Арибелла 2. Сокровище Сиальских островов

Глава 17 Сокровище Сиальских островов

— Вам нельзя вставать! — возмущенно напомнила я, насильно укладывая герцога обратно на подушку.

Увидев, что он пришел в себя, а я веду себя так, будто у меня нет ни стыда, ни совести, я сбежала в маленькую комнатушку за шторой. Уже там, умываясь холодной водой, смотрела на себя в зеркало и пыталась переварить произошедшее.

Щеки горели невероятно. Отражение в стареньком круглом зеркале не щадило: все мое лицо было красным как помидор, но вместе с тем я была очень рада тому, что Рейнар пришел в себя.

Насколько я успела заметить, у него даже черные круги под глазами пропали, а значит, он точно уверенно шел на поправку.

Услышав неясную возню, я резко отодвинула штору и застала мужчину за невероятным! Освободив кровать, он застилал постель, явно намереваясь уйти. Собственно, его излишняя самостоятельность и стала поводом для нашего спора, который длился уже около получаса.

— А я говорю, что вам нужно лежать. Вы еще слишком слабы! — настаивала я на своем, укладывая его обратно. — Мне необходимо сменить вам повязку!

— Если ты еще раз обратишься ко мне на «вы», я снова затащу тебя в кровать, и на этот раз ты не отвертишься, — пригрозили мне в ответ, поражая наглостью.

— Да вы!.. Да ты!.. — хватала я воздух ртом, растерянно замерев. — Приказы капитана не обсуждаются! Быстро в кровать!

— Я исполняю только просьбы жены, — проговорил он очень серьезным тоном.

Я даже поверила в его холодность, но, не выдержав моего пристального взгляда, Рейнар расхохотался.

— Вот и поищите себе жену где-нибудь в другом месте! — вызверилась я, схватила со стола бинт и мазь и села на кровать к нему спиной так, чтобы видеть только ноги.

Точнее, одну ногу. Бинт я с нее фактически срывала.

— Так я уже нашел. Здесь, — прошептали мне прямо на ухо и вдруг обняли.

Я замерла, просто застыла, не имея сил на сопротивление. Спиной ощущала твердую грудь: герцог сидел, обнимая меня. Его руки оказались у меня на животе, а подбородок на правом плече.

— Сильно испугалась, душа моя? — спросил он тихо.

Но ответить я не могла. Почему-то не получалось выдавить из себя ни слова. Губы дрожали, руки тряслись, сжимая бинт и коробочку с мазью, а в глазах застыли слезы.

Бросив взгляд на уже использованный кусок бинта, я отметила на нем темные, почти черные разводы. Следом взор упал на ногу Рейнара: за ночь она почти зажила. Теперь вместо яркой отметины красовалось едва заметное пятно от ядовитого ожога.

— Нужно наложить мазь, — с трудом выдавила я из себя.

Это был даже не шепот, лишь его подобие. Каждое слово приходилось практически выталкивать. Ком в горле не давал нормально говорить.

— Моя милая, заботливая Бель… — произнес герцог мягко, обняв меня куда крепче.

Я тоже обняла… его руки, разместив свои поверх его.

— Ты просто забыла, что я маг, верно?

Он говорил ласково, спокойно, не торопясь, но я уже понимала, что сделала что-то не так.

— Мой огонь способен выжечь любые яды. Любые, Арибелла. Разница лишь в том, что для каждого яда требуется свое время. К вечеру следа не останется совсем.

— То есть я… Зря? — ужаснулась я, вспомнив, какое количество различных противоядий влила в него за эту ночь.

— Ну почему же зря? Теперь я уверен, что небезразличен тебе, — все еще крепко обнимал он меня, словно предчувствуя, что я вот-вот начну вырываться.

И я даже хотела! Хотела начать! Но следующие слова ар Риграфа убедили меня в том, что лучше ему пока не видеть мое лицо.

— Душа моя, а давай поговорим начистоту?

— Мы уже вроде бы все обговорили, — заметила я, не желая поддаваться его чарам.

Рейнар виртуозно владел даром убеждения, а я хотела принимать свои решения — не те, что были навязаны мне чужой волей.

— Все, кроме того, что меня действительно волнует. Ты и правда собираешься посвятить всю свою жизнь пиратскому кораблю и опасностям, поджидающим тебя в охоте за каждым сокровищем? Ты и правда не хочешь иметь ни семью, ни детей? Ты и правда готова рисковать собой каждый день?

— Не готова, — призналась я после паузы, вспоминая, как сильно испугалась вчера.

И не только вчера. Встреча с ведьмой, хвостатыми сестрами русалок, монстрами со щупальцами. Даже оборот Эрни — я могла умереть столько раз, но умудрилась выжить.

Однако моих заслуг в этом не имелось совершенно.

Да, сердце трепетало, азарт пьянил, адреналин прошивал вены, по которым стремительно уносилась кровь, но удовольствия от происходящего я получала гораздо меньше, чем рассчитывала. Ответственность, которую я на себя взвалила — не за себя, за жизни других людей и существ, — была мне не по зубам. У меня просто не имелось необходимого опыта.

— Я ошиблась. Я не готова посвятить этому всю свою жизнь, — призналась я, хотя, видят Древние, это признание далось мне с превеликим трудом.

Признавать свои ошибки в принципе было сложно. Особенно когда гордость раз за разом толкала на безрассудные поступки, лишь бы не говорить о раскаянии. Лишь бы не признаваться в том, что была не права, что запуталась и теперь не знаешь, как выбраться. Лишь бы не просить о помощи.

— Я рад, что ты осознала это сейчас, а не через годы блужданий на пиратском корабле, — неожиданно спокойно отнесся Рейнар к моим словам, ничуть не выказывая злорадства. — Знаешь, я всегда верил в то, что человек сам вершит свою судьбу. Слабые прогибаются под обстоятельства и более сильных людей, сильные не боятся сделать шаг назад, чтобы потом уйти далеко вперед. Ты сильная, Арибелла. Умение признавать свои ошибки — это дар. Просто ты пока не знаешь, чего хочешь от этой жизни. Но обязательно поймешь, я в этом уверен. А я постараюсь оказаться тебе полезным.

