Темный генерал драконов. Страж ее света

Глава 30

Облепленная комком чёрных грязных тел я лечу вниз, больно ударяясь о выступы и камни.

Со всех сторон раздаётся страшный гул, словно пролом всё ещё углубляется по мере нашего падения.

Как ни странно, но демоны своими телами защищают меня, сливаясь вокруг меня в подобие живого перетекающего чёрной поганью кокона.

Сколько длится падение, я не знаю.

Но приземление всё-таки отдаётся очередным приступом тупой боли и чёрной пеленой перед глазами, которая лишает меня сознания.

А дальше я не то плыву, не то перетекаю вместе с чёрной слизью по земле.

Даже сквозь спасительное забвение я чувствую, как болит всё моё тело. Каждая мышца ломит и выкручивается. Каждая косточка отдаётся тупой болью.

Веки наливаются свинцом, поднять их у меня нет никакой возможности.

То ли в бреду, то ли в реальности я чувствую смрад и ядовитые испарения вокруг. Чувствую, как меня затаскивают на какой-то холодный камень и мерзкой слизью фиксируют к нему.

А следом чувствую удар.

Кто-то из демонов прикладывает меня по щеке, обжигая болью и гнилью.

Кожу неистово саднит.

Дар внутри взрывается светом, но залечить раны не торопиться…

Я с трудом перевожу дух и стону.

— Очнулас-с-сь? Хорош-ш-шо! — всё тот же змеиный шёпот раздаётся у меня в голове.

Я с трудом разлепляю веки и с трудом могу рассмотреть то место, где я нахожусь.

Это не просто провал в земле или каменный грот. Это самая настоящая рукотворная пещера — высокие своды, кем-то высеченные в скале, мощные колоны с местами под факелы и лампады.

Вот только факелов здесь нет давно, как и ломпад.

Поворачиваю голову и вижу в ниже статую. Высокая фигура из белого мрамора полностью покрыта чёрной слизью и гнилью. Лица статуи не разобрать.

Но кому понадобилось под землёй ставить статую?

Я щурюсь, привыкая к полумраку.

Единственно, что осталось у статуи узнаваемым и незапятнанным демонской грязью — белоснежные стопы с изящными щиколотками и аккуратными пальчиками. А вокруг этих стоп уже, давно превратившись в прах, лежат дары.

Давно потухшие свечи в глиняных плошках, черепки, которые когда-то были сосудами с благовониями, прах, что когда-то был фруктами и цветами.

Кто-то когда-то приносил этой статуи настоящие дары и поклонялся ей.

Но как такое возможно!

Богов было немного, но я не помню, чтобы кто-то из них жил под землёй или требовал подземных храмов. Если только…

— ОНА! САМА ЯВИЛАС-С-СЬ!

От густой тени в углу отделяется невысокий силуэт.

Я с трудом могу различить в вязкой темноте страшный образ, который не то подходит, не то подползает ко мне.

Бесформенное тело, покрытое язвами, руки разной длины, узловатые, словно воспалённые пальцы с острыми когтями и перебитые или сломанные ноги.

Тварь подбирается ко мне ближе, цепляясь за каждый выступ, камень или колону. Я дёргаюсь, но оказываюсь крепко привязана к подобию алтаря.

С расширенными от ужаса глазами я наблюдаю, как все демоны вокруг покорно склоняют головы при приближении этого монстра, как они терпеливо ждут, как это чудовище подползёт ко мне ближе.

За тварью тянется уродливый след вонючей слизи. Куски плоти отваливаются от неё на ходу.

Но хуже всего то, что является подобием лица.

Мерзкий перетекающий студень, зияющий провал беззубого рта и горящие маниакальной жаждой огромные красные угли вместо глаз!

С влажным чавканьем верховный демон останавливается передо мной. Протягивает ко мне свою склизкую лапу, с которой прямо на мой хитон срывается капля чёрной слизи.

Острый коготь очерчивает мою скулу и подбородок.

Пустые глазницы вспыхивают торжествующим красным огоньком.

— Чис-с-стая! Сладкая! Дева с-с-света! — демон с хрюканьем втягивает мой запах, но тут же морщится.

Красные огоньки его глаз вспыхивают раздражением и злостью.

— Порченная! ПОРЧЕННАЯ! — рычит, шипит и плюётся гнилью монстр. — Кого вы притащили? Её успел пометить дракон!

Последнюю фразу верховный демон выплёвывает с яростью и презрением!

Когтистая лапа хватает меня за подбородок и крепко сжимает.

— Когда ты успела быть с ним⁈ Я же чувс-с-ствовала в тебе чистую, концентрированную силу! — мерзкая морда приближается ко мне.

Чёрная глянцевая кожа приходит в движение, перетекает, бугрится, идёт волной.

Я готова кричать от ужаса. Но крика нет.

Хуже того, чем ближе страшная демонова морда, чем ярче горят угольки хищных глаз, тем сильнее разгорается свет внутри меня. Тем больше он волнуется и тянется к… монстру.

— Ты должна была стать спасением человечества! — шипит демон. — Но станешь одной из нас и будешь искать другую эониду! Ту, кого не коснулся мерзкий дракон Гроган!

— Откуда ты знаешь Грогана? — у меня внутри всё сжимается от страха.

— А ты ещё не поняла, эонида? — не то смеётся, не то воет демон, больнее сжимая мой подбородок и вспарывая кожу своими когтями. — Посмотри в мои глаза, девчонка, что ты видишь в них?

И я смотрю. Всматриваюсь в два красных злобных уголька, внутри которых горит ненависть ко всему миру, смертельная обида на драконов и людей, на ушедших давно богов и на дневной свет, что пульсирует на самом дне чёрной липкой души испуганным клубочком.

— Не может быть! — выдыхаю я поражённо.