Темный генерал драконов. Страж ее света

Глава 7

— Глупая старуха, сынок, — я ёрзаю в его руках и нехотя отстраняюсь. — Всего лишь старая знахарка.

Мне так уютно лежать в объятиях чёрного генерала.

Я, наверное, вечность могла бы провести вот так, рядом с ним, уложив голову ему на сгиб локтя и любуясь мужественным профилем.

Но одна мысль о том, что он может догадаться, кто я, отрезвляют.

Страх, а следом и здравый смысл заполняют сознание.

У эонид не бывает мужей, богиня Эона не наградила нас семейным счастьем. Свет может жить те только в той, что чиста помыслами, но в той, что чиста телом.

Именно поэтому после первой ночи с мужчиной эонида теряет часть своего света, а остатки передаёт подрастающей дочери.

Нам не суждено жить долго и счастливо. Семья — это не про нас, — так говорила бабушка.

Я соскальзываю на дощатый пол, беру с тумбочки отвар и делаю большой глоток.

Драконы молодцы — добавили нужных травок: сушёные листочки молодой крапивы, щепотку ярко-жёлтых лепестков ноготков-календулы, щепотку корня имбиря, пару ягод шиповника и хорошую ложку мёда для сладости.

С каждым новым глотком чувствую, как энергия и тепло струятся по венам. Моё бедное тело перестаёт дрожать. Уверенность и решимость возвращаются ко мне.

Бросаю короткий взгляд на зеркальный осколок в углу, увитый моими любимыми лентами, чтобы убедиться, что морок не спал.

Я уже почти срослась с ним, даже во сне могу удерживать его на себе, но всё-таки…

Выдыхаю с облегчением. Из крохотного зеркальца на меня глядит старая морщинистая старуха, растираю щеку ладонью и вижу, как старуха подносит к лицу сморщенную руку с кривыми узловатыми пальцами.

А ещё я вижу внимательный, почти чёрный взгляд дракона. Он изучает мою фигуру, следит за каждым моим движением, чего-то ждёт.

Потом подходит к зеркалу сам, но трогает не его, а ленты. Перебирает пальцами нарядные длинные отрезки ткани, что я каждое утро вплетаю в свои ярко-рыжие косы. Это моё единственное украшение и отрада.

— От внучки осталось, — зачем-то говорю я первое, что приходит в голову.

Генерал Гроган переводит на меня странный задумчивый взгляд, но вопросов не задаёт. И на том спасибо.

Ещё с минуту он перебирает мои ленты, подхватывает одну, подносит к лицу и жадно втягивает мой запах с неё. И снова громко чихает.

Да что же за напасть! Матушка Эона, спаси-обереги!

— На рассвете мы выступаем, — генерал вытягивает мою самую любимую ленту — изумрудно-зелёную и накручивает её себе на запястье. — Отдохни, знахарка. Путь предстоит неблизкий. Поедешь с нами на границу.

— Сынок, окстись, — мой голос дрожит. Мало кто возвращается с границы. Простых людей даже не берут в армию для борьбы с демонами и гнилью — все знают, что не сдюжат.

Только великие могучие драконы могут противостоять силе разгневанных богов. Но и они не неуязвимы. Я слышала много слухов, что с войны с демонами драконы возвращаются калеками, с ужасными ожогами и ранами. И почти все поражённые ужасной гнилью.

— Тебе здесь всё равно не жить, знахарка, — дракон переводит на меня стремительно темнеющий взгляд. — Комендант уже завтра отправит к твоей избе отряд стражников. Тебя казнят в тот же день, как мы выступим к границе.

Прикусываю губу и тереблю кончик седой косы.

Я и без него об этом знаю — нет мне больше житья в моей избушке.

Но уходить с драконами! С теми, кто чувствую ложь издалека, с теми. Кто может учуять мой истинный запах и дар, с теми, чьё прикосновение обжигает до костей⁈

— Значит, такая у меня судьба… — я гордо поднимаю подбородок.

— Судьбы не существует! — резче, чем хотелось бы, отвечает генерал. — Ты многое знаешь и умеешь, я слышал шёпот толпы на площади. Каждый из них обращался к тебе не по одному разу. Такая знахарка мне нужна! После сражений с демонами мне понадобится твоя помощь…

Я замираю загнанной птицей. Сердце трепещет в груди. Неужели, он догадался? Неужели он почувствовал мой свет?

— Мои лекари не справляются. Лишние руки в лагере не будут лишними. Я же обещаю, что к тебе не прикоснётся больше ни один дракон!

— Могу я подумать, милок? — подслеповато щурю глаза.

Генерал Гроган замирает посередине единственной комнаты, обводит тяжёлым взглядом стены, пучки сушёных трав, подвешенных под самым потолком, различные снадобья на полках, разноцветные свечи из воска диких пчёл с заговорами от боли и страданий.

— Конечно, мать, — кивает Гроган. — Времени у тебя до утра.

Он кланяется мне и, пригнувшись, выходит из избы.

Я бросаюсь к окну, отодвигаю светлую тряпицу и наблюдаю, как широким уверенным шагом генерал идёт к своей армии, что расположилась на опушке вокруг моего домишки.

Со стороны дровника слышится ржание коней и дикий хохот рарха — вот же лютая зверюга!

То тут, то там в сгущающихся сумерках вспыхивают костры, вокруг которых усаживаются многочисленные солдаты генерала.

Сотни и тысячи драконов устраиваются на ночлег вокруг моей избушки.

К одному из костров и подходит генерал.

Отлично!

Я быстро, но без паники, начинаю запихивать в холщовый мешочек самое ценное: старинные бабушкины свитки, несколько склянок с эмульсией здоровья, отвар для бодрости духа и придания сил — он мне очень скоро пригодится, мешочек со смесью трав для отпугивания лесного зверья, коренья, сушеные ягоды и грибы. Смахиваю со стены в мешок несколько магических светлячков, а следом закидываю огниво и кресало.

Но самое ценное, что у меня есть, я не решаюсь закинуть в мешок.

Белоснежные, струящиеся одежды эониды я надеваю на себя, сверху накидываю чистый шерстяной хитон, подвязываю косы выше, накидываю на голову платок. Оглядываю в последний раз свою избушку, кланяюсь всем четырём углам и бросаюсь к стене за печью.

Мои знающие, что искать, пальцы быстро отцепляют старую кочергу от стены. Я использую её как рычаг, воткнув в основание фундамента старой печи.

Тут же раздаётся скрип и глухой скрежет.

Я замираю на миг, вдруг драконы услышат?

Времени и так слишком мало!

Я сдвигаю несколько тяжёлых, замшелых камней. Под ними не земля, а дубовая доска, вырезанная так искусно, что её не отличить от пола. Я открываю замаскированный люк.

В лицо бьёт резкий, сырой холод. Пахнет мхом и землёй.

Этот лаз вырыла моя прабабка, он ведёт вниз к реке, где в камышах у берега спрятана старая, но быстрая лодка.

Раз мне нельзя остаться, то надо уходить. Но не с драконами. Прости, генерал Гроган, но мы больше не увидимся!