— И не будет ни одного упрека? — спросила я сдавленно, по-прежнему не видя лица мужчины.

Так говорить оказалось легче.

— Не будет, но при этом я постараюсь оградить тебя от других ошибок по мере своих возможностей. Чтобы получить опыт, не всегда нужно набивать собственные шишки. Иногда о них достаточно просто знать, — коснулся он губами моей шеи, отчего по коже побежали мурашки. — А теперь скажи мне, что мы планируем делать дальше?

— Не знаю. Это глупо — сворачивать назад, когда мы уже почти добрались до Сиальских островов. Я обещала пиратам сокровища. Нужно довершить начатое, — все же повернулась я всем телом, высвобождаясь из кольца чужих рук. — Рейнар, прости меня за те задания и приказы. Я ощущала себя мерзкой.

— Я был уверен, что тебя надолго не хватит, — вдруг улыбнулся он и погладил меня по щеке. — Это не в твоем характере — получать удовольствие, издеваясь над кем-то. Ты иная, Арибелла, и я искренне восхищаюсь тем, какая ты. Но все же ты сбежала от меня, и я хочу услышать правду: ты сбежала от меня или к приключениям?

Я молчала. Ответ на этот вопрос ар Риграф уже получал от меня, и я была уверена в своих словах, но не теперь. Выходит, я пыталась обмануть даже себя.

Потому что я не отправилась на поиски приключений. Я сбегала от ответственности, чтобы не брать ее на себя за принятое решение. Это я согласилась стать его женой. Я понимала, что могла отказаться. Пусть дальнейшие события и стали бы непредсказуемыми. Я понимала, что могла отказаться. Родители и слуги стояли бы за меня насмерть.

Я понимала. Но это я приняла такое решение, несмотря на то, сколько боли и ненависти принес мне этот человек. Я боялась признаться себе в симпатии к нему, потому что мне казалось это постыдным. Я ведь должна была его презирать, должна была ненавидеть.

Но я вышла за него замуж, а ответственность за это решение брать не хотела, прикрываясь высокими целями.

— Я сбежала от себя, от чувств, что возникли и напугали, — усмехнувшись, ответила я чистую правду, мысленно благодаря Рейнара за то, что не торопил и давал время обдумать все как следует. — Знаешь, я не уверена, мне просто не с чем сравнить, но кажется, я тебя люблю. По крайней мере, мне очень не хочется, чтобы ты умер.

— Сейчас или вообще? — зачем-то уточнил мужчина, оставаясь серьезным.

— Вообще, — пожала я плечами и все же спрятала взгляд.

Рассматривала собственные руки, когда теплые пальцы коснулись моего подбородка. Приподняв его, ар Риграф меня поцеловал. Целовал осторожно, бережно, едва касаясь губами, но в этих простых движениях было столько нежности, что слезы вновь заструились по моим щекам.

Я знала, что сам он никогда не извинится за то, что причинил мне боль: такие, как герцог, не сожалеют, его просто нужно принимать таким, какой он есть, но мне неожиданно стало легче.

Намного легче. Будто раньше я не дышала вообще, а сейчас научилась.

— Это самое романтичное признание, которое я когда-либо слышал, — все же не стерпел и усмехнулся Рейнар.

Схватив подушку, я тут же замахнулась и стукнула его по голове, но сама не могла сдержать улыбку. И даже не сопротивлялась, когда меня вновь обняли и повалили на кровать.

Так нас и застала влетевшая в каюту Роззи.

С кровати я попыталась ретироваться в тот же миг, но герцог удержал. И мятую рубашку на мне поправил. И даже волосы пригладил. Мои.

— Здоровенечки булы! — поздоровалась морская свинка, магией расставляя тарелки прямо на письменном столе. — Кушать подано. Да ше ти тамочки краснеешь, лялечка моя? Тетя Роззи таки усе понимает.

— Наверное, нужно познакомить вас по правилам? — предположила я смущенно.

Отчего-то было совсем неудобно.

— Таки ми ж вже познакомились. Когда муж твой мине в морду пахучую дрянь совал, дабы от воздействия дряни другой спасти. На вас тогда еше ж напали… Как их? Эти! Яйца бобра али хвост ящерицы.

— Наемники из клана Змеи, — поправил Рейнар, улыбаясь, и тут же сменил тему, не давая мне задать уточняющие вопросы, мгновенно возникшие в моей голове: — И потом, пока ты спала на мешках в камбузе, я имел честь познакомиться со всей командой. Если хочешь знать, твое местоположение они не выдавали до последнего. Хорошая у тебя команда. Верная.

— А как же ты тогда оказался на корабельной кухне? — удивилась я.

Мне было приятно, что пираты меня отстаивали. Значит, все было не зря.

— Вспомнил, где видел тебя во снах, — признался ар Риграф. — Тебе стоит позавтракать, душа моя.

— А тебе? — спросила я, оглядев стол.

Тарелки Роззи явно принесла для нас двоих. Да и после вчерашнего герцогу точно требовалось хорошо питаться, чтобы восстановить силы.

— А я сыт тем, что вы в меня ночью вливали, — усмехнулся он, бросив многозначительный взгляд на рыжую.

— А ше я? Я дитенка успокаивала! — пошла в наступление крылатая, уперев крылья в бока. — Подумаешь, эка невидаль, посидишь часок на троне, не заржавеешь.

— Мой желудок крепче, чем вам кажется, — ответил Рейнар и все-таки поднялся. — Двоим за этим столом есть будет неудобно. Он для этого не предназначен.

— И где же мы сейчас возьмем другой стол? — удивилась я.

— А у меня таки найдется! — неожиданно обрадовалась Роззи.

