Развод. Исправить ошибку

Глава 41

Нехорошее предчувствие заставляет все внутри перевернуться. Прячу руки под стол, чтобы не показать бедной женщине, что они дрожат. Набираю полные легкие воздуха и спрашиваю:

— А когда вы виделись в последний раз?

Это становится главной ошибкой.

Женщина застывает, вперивается в меня взглядом. Не двигается. Такое чувство, что даже не дышит. Давящая тишина повисает в комнате. Ее разрывает только наше дыхание. Частое, прерывистое. Боюсь, если вздохну полной грудью, то хрупкое равновесие в женщине нарушится и…

Глаза Людмилы округляются, становятся похожи на блюдца.

Крик, истошный, разрывающий душу, вырывается из Людмилы, прежде чем она взмахивает руками и с грохотом падает со стула.

— Нет… нет… нет, — на четвереньках ползет к стене.

Забивается в угол. Падает на бок, сворачивается клубочком и начинает рыдать. Так громко, что у меня разрывается сердце. Тело немеет, кончики пальцев холодеют.

Кусаю язык, пытаясь тоже не расплакаться. Наблюдаю за страданиями женщины и чувствую, как они отдаются волнами агонии у меня в груди. Не могу толком дышать. Слезы скапливаются у глаз, когда я понимаю, что это все моя вина. Лучше бы я оставила все как есть. Пусть бы Людмила жила в выдуманном мире, где ее ребенок жив. Пусть бы верила, что скоро ей принесут сына. Пусть бы думала, что она сможет подержать его на руках, прижать к груди, покормить и почувствовать тот самый молочный запах младенца.

— Я позову медсестру, — словно из-за стекла до меня доносится голос мужа.

Киваю, выдавить из себя даже слово не получается.

Я могу лишь сидеть и утопать в вине под негромкие завывания бедной женщины.

Леша быстро возвращается, подходит, кладет руку мне на плечо. Сжимает, даря поддержку, которая сейчас так необходима. Накрываю ладонью пальцы бывшего мужа, понимая, что, скорее всего, ему тоже тяжело.

В палату влетает знакомая медсестра, а за ней вторая — высокая, худощавая. Они стремительно подходят к Людмиле, подхватывают ее под подмышки, пытаются поднять, но бедная женщина начинает сопротивляться. Отбивается, выкручивает руки, кричит.

Подскакиваю с места, хочу сказать, чтобы они прекратили, но не успеваю даже рта раскрыть, как худощавая медсестра вонзает Людмиле иглу с уже надетым шприцом в плечо. Быстро вводит препарат, и в следующее мгновение бедная женщина начинает оседать.

Медсестры снова подхватывают ее, укладывают на кровать и накрывают одеялом. Все это время я могу лишь наблюдать, как жизнь Людмилы снова рушится у меня на глазах. Она лежит на кровати, смотрит в потолок и не двигается. Даже веревки не понадобились, чтобы сковать бедную женщину. Хватило седативного.

— Вы должны уйти, — приказывает тучная медсестра, повернувшись к нам и пронзая презрительным взглядом.

У меня не возникает возражений. Видеть Людмилу, которую за секунду превратили в амебу, совсем не хочется.

Леша берет меня за руку, и мы вместе идем к выходу.

— Доктор, — сонный голос Людмилы догоняет нас на пороге. Я застываю, на мгновение прикрываю глаза, а в следующее — смотрю на женщину. Выдыхаю с облегчением, когда вижу, что взгляд Людмилы все еще направлен в потолок. — Я скоро увижу своего сына?

— Скоро, — решаю не рушить в очередной раз стену, которой женщина защищает себя от боли.

Улыбка медленно начинает расплываться на ее лице, и я понимаю, что поступила правильно.

Леша сильнее сжимает мои пальцы, выводит меня в коридор. Мы отходим на приличное расстояние, когда я спотыкаюсь о свою же ногу. Устроять мне удается, вот только я не могу сделать больше ни шага.

— Дай мне минуту, — хриплю, высвобождая ладонь из его пальцев.

Спиной прислонясь к стене. Руками упираюсь в бедра и даю волю слезам. Позволяю им литься по щекам. Позволяю всей боли выйти наружу.

Вот только прожить ее самостоятельно не получается, Леша, недолго думая, притягивает меня в свои объятья. С такой силой впечатывает в твердую грудь, что остатки барьера, с помощью которого я сдерживала эмоции внутри, рушатся.

Всхлипываю и обнимаю Лешу. Настолько крепко, насколько только возможно.

Бывший муж становится единственной моей опорой. Лишь благодаря тому, что он держит меня, мне удается остаться в реальности, а не скатиться в бездну страданий.

— Я могла быть на ее месте… — бормочу между всхлипами. — Если бы с Сашенькой что-то случилось…

— Тсс… — Леша поглаживает меня по голове. — С Сашей все хорошо. Но если вдруг что-то произойдет, ты не одна.

— Но была… Я была одна, когда забеременела… Я была одна, когда родила… — подрагивающими хватаюсь за пиджак бывшего мужа.

— Прости, — Леша зарывается пальцами в мои волосы, сжимает их в кулаке. — Прости за то, что ты была одна. Это моя вина. Я должен был все возможно, чтобы объясниться с тобой. И точно не должен был сдаваться, как последний трус.

— Я тоже виновата… должна была сказать тебе… — слезы не переставая льются из глаз и впитываются в ткань пиджака.

— Не надо, — Леша отпускает меня, но только для того, чтобы двумя руками обхватить мои щеки и заставить посмотреть ему в глаза. — Ты ни в чем не виновата, слышишь? — произносит, не отводя от меня серьезного взгляда. — Это я изменил. Я тебя предал. И это я сдался, так и не поговорив с тобой и не извинившись. Ты ни в чем не виновата, — стирает слезы с моих щек. — Я не могу исправить прошлое, но могу пообещать — что бы ни случилось, ты не будешь снова одна. Тебе больше не нужно справляться со всем в одиночку. У тебя есть я!

В глазах бывшего мужа плещется искренность! Она такая яркая, что я не могу не поверить. слезы с новой силой брызгают из глаз.

— Ты меня поняла? — Леша стирает очередную слезинку.

Коротко киваю, и сама его обнимаю. Мне нужно еще немного силы бывшего мужа, чтобы справиться с чувствами, которые пожирают меня изнутри.

— Нужно уходить, — шепчет Леша мне на ухо через какое-то время.

Слезы почти остановились, но эмоции еще не улеглись. Боюсь, мне потребуется немало времени, чтобы пережить все произошедшее сегодня. Но кажется, я готова двигаться дальше.

Мы с Лешей быстро, не говоря ни слова, выходим из больницы. Нигде не задерживаясь, добираемся до машины и садимся в нее. Вот только вместо того, чтобы завести двигатель, Леша смотрит на меня.

— Как долго твоя соседка сможет приглядывать за Сашей? — слегка щурится.

— Сколько нужно. А что? — склоняю голову набок.

— Съездим кое-куда? — его уголки губ чуть приподнимаются.

— Куда? — пружина, которая сдавливала меня изнутри, начинает расслабляться, когда я вижу беззаботность мужа.

Леша хмыкает и заводит двигатель.

— Тебе понравится, — произносит, выезжая с парковки и увозя нас подальше от наполненного болью места.

____

Дорогие читатели, сегодня стартовала моя книга "Развод. (Не) послушная жена". Начать читать ее можно здесь https:// /ru/book/razvod-ne-poslushnaya-zhena-b469384 Надеюсь, вам понравится! С любовью, Ари Дале