Темный генерал драконов. Страж ее света

Глава 22

Сквозь сон я чувствую разливающийся по телу жар. Чьи-то горячие руки гладят меня и вызывают дрожь желания.

Она накатывает волнами, скручивает моё тело спазмами и не желает отпускать.

Так хорошо и горячо мне не было никогда в моей жизни. Так томительно нежно и волнующе.

Прикосновения становятся настойчивее и выразительнее. От остроты ощущений у меня перехватывает дыхание. Я тихонечко стону.

Поворачиваюсь на другой бок в надежде на продолжение этого сна, но оказываюсь неожиданно прижата к мощному обнажённому телу.

Я дёргаюсь, не успев разглядеть, кто рядом с собой.

Но сильные руки возвращают меня на место, подхватывают мои огненно-рыжие пряди и отводят их от лица.

— Всё-таки девушка, — хрипит до боли знакомый голос.

Я вскидываю взгляд и тону в тёмной синеве его глаз.

Его взгляд внимательный, цепкий, с искрами не удивления, но жгучего интереса и страсти.

Чёрный зрачок пульсирует и вытягивается, утаскивая меня на дно его души.

Я дёргаюсь в последний раз и замираю. Оказываюсь спелёнутой по рукам и ногам и крепко прижата к мужскому телу.

— Значит, Элара… — растягивает он каждый слог. — Не ведьма, но полубогиня…

— Я не понимаю, о чём…

— Не надо, — хрипит он, едва усмехаясь. — Своим светом ты вытащила меня из сумрака, а твоя песня служила путеводной нитью моей душе.

Я судорожно вдыхаю его терпкий и одновременно пряный аромат. Густой отвар трав щекочет ноздри, а запах мужского тела возбуждает плоть.

Кровь огненной волной пульсирует по телу. Ошпаривает кипятком грудь, окатывает низ живота и обжигает бёдра.

Я предпринимаю ещё одну попытку отстраниться. Но, конечно, он мне не даёт.

— Рыжая бестия в обличии старухи, — он опасно щурится, — служительница Эоны, скрывающая свой дар. Беглянка и изгнанница на землях драконов…

Каждое его слово звучит как приговор.

— Такая нежная, такая хрупкая и одновременно сильная. Непонятная, но желанная. МОЯ! — хриплый шёпот перерастает в рык.

Лицо генерала Грогана едва уловимо меняется: челюсть выдаётся вперёд, скулы заостряются и покрываются тёмной радужной чешуёй, глаза увеличиваются, сверкают настоящим животным безумием.

— МОЯ! — рычит не человек, но дракон, выдыхая в меня облачко пара.

— Моя! — повторяет Гроган и подминает меня под себя.

— Нет, — я вспыхиваю в ответ. — Так нельзя!

— Всё предопределено, Элара. Твой свет должен сплестись с моей тьмой. Так написано в предании, так прочитали жрецы, и так хочу я, — он нависает надо мной.

Уже не держит, но и не отпускает. Его ярко-синие глаза пронзают меня насквозь, выворачивают душу и волную кровь.

Гроган медлит всего секунду, словно давая мне возможность встать и уйти.

Но я не могу…

Хочу, но не могу подняться. Почему-то всё моё естество и даже мой померкший свет, всё тянется к нему. Мне просто до дурноты хочется к нему прикоснуться, провести пальчиками по накаченным мышцам, слизнуть капельку пота с его груди.

— Я чуть с ума не сошёл, когда дракон чувствовал свою деву, а человеческие глаза видели старуху, — рычит он, утыкаясь носом мне в висок.

От этого интимного прикосновения по телу снова пробегает дрожь.

— Ты пахла так… соблазнительно, маняще, сладко. Лишь горечь морока вызывала отторжение, — он спускается ниже, чертя кончиком носа линию по моему лицу и шее. — Я думал, что сошёл с ума. Но когда твой морок спал, о…

Кончиком языка он пробует на вкус кожу у самого основания шеи.

Я вздрагиваю и выгибаюсь, словно меня молнией пронзило.

— Я еле удержался… — снова рычит он, отрывая взгляд от моего тела и пронзая им меня.

А после он наклоняется и накрывает мои губы своими. Я задыхаюсь от неожиданности и напора.

Воздух вокруг моментально тяжелеет, перед глазами вспыхивают искры, а тело отказывается меня слушаться.

Я послушно замираю и просто принимаю его ласку. О, что это за ласки…