Я взглянула на нее недоуменно.

— Ше? У меня знаешь ухажеров сколько било? Чего токмо не дарили. Вам колыбелька для лялечки, случаем, не нужна?

Вместо рабочего стола мы все-таки поставили обеденный. Он был совсем небольшим, круглым, но для того, чтобы сидеть за ним вдвоем, места оказалось предостаточно.

В комплект к нему шли два стула, обитые красивой тканью с изображением темных силуэтов цветков. Всю новую мебель Рейнар закрепил к полу с помощью бытовых заклинаний.

Рабочий же стол он переставил к стене на место книжного шкафа, который Роззи утащила к себе в закрома. Немногочисленные книжки и документы отправились на соседние полки.

Пока мы занимались художественной перестановкой, обед ожидаемо остыл, но, как маг огня, ар Риграф отлично справился и с этой проблемой, так что блюда мы вкушали теплыми.

— А как там с курсом дела? — спросила я, ощутив, что больше в меня просто не влезет.

Сыто откинувшись на спинку стула, я медленно потягивала вкусный травяной отвар.

— А ше с курсом? Подплываем вже, — просто ответила рыжая, приглядываясь ко второй груше.

Первая ею уже была съедена.

Услышав это, я вся подобралась. В душе мгновенно родилось нетерпение, подгоняемое азартом. Мы все-таки добрались!

Но стоило мне взглянуть на герцога, увидеть его понимающую улыбку, как я стушевалась. Больше неведомые сокровища особой важности для меня не представляли. Я просто была рада, что Рейнар находился здесь со мной. С ним, как ни странно, я и правда ощущала себя в безопасности.

До самого вечера на судне, к моему счастью, больше ничего не приключалось. Заняв место за штурвалом, я отпустила Ральфа отдыхать, а сама с нетерпением всматривалась в приближающиеся острова.

Чем ближе мы были к ним, тем больше они становились. Издалека они были похожи на две синие горы, которые оказались не чем иным, как миражом. Я даже глазам своим не поверила, когда выросшие впереди гиганты начали вдруг пропадать, истончаться, словно дым.

— Как это? — спросила я у Эрни, который после обеда появился на палубе в своем привычном взгляду виде.

Я видела, как мужчине было неудобно и неуютно. Он все пытался пробормотать извинения, но я отмахнулась. Слава Древним, никто не погиб и не был ранен, так что прощать нам его действительно было не за что.

— Такое бывает, Ари. Вероятно, где-то впереди мель. Из-за преломления солнечных лучей и отражающей поверхности воды еще и не такое можно увидеть, — пояснил интендант. — С вашего позволения, пойду проверю, как у нас обстоят дела с… Да со всем. Нест сказал, что мы потеряли несколько пушек и сетей, когда «Морской Дьявол» едва не перевернулся.

Я в ответ пожала плечами, изобразив извиняющуюся улыбку. Уже знала, что мы понесли имущественные потери, но расстраиваться по этому поводу не собиралась. Самое главное — человеческие жизни — нам удалось сохранить.

Стоило Эрни уйти, как мои плечи отяжелели под весом двух крылатых особей. Рич и Роззи снова о чем-то спорили, но, услышав тему их беседы, я даже несколько обомлела.

— А я его одобр-р-ряю! Вот такой мужик! — вещал кок, размахивая белым крылом перед моим лицом.

— Да ти о нем еше не ведал, когда я вже усеми перьями за него била! — усмехалась рыжая, топчась на моем плече не менее активно.

Объект их спора сидел на деревянном коробе не так далеко от нас и занимался тем, что натачивал шпагу. Откуда она взялась, я не знала, но спросить пока не могла. Оставлять штурвал привязанным, несмотря на все заверения Ральфа, что это безопасно, мне казалось неприемлемым.

Я наслаждалась видами. Не только обнаженным торсом Рейнара, который, конечно же, против воли притягивал взгляд, но и окружающими нас просторами. Небо сегодня было на удивление чистым и ярким, а вода в этих местах казалась волшебной.

Ральф сказал, что это из-за большого количество солевых кристаллов. Поверхность воды будто состояла из песчинок, которые блестели и переливались всеми возможными цветами.

— Мы на месте, — появился озадаченный Нест ближе к вечеру, когда закат уже занял небо багряно-розовыми разводами.

У меня аж дух захватывало от словно нарисованной картинки. Да, в любовно-приключенческой книжке такого точно не увидишь. И, пожалуй, совсем расставаться с приключениями мне не хотелось.

Я желала хоть изредка путешествовать. И уж точно не собиралась быть частым гостем на балах где бы то ни было.

Рейнар был прав: я не знала, чего я хотела. Не только в принципе в жизни, но и по окончании этого путешествия. Здесь, на судне, я ощущала себя расслабленной, несмотря на постоянное давящее чувство ответственности, но там…

Меня откровенно пугала необходимость вернуться в летнюю резиденцию ар Риграфа. Меня пугала сама возможность остаться с ним наедине и… просто жить.

Чем я буду заниматься? Устраивать балы? Ездить в гости? Ухаживать за садом?

Да, у меня была магия, и герцог обещал, что станет обучать меня пользоваться даром в полной мере, но я была не готова к скучной и однообразной семейной жизни.

Одни и те же стены день изо дня, одни и те же занятия. Мне не хотелось, чтобы самой главной моей проблемой было — что подать на обед или ужин.

Мама говорила, что, когда появляются дети, жизнь меняется кардинально и уже совсем нет времени на то, чтобы скучать, но я пока была не готова к детям. Дети — это огромная ответственность, а я сейчас не могла нести ее даже за себя.

— Леди, мы на месте. Ничего не понимаю, — вырвал меня из раздумий голос Неста.

Кажется, он обращался ко мне уже не впервые.

Мысленно приказав судну замедлиться, я огляделась по сторонам. Ни одного намека на острова не существовало в принципе.

