом за ними, не чувствуя ног.

Я нахожусь в полнейшем раздрае.

Мне нужно подумать.

Уложить все произошедшее по полочкам.

Но Леша, похоже, не хочет давать мне времени. Широкими шагами вышагивает по коридору, кивая встречающимся на пути сотрудникам. Только сейчас понимаю, что сегодня рабочий день. Сколько человек видели, как мы выясняли отношения? Много людей останавливались понаблюдать за тем, как моя жизнь снова летит в тартарары?

Иду, опустив голову и глядя под ноги. Предпочитаю верить, что мне повезло, и все сотрудники сидели по своим кабинетам, перебирая бумажки. Но не решаюсь ни на кого посмотреть, пока не захожу вслед за бывшим мужем в приемную.

— Меня не беспокоить, — приказной тон Леши слышен даже в тихих словах.

Бывший муж заходит в кабинет. Оставляет дверь открытой.

Я посылаю очередную ободряющую улыбку его помощнице, сидящей за столом, и захожу направляюсь следом за Лешей. Задерживаюсь в проходе. Наблюдаю, как бывший муж укладывает сына в кресло. Очень аккуратно, словно малыш хрустальный. С невероятной нежностью смотрит на спящего ребенка, после чего его плечи напрягаются, и он поднимает голову.

Глаза Леши медленно сужаются.

А я… не понимаю, что здесь делаю. Совсем.

Между мной и Лешей все давно ясно. Наши пути разошлись давно. Я благодарна ему за помощь с Михаилом. И похоже, бывший муж будет прекрасным отцом. Если судить по тому, как он взаимодействует с Сашенькой. Но все же я хочу свою размеренную жизнь обратно.

Вот только сбегать тоже не вариант. Видимо, у Леши включается инстинкт хищника при виде меня. Когда я отдаляюсь, он делает все, чтобы догнать. Снова загнать в клетку, которую называет “квартира” и рычать, рычать, рычать, охраняя свою территорию.

Поэтому приходится засунуть подальше желание “уйти без оглядки” и закрыть за собой дверь в кабинет. Нам нужно, наконец, поговорить. Обсудить все. И найти способ взаимодействовать, как родители.

Сопение Сашеньки разносится по комнате. Мое сердце наполняется любовью. Сашенька — мое счастье. Именно ради него я готова подавить внутреннее сопротивление. Ведь не могу не заметить, как малыш тянется к отцу. Словно чувствует “родную кровь”. Да и в принципе, любому ребенку нужны оба родителя. Если есть возможность Сашеньке получить сильнее плечо и поддержку отца, почему я должна малыша этого решать? Но есть одна проблема — я понятия не имею, как общаться с бывшем мужем. За два года мы оба изменились. Стали чужими людьми. Лены и Леши, которые когда-то поженились, больше нет.

Уверена, не только мне пришлось пройти через многое, чтобы стать на ноги. Но это не значит, что можно стереть прошлое. Стереть боль. Стереть измену.

— Она права, — наконец собираюсь с силами и иду к бывшему мужу, — если бы ты хотел, то нашел бы меня.

Леша не отвечает. Просто смотрит. Проникновенно. Очень знакомо. Именно так он смотрел на меня, когда слушал, как прошел мой день. Я лепетала выкладывая все: о новых болезнях, которые нам рассказывали на учебе, о том, как мне пришлось поставить капельницу бабушке из соседнего подъезда, о практике в отделении гинекологии. Я могла рассказать Леше обо всем. Говорила часами, а он слушал меня и молчал. Молчал, как сейчас.

Мысли сильнее путаются. Превращаются в огромный клубок из сомнений, непонимания и страха. После измены мужа я, кажется, разучилась доверять мужчинам. У меня толком не было отношений. Я посвятила свою жизнь сыну и работе. Позволила погрузиться в заботы, которые отвлекали от размышлений об одиночестве. Но оно все равно в недолгие моменты тишины и спокойствия пробиралось ко мне в голову. Я даже стала бояться принимать душ. Потому что стоя под струями горькие слезы стремились навстречу горячим, почти обжигающим каплям. А воспоминания о когда-то счастливой жизни возвращались…

Я так глубоко погружаюсь в себя, что едва слышу тихий, невозмутимый голос бывшего мужа:

— Я приезжал к тебе и до, и после развода. Прозябал днями и ночами под твоими окнами. Это ты даже не потрудилось выйти, чтобы со мной поговорить.