— Ты точно верно рассчитал координаты? Может, мы ошиблись? — предположила я, тоже ничего не понимая.

— Я уже дважды пересчитал. Все верно, — никак не мог успокоиться матрос.

— Защитное поле по периметру? — подал версию Рейнар, оказавшийся рядом.

— Я не чувствую чары. Не так, как в прошлый раз, — сразу поторопилась я объяснить. — Свои, твои, корабля — чувствую, но поверх них — ничего.

«Морской Дьявол» затормозил настолько неожиданно, что меня в прямом смысле слова бросило на штурвал. Кто-то из матросов не устоял на ногах и упал, где-то что-то с грохотом повалилось.

— Ше происходит? — вырвалась из камбуза Роззи, ошалело хлопая крыльями.

Обнаружив между собой и штурвалом руку Рейнара, я с благодарностью взглянула на мужчину. Он улыбнулся в ответ.

— Я так понимаю, острова мы все-таки нашли, — громко произнес Эрни, прошествовав на нос корабля.

Поставив ногу на борт, он наклонился, рассматривая то, что стало нам преградой.

Передав штурвал Ральфу, я присоединилась к Эрни и остальным любопытным.

— Острова ушли под воду? — не поверила я своим глазам.

Под водой имелась огромнейшая территория, заполненная песком. Кое-где прямо из-под воды торчали деревья и кусты, которых было значительно больше метрах в трехстах от нас.

Там даже что-то наподобие домика имелось. Деревянное строение скрывалось в растительности и поэтому вполне могло быть куском затонувшего судна.

— Вполне вероятно, — оценил открывающиеся виды герцог. — Воды с каждым годом в мировом океане все больше. Должна же она куда-то уходить.

— А может, прилив? — предположил Эрни. — Предлагаю дождаться утра и посмотреть, что будет.

— Идея хорошая, но сначала нужно все как следует осмотреть, — кивнул Рейнар. — За теми деревьями дом с привязанной к нему лодкой.

— За какими деревьями? — удивился интендант.

— Какой дом? — потер Нест глаза, всматриваясь туда, куда кивком указал ар Риграф.

Оказалось, что растительность и строение видели только мы четверо. Роззи сказала, что это потому, что в нас течет магия. Другие же не обладали никакими чарами, а потому и сквозь чужие чары смотреть не могли.

А они точно были наложены. Рич сказал, что это старенькое заклинание отвода глаз. Если будешь смотреть прямо перед собой, ничего не увидишь. Но стоит повернуться в другую сторону, как боковое зрение обязательно уловит силуэты скрытых предметов.

Такой магией не пользовались уже очень давно.

Меня не пустили на затонувший берег. Взяв с собой пятерых пиратов, Рейнар сам отправился осматривать местность. Им вода оказалась примерно по бедро, что несколько затрудняло ход.

Рич полетел вместе с ними.

— Може, покушаем, лялечка моя? — соблазняла меня Роззи, но я была неумолима.

Сидела прямо на бортике, в темноте всматриваясь в силуэты горящих факелов. Они то и дело перемещались и становились все дальше.

— Я потом вместе с Рейнаром поем, — ответила я и вскочила, едва один из факелов погас.

— Он тоже так сказал, — многозначительно усмехнулась Роззи и пригрозила: — А ну, прижми корму обратно. Неча тебе там делать.

— У них уже два факела погасло! — воскликнула я, заметавшись.

— Сами справятся, чай не мальчишки. Сиди, говорю.

Я едва дождалась возвращения команды. Темно так, что хоть глаз выколи, но под светом трех факелов они выглядели довольными. Забравшись на борт по веревочной лестнице, мужчины стали снимать с себя штаны, что заставило меня, как воспитанную девушку, отвернуться, несмотря на нетерпение скорее узнать новости.

— Нет там никого, — подошел ко мне Рейнар и обнял со спины. — Но деревьев и кустов гораздо больше, чем видно отсюда. Рельеф неровный — есть глубокие места, где можно уйти под воду с головой.

— А дом? — поинтересовалась я, чувствуя, как мои штаны становятся мокрыми от тесного соседства с мокрыми штанами герцога.

— Один — старый, почти развалившийся. К нему как раз лодка и привязана. А другой — добротный, стоит на сваях. Острова большие — мы и четверти пути не прошли, но людей там нет. В доме печь давно не топлена да и воздух затхлый, так что можно идти спать.

— Да как после такого спать⁈ — искренне возмутилась я.

Ведь где-то там были спрятаны сокровища! И мы должны были их отыскать!

— Спокойно, душа моя, и желательно лежа в кровати. Ночью мы все равно ничего не сделаем. Да и Эрни прав: вполне возможно, что утром вода уйдет. Пойдем. Не знаю, как ты, а я голоден.

Взяв за руку, Рейнар настойчиво потянул меня к капитанской каюте. Я не сопротивлялась. Понимала, что он прав, но все равно меня немного потряхивало от предвкушения.

— Если ты не против, на ночь я поставлю вокруг корабля свою защиту, — проговорил герцог, открывая для меня дверь.

В каюту я попала первая и первая же увидела творившееся в ней безобразие. От удивления даже забыла о том, что мне нужно было что-то ответить, настолько шокировал меня сервированный к позднему ужину стол.

В его центре в канделябре стояли зажженные свечи. Они же занимали все ровные поверхности, за исключением пола. А еще здесь были цветы — невероятной красоты, будто бархатные бутоны занимали свое место в небольшой вытянутой вазе. Такие же лепестки устилали пол.

Интересно, откуда они взялись на судне?

— Кажется, я получил одобрение твоих пернатых, — усмехнулся Рейнар, встав рядом.

— То есть это не ты? — удивилась я.

Не сказать, что расстроилась или, наоборот, обрадовалась. Просто это было неожиданно.

— Не я, Арибелла. Я хорошо усвоил, что мне не следует торопиться и давить, если не хочу снова ловить тебя по морям. Тебе страшно, я знаю. Тебя пугает неизвестность, а потому тебе нужно время, чтобы начать доверять мне безоговорочно. Я готов тебе его дать.

— Столько, сколько потребуется? — уточнила я, сомневаясь в том, что услышала.

— В разумных пределах. Но я не дам тебе свободы от себя. Просто не смогу отпустить тебя, зная, что тогда имею все шансы потерять тебя навсегда. Ты моя, Бель, и в этом я не уступлю никогда. Ты моя душа, и этого уже не изменить.

— Я и не хочу… менять, — призналась я осторожно и снова спрятала взгляд, уставившись в пол.

Легкое прикосновение к моей щеке заставило меня вновь посмотреть в глаза мужчине.

— Мы справимся, душа моя. Я буду терпелив, обещаю. Ты никогда не пожалеешь о своем решении. Я уверен, нас ждет удивительная жизнь.

Собственно, это и был первый тост этого вечера. Рич и Роззи расстарались на славу, приготовив для нас вкуснейшее мясо в ягодном соусе, запеченные овощи и несколько закусок.

Как ни странно, но по большей части сегодня говорила именно я. Рассказывала о своем детстве, о курьезных ситуациях, в которые попадала, о своих впечатлениях о праздниках и балах.

И даже о своих переживаниях.

— Арибелла, я и не сомневался в том, что ты не станешь сидеть в четырех стенах. Я уже достаточно знаю тебя, чтобы понять, что тебе постоянно нужно чем-то занимать себя. Ты готова возглавлять любое бедствие, но забываешь о том, что у герцогини, коей ты сейчас являешься, тоже есть обязанности. Со своими проблемами к нам будут приходить люди, живущие на наших землях. И решать их предстоит именно нам. Я буду очень благодарен тебе, если ты разделишь со мной эту ношу.

— А если я сделаю что-нибудь не так? — ужаснулась я. — Если кого-то придется судить и я приму неверное решение? Или угроблю чей-нибудь урожай? Или…

— Ошибки случаются, их не может не быть, но тебе не о чем переживать. Во-первых, я так или иначе буду рядом и всегда помогу, если у тебя возникнут сомнения. А во-вторых, поступать нужно всегда по совести. У тебя с совестью все очень даже замечательно.

— То есть, если я решу спасти какую-нибудь женщину от тирана-мужа, что подавляет ее волю, ты будешь на моей стороне? — спросила я быстро, наконец улучив момент поговорить о том, что меня до сих пор беспокоит.

— В спорах с другими я всегда буду на твоей стороне, даже если ты окажешься не права. Но это правило не распространяется на наши личные отношения, душа моя. Если ты будешь не права в спорах со мной, я обязательно скажу тебе об этом и тебя тоже прошу не молчать.

— Хорошо, я не буду молчать, — покладисто согласилась я. — Давай спасем императрицу?

Рейнар был несказанно удивлен. Таких широко открытых глаз я не видела у него еще ни разу, но тем не менее отказываться от моего безумного предложения он не стал. Напротив, дал дельный совет, прежде объяснив, что вмешиваться в чужие отношения себе дороже.

Я это и так знала: история Арса и Татии была тому ярким примером, но правда в том, что в сами отношения я лезть не собиралась. Просто это было нечестно, что император управлял своей женой, словно марионеткой, пользуясь тем, что сильнее.

Она ведь разумный человек, имеющий право на свои решения и полноценную жизнь.

— Тогда нам все же придется посетить какой-нибудь бал по возвращении, — напомнил о неизбежном герцог. — Там мы сможем отвязать заклинание от императрицы, но ничто не помешает императору наложить новое.

— А он не узнает об этом, — улыбнулась я хитро. — Мы просто привяжем его нить к какому-нибудь предмету, который Ее Величество станет везде носить с собой.

— А ты опасная женщина, Арибелла, — усмехнулся ар Риграф и вдруг поднялся, подавая мне руку. — Пойдем спать?

— Вместе? — переспросила я неверяще, но все же вложила пальцы в его ладонь.

— По-моему, прошлой ночью нам было очень даже удобно. Только тебе стоит переодеться. У тебя штаны мокрые.

— У тебя тоже, — в оцепенении застыла я под его почерневшим взглядом. — И ты же можешь просто все высушить.

— Не могу. У меня все еще недостаточно сил, — произнес он, тая улыбку.

Я знала, что он лжет. Причем очень нагло лжет, но все же послушно поднялась.

Сердце стучало как ненормальное, пока я забирала со стула оставленную Роззи сорочку. Была уверена: Рейнар ее тоже увидел еще тогда, когда мы только вошли.

Спрятавшись за ширмой, я быстро переоделась и повесила вещи на веревку, но не выходила еще долго. Отчего-то казалось, что герцог снова все продумал до мелочей и все же участвовал в бунте пернатых, пусть и косвенно.

В третий раз сполоснув лицо холодной водой, я все-таки вышла, искренне надеясь на то, что мужчина спит. Но он не спал. Лежал на кровати поверх покрывала прямо в штанах, которые уже совершенно точно не были мокрыми.

Мое внимание привлекла книга в его руках. «Маркиза и пират» было выведено на обложке.

— Занятная вещица, — произнес герцог тоном, который значительно отличался от нашего прежнего разговора.

— Твоя сестра передала ее мне, пока я сидела в заключении в своей комнате. Честно говоря, до сих пор не представилось случая ее открыть, — призналась я, не зная, куда себя деть.

Словно ощутив мою нервозность и сомнения, Рейнар подвинулся, приглашающим жестом махнув в сторону кровати.

Сердце стучало уже у самого горла. Еще немного, и я была готова сбежать спать в камбуз, но встретилась взглядом с супругом. Увидев меня, оценив мой вид, он улыбнулся.

— Иди ложись. Покажу тебе, от чего ты так удачно отказалась.

Я не поняла ровным счетом ничего. В кровать меня погнало любопытство, но, забравшись в постель, я накрылась одеялом до самого подбородка.

И обратила свой взор в книгу.

Прямо на титульном листе чуть ниже названия чернилами была выведена надпись, которой там точно не существовало при печати.

' Моя служанка будет ждать вас у конюшни. Добавьте капли из флакона няне в чай. Она уснет и проспит до утра. Чары с вашей двери к полуночи будут сняты.

Простите, леди Страут, но я считаю, что вы не достойны моего брата. Он слишком сильно вами очарован и увлечен, что неизбежно погубит его.

Моя служанка передаст вам деньги. Не вынуждайте меня идти на крайние меры'.

Дочитав, я не смогла справиться с собой и расхохоталась, когда мне продемонстрировали небольшую склянку, вложенную в искромсанные страницы. Чтобы заглушить смех и не перебудить весь корабль, мне пришлось уткнуться лицом в подушку.

Я смеялась не над тем, что у меня была возможность сбежать раньше и я ею не воспользовалась. Нет, я бы все равно не оставила родителей в неизвестности.

Я смеялась над тем, как уверена в себе была Татия, которая думала, что Рейнар никогда не прочтет эту угрозу.

Так вот почему тогда в саду она вела себя так странно! Она переживала, что я расскажу ее брату об этом сообщении, раз уж осталась в особняке.

— Она не знала, что ты искал меня, чтобы я ее вылечила?

— Не знала. Мне не хотелось тешить ее преждевременными надеждами, — мрачно ответил герцог. — Я так понимаю, к себе мы их будем приглашать исключительно по большим праздникам?

— А что, так можно? — приятно удивилась я и даже села на постели.

Взгляд Рейнара тут же оказался в вырезе моей сорочки, что заставило меня вновь прижать к себе одеяло.

— Можно. Ари, я ведь не слепой. Я знаю Татию дольше кого бы то ни было. Иногда она становится невыносимой.

— Иногда? — дотошно уточнила я.

— Очень часто, — исправился ар Риграф, мягко убирая мои руки от одеяла. — Я рад, что теперь у нее есть тот, кто будет о ней заботиться. Поцелуй меня, душа моя.

— Знаешь, очень хочется спать.

Самым наглым образом я улеглась обратно на подушку и даже отвернулась от мужчины. Свечи погасли в единый миг под смех герцога.

Кровать была очень маленькой для нас двоих, но, когда Рейнар тоже лег боком и обнял меня, места оказалось достаточно.

Мне казалось, что я так и не усну в его объятиях. Нас разделяло одеяло, которое не являлось слишком большой преградой, но усталость была сильнее.

Правда, пробуждение снова вышло неловким. Я вообще не понимала, как так получилось, но я снова спала на герцоге, прижавшись щекой к его горячей груди.

Его ладонь мягко проходилась по моей спине.

Одеяло вместе с покрывалом лежали на полу.

— Я снова, да? — спросила я очевидное.

— Мне все нравится, — ответил он шепотом, а я почувствовала какое-то движение под собой. — Но да, лучше мне сходить умыться. Холодной водой.

Щеки горели до невозможности, пока я осторожно перебиралась к стене. Стоило Рейнару скрыться за шторой, как я быстро прокралась к ней, забрала свои вещи и просто сбежала на верхнюю палубу.

Однако на пути мне встретилась Роззи.

— Без покушать не пущу! — грозно предупредила она, окружив меня кружками, чайничком и тарелками.

Собственно, посуда и гнала меня обратно до капитанской каюты, как бы я ни старалась ускользнуть.

К моему возвращению ар Риграф уже вышел и теперь заплетал влажную от воды косу. Я невольно залюбовалась им и решила нажаловаться на рыжую.

— А меня на палубу не пустили! — сдала я пернатую.

— И правильно сделали. Спасибо, Роззи. Вы очень вкусно готовите.

— Ой, да ше ви такое говорите, — зардевшись, отмахнулась крылатая. — Хомячь давай, дите, — это уже мне. — Одни глазюки-то и остались.

С завтраком под тихие смешки Рейнара я справилась быстро. Мне уже не терпелось взглянуть на затонувшие острова. Даже толща воды не помешала бы мне в поисках сокровищ, но ее толком не было.

Эрни оказался прав. С рассветом вода ушла, пусть не до конца, но все же осушив остров. Воды осталось разве что по щиколотку, что совершенно не затрудняло перемещения.

Стоило мне пройти несколько шагов, как все изменилось. Будто магическая завеса спала, и я увидела, как много зелени было на этих островах. Одни деревья я уже встречала, когда мы искали клад Пирата-призрака, другие попадались на глаза впервые.

Большие валуны, дом на сваях и полуразрушенный сарай, к которому была привязана старая лодка.

Острова были просто огромными, но бесцельно бродить по ним в мои планы не входило.

Закрыв веки, я раскинула руки в стороны. Мой план был прост: если частью клада являлись артефакты, то мне просто нужно было ощутить их зов. Другого варианта не имелось. Наша карта не была подробной. Мы имели только информацию, как добраться до этих островов.

Чтобы не сбиться, я ходила с закрытыми глазами. Чувствовала, что Рейнар рядом, поэтому особо не беспокоилась. Он брал меня за руку, когда впереди имелось препятствие, или ловил меня, если я вдруг запнулась.

Даже от того, чтобы искупаться в большой луже, уберег.

— Здесь, — подытожила я свои блуждания и открыла глаза, увидев перед собой, собственно, большую лужу или крохотное озерцо. — Только сигнал очень слабый. Я едва чувствую.

— Нырять туда не советую, — покачал Нест головой, остановившись около нас. — Я вчера в одной такой чуть не утонул.

— Но и воду выгрести невозможно. Она будет заливаться обратно со всех сторон, — задумчиво проговорил Эрни.

— Роззи!

Это был мой крик. Крылатая переместилась ко мне через свой пространственный карман в одно мгновение. Оценив возможное место клада, она тоже пришла к выводу, что нужно выгребать воду, но для этого следовало подготовиться.

Уж не знаю, сколько еще хлама она всегда носила с собой, но в своем безграничном кармане ей удалось отыскать хорошие стекла. Рейнар смог сплавить стеклины между собой своей магией так, чтобы у нас получилось своеобразное ограждение. Именно его пираты с нажимом вдавили в песок.

Дальше все происходило не быстро, но слаженно. Всем, что имелось на судне, мы вычерпывали воду из озерца. В конце концов к ведрам пришлось привязывать веревки, а матросам вставать по очереди, потому что руки уже отваливались. Это озерцо больше походило на колодец.

— Я вижу дно! — первым закричал Нест, вынуждая меня оторваться от обеда.

Обедали мы прямо здесь. Сжалившийся над нами Рич перенес сюда все свои котлы и посуду. Для меня Рейнар даже соорудил навес, чтобы я не плавилась под жарким беспощадным солнцем.

Под этим же навесом периодически отдыхал кто-то из команды. Пираты обливались потом, но все равно упрямо шли обратно вычерпывать воду.

— Нужно спускаться, — подбежала я к ограждению, за которым находился колодец.

Его глубина оказалась аховой. Каким-то образом внизу по стене Рейнар сумел разместить факелы. Явно не обошлось без магии.

— Ты туда не полезешь, — припечатал герцог, намереваясь перелезть через ограду.

— Но мне нужно! Я ведь чувствую! Ты просто не знаешь, где копать. — горячо убеждала я.

— А если мы натолкнемся на подводную реку? Ты ведь утонешь, Арибелла, — не поддавался ар Риграф, перевязывая вокруг себя веревку.

— А ты будешь рядом и меня спасешь! Ну же! Так мы отыщем сокровища гораздо быстрее!

Рейнар твердо стоял на своем. Никакие мои слова не убедили его в том, что я ему там внизу просто необходима. Тогда я пошла с козырей:

— Я все равно спущусь туда, когда ты окажешься внизу.

Понимала, что веду себя как ребенок, но ничего с собой поделать не могла. Я ведь могла помочь! Спустились, нашли, вытащили — что в этом сложного?

Но герцог не сдавался. Прижав меня к себе, коротко поцеловав в макушку на глазах у всех, он сказал всего одну фразу:

— Я тебе этого никогда не прощу.

Вот так мы и скатились до шантажа. Причем он вернул мне мои же слова! И я только сейчас поняла, как отвратительно они звучали. Эти шесть слов ломали гордость, вынуждая проглатывать ярость и терпеть. Бессильно следовать тому, чего делать не хочешь.

Ар Риграф усмехнулся, оценив мое кислое выражение лица. Я осталась стоять на месте.

Вниз Рейнара спускали матросы вместе с лопатой. Я ходила вокруг колодца кругами, разбрызгивая воду по сторонам. Чтобы не волноваться так сильно, не прислушиваться к каждому звуку, отошла на расстояние десяти шагов.

А потом еще на десять, когда ощутила зов. Остро пахло чужеродной магией. Причем пахло, по всей вероятности, из гнезда, что находилось среди веток раскидистого дерева.

Оглянувшись, я отметила, что никто не обращает на меня внимания. Все смотрели исключительно в колодец.

Плюнув на все, я полезла наверх. Гнездо находилось не высоко, так что через несколько минут кряхтений и сопений я сумела усесться прямо рядом с ним.

В пустом гнезде лежали ржавые круглые часы на подвеске. Циферблат был немного измазан в засохшей грязи, а тонкие стрелки не двигались.

Достав из кармана платок, я взяла их через него и едва не навернулась. Когда спускалась, послышались радостные крики пиратов.

— Нашел! — буквально танцевал Эрни на воде, разбрызгивая воду сапогами.

— Что нашел? — вернувшись, полюбопытствовала я, засунув нос между матросами.

Они как раз доставали небольшой сундук, с двух сторон привязанный к веревкам крепкими узлами. Выглядел он примерно так же, как часы, — ржавым и неказистым.

— Это все? — крикнула я, несколько разочарованная размерами клада.

— Больше ничего нет. Ты что-нибудь чувствуешь? — громко спросил Рейнар.

Прислушавшись к себе, я поняла, что нет, больше ничего не чувствую, о чем и сообщила мужу. Тонкий, едва уловимый запах магии шел именно от сундука.

Только открыть его вот так сразу не представлялось возможным. В нем не хватало одной детали — ключа, который отпирал замок.

Дождавшись, когда матросы поднимут герцога, я продемонстрировала ему отверстие для крохотного ключика.

— Может, сломаем? — предложил кто-то из матросов. — Отпирающего зелья-то у нас нет. Арс его с собой забрал.

— Ох уж этот Арс… — сунула я руки в карманы и нащупала свою находку, о которой уже успела забыть. — А я вот что еще нашла!

Продемонстрировав старые часы, которые никого особо не впечатлили, я вдруг наткнулась пальцами на что-то выпуклое. Повернув их другой стороной, едва не закричала от радости вслух.

С торца в них был вставлен маленький ключик, который вытаскивался без труда. Взяв его, я присела на корточки и вставила ключ в замочную скважину сундучка.

Ржавая крышка откинулась в тот же миг, являя нам совершенно сухую бархатную поверхность, до краев заполненную на вид самыми обыкновенными круглыми белыми жемчужинами.

Но только на вид. Едва крышка распахнулась, меня буквально снесло от забившегося в нос аромата чужих чар. Этот аромат перекликался с тем, что исходил от часов.

Матросы совсем не выглядели радостными.

— Поздравляю, — внезапно усмехнулся Рейнар, поднимая выпавшие жемчужины. — Это «Сферы жизни», украденные из храма Древних несколько веков назад. Одна такая позволяет тому, кто разобьет ее, вернуться к истоку собственной жизни с теми знаниями и памятью, что есть у него сейчас.

— Она дает шанс все исправить? — неверяще переспросила я.

— Можно и так сказать, — кивнул герцог. — Она дает шанс изменить свою жизнь, нарушить ход запланированных событий, но никто не может сказать, к чему приведет новая нить судьбы. И никто не гарантирует, что ты окажешься в нашем мире, а не в параллельном. Одну такую жемчужину можно продать за баснословные деньги. А можно потерять самое ценное — жизнь, если кто-то прознает о том, что она у вас есть. В твоих руках сейчас, Арибелла, уникальный, легендарный несуществующий артефакт — «Часы прошлого» — единственный ключ к сундуку со «Сферами жизни». За него погибли даже не тысячи — десятки тысяч.

— Ойц, подтверждаю-таки каждое слово, — перелетела на мое плечо взволнованная Роззи.

— Что делаем, капитан? — спросил у меня Эрни, пока остальные напряженно молчали и пристально смотрели на меня.

А я… Я не знала, что делать. В моих руках была мечта. Если Рейнар прав, я могла вернуться в самое начало. Могла спасти отца от разорения и смерти, могла предупредить мужа о том, что ему не следует выдавать Татию замуж.

Я могла изменить очень многое — так сразу обо всем и не скажешь, но… Эти сферы были очень опасными для всех нас. Даже если мы продадим их, никто не сможет гарантировать нам, что наши жизни не изменятся в прошлом из-за вмешательства кого-то другого.

Любой из нас мог не дожить до этого дня, если ход истории изменится.

— Мне жаль, но стоит вернуть все на место, — прошептала я севшим голосом.

Ар Риграф беспрекословно положил упавшие сферы обратно в сундук, а я сама закрыла его и вытащила ключ, вставив тот в часы.

Я видела, что вся команда расстроилась. Здесь не было золота — только эти бесценные сферы, так что этот долгий и опасный путь все эти люди по моей вине проделали зря.

Но мы правда не могли их забрать. Даже если мне самой хотелось иметь шанс вернуться. Мы просто не могли. Тот, кто привез их сюда, наверняка положил свою жизнь, чтобы их уберечь. И тот, кто приезжал их сюда проверять, тоже рисковал каждый раз.

Теперь я была уверена: у легендарного артефакта имелся хранитель. Нам просто посчастливилось его не встретить.

Угрюмые матросы убирали ограждение. Я стояла у озерца до тех пор, пока вода полностью не заполнила его. Лишь тогда отошла и вернулась к дереву, в гнездо которого положила часы.

— Ты приняла ответственное решение, Арибелла, — помог Рейнар мне спуститься. Взяв за руку, он повел меня к кораблю. — Никто, кроме нас, никогда не узнает об этом, но своим решением только что ты спасла мир. Мне не довелось увидеть борьбу за эти сферы своими глазами, о чем я нисколько не сожалею, но я много читал о том времени. Ничего хорошего не вышло бы, узнай кто, что они не утеряны.

— Я понимаю, но команда… — протянула я расстроенно. — Мы потратили время, силы, едва не погибли, чтобы в итоге уйти ни с чем.

— Ну отчего же? Все мы приобрели опыт в этом плавании, а он стоит гораздо больше, чем золотые монеты. И мы наконец поговорили начистоту, хотя я и подумать не мог, что для этого мне придется плыть так далеко. Что же касается команды… У меня достаточно золота, чтобы наградить их всех. В конце концов, их участие также сыграло роль в нашем примирении.

— Спасибо, это щедро с твоей стороны. Думаю, они обрадуются. У многих есть семьи, которые нужно кормить. И все же я могла бы все изменить, — вздохнула я, не имея сил скрыть досаду. — Это огромный соблазн — знать, что ты можешь все изменить, исправить столько ошибок. Уверена, на этом судне у каждого есть что исправить.

— Как и у любого человека и существа, — усмехнулся Рейнар. — В этом и есть суть нашей жизни, Арибелла. Мы ошибаемся, переживаем смерти, стихийные бедствия, болезни, войны и прочее, чтобы приобрести опыт и поделиться им с нашими детьми и внуками. Чтобы они не совершали наших ошибок и жили лучше, чем мы. Чтобы их жизни были счастливее. Мы учимся, чтобы учить.

— Это странно, — глянула я на него, остановившись у веревочной лестницы, спущенной в воду.

Герцог говорил правильные вещи. Я была согласна с ним, но все же это казалось странным — жить свою жизнь, учиться, ошибаться, чтобы потом учить других. Какой-то бесконечный круг без начала и конца.

То есть мы жили сейчас ради будущих поколений, и все, к чему стремились, было тоже ради них.

— Это правильно, — улыбнулся ар Риграф, подсаживая меня. — Ведь были те, кто учил нас, а до них те, кто учил их. Это называется преемственность поколений, душа моя. Она обеспечивает прочную связь между прошлым, настоящим и будущим. Знание своей истории, истории своей семьи и традиций — основа для уверенности в своем завтрашнем дне.

Мне было о чем подумать. Стоя на корме корабля, я все же с сожалением смотрела на затонувшие острова, от которых мы отплывали все дальше и дальше.

Сколько раз я мечтала, чтобы мне в руки попал артефакт, способный вернуть меня в прошлое? Так много, что и не вспомнить. Но это была только мечта — способ успокоить себя в самые сложные моменты и продолжить жить дальше. Сейчас я это понимала.

От своей нынешней жизни отказываться я не хотела. В ней было достаточно счастливых моментов, дней, важных существ и людей, ради которых в принципе стоило жить.

Ведь никто и правда не знает, что ждало бы нас впереди, измени мы события прошлого. Вполне возможно, что в моей жизни никогда бы не появился Рейнар.

— Держи, — произнес подошедший герцог и неожиданно вложил мне в пальцы белую сферу. — Я никогда не откажусь от тебя, Арибелла. Но ты можешь сделать так, чтобы я никогда о тебе не узнал.