Украденная невеста для бандита

Глава 21

Большая теплая рука сжимает мое бедро. Его грудь так часто и порывисто колышется, что кажется, что сейчас разорвет ткань рубашки. Она словно бы сдавливает его. И потому- ровно через секунду после моей мысли Марат резко дергает за воротник и разрывает ее. Пуговицы разбегаются по мягкому одеяло и одна даже падает на мой живот.

Он хватает второй рукой мою ноги и отводит её.

Я нервно сглатываю и становлюсь, наверное, пунцового цвета, когда вижу, как он смотрит. Туда…

Отрывает от моего бедра пальцы и опускает туда… Между ног. Я чувствую жар и стыд… эти чувства такие противоречивые и такие одновременно запретные, что меня трясет.

— Красивая везде… — хрипло, утробно, — неимоверно красивая… Идеальная… Это вызов?

Не понимаю его вопроса, смотрю с удивлением.

— Почему без трусов? — поясняет мне, проводя по стыку ноги и влагалища, прямо по связке, не касаясь плоти.

— Белье выделялось… в этом платье… — отвечаю тихо, почти шепотом.

Он рычит.

Второй рукой сжимает мою ногу сильнее и отводит так сильно, что связки начинает печь. Раскрывая меня еще сильнее.

— Еще раз выйдешь перед чужими мужиками в таком виде, я накажу тебя, Фатя, — подается вперед, хватает за подбородок. Наши лица теперь близко близко. Утопаю в его яростном горячем взгляде.

— Ты сам купил мне такие платья. Я не нашла ничего приличнее в гардеробе. Почему? Потому что я должна быть твоей комнатной игрушкой? Вещью для утех? Поразвлекаться, запереть в шкафу и забыть?

Пока я говорю, он внимательно смотрит на меня, жжет глазами. Челюсти яростно сжаты. Сам он- один большой нерв.

Впрочем, как и я.

Не успеваю закончить свою эскападу, его губы расползаются в улыбке. Порочной, многообещающей и… немного сумасшедшей…

— Запереть в шкафу и забыть? — повторяет мое смелое предположение, — ты думаешь, у меня получается про тебя забыть? Получалось, пока сох по тебе мальчишкой… — нагло опускает большой палец на мой клитор и растирает, — или когда бегал за тобой и радовался нашим невинным поцелуям, а потом часами стоял под холодной водой, чтобы снять возбуждение… — господи. Как он трогает. Тягуче, умеючи. Вызывая такие странные ощущения внизу живота. Хочется избавиться от этой руки или наоборот податься к ней навстречу… — или же когда мчался к тебе за тысячи километров, чтобы просто за руку подержать? Или… когда лежал на жестких нарах и мечтал…

Его последние слова режут по-живому. Снова возвращают в дикую реальность нашего настоящего. И того прошлого, что уже не перепишешь…

— А теперь ты моя… В моей постели… — вскрикиваю, когда его палец осторожно проникает внутрь. Такого никогда со мной раньше не было. Никто такого со мной не делал… Никогда… Господи… Стыдно. И страшно…

Я вскрикиваю, пытаюсь вырваться от его наглых рук, а он гвоздит меня своим взглядом… Считывает мой страх и смятение. Считывает всё…

— И у меня на тебя все права… А я все равно продолжаю думать только о тебе денно и нощно… Все равно стою часами под холодной водой, Фатя… Как думаешь, это логично?

— Пусти меня, пожалуйста… Мне…

Прижимается носом к моей щекеи долго-долго мною дышит. Страстно, жестко, хрипло, порывисто.

Палец проникает глубже. Мне больно и некомфортно. Я хнычу и пытаюсь отстраниться.

— Маленькая лгунья… — шепчет пьяно и улыбается, — ты невинна, Фатя… Конечно же, ты невинна… Это был глупый способ сделать мне больно…

— Пусти… Это… унизительно для меня…

Вот, нахожу слово, которое максимально емко характеризует мое состояние сейчас. То, что он делает с моим телом, неправильно и унизительно.

Мне незнакомы эти эмоции. Они пугают меня.

Я хочу снова обратно. В детство. В свою детскую. В пижамку…

Не хочу лежать с расставленными ногами перед взрослым похотливым мужчиной…

Не потому, что это Марат.

Потому что я к этому совершенно не готова…

Снова усмешка… Знающая. Дъявольская. Господи, какая у него внешность. Вот так выглядит демон-искуситель… Наслаждающийся каждой секундой моего падения…

— Унизительно для тебя, говоришь?

Отодвигается, снова смотрит туда, между ног. Я в ужасе понимаю по ощущениям, что там ужасно влажно… Какой стыд… Что со мной происходит… Жмурюсь, потому что горю вся в смятении.

А потом громко-громко вскрикиваю, когда…

— Нет! Пожалуйста! Нет! — начинаю биться истерично, болезненно, но тщетно выворачивая связанные руки из хватки кожаного ремня.

Его губы накрывают меня… Там…

Лижут, всасывают, проникают языком… глубже…

Это… не могу справиться с эмоциями.

Не могу…

Когда его горячий взгляд, не отрываясь от меня там внизу, снова обращается ко мне, я готова провалиться под землю от ощущений.

Тело стреляет в болезненно-сладких спазмах.

Меня размазывает по кровати, а потом снова подбрасывает, как от электрошока.

Наглый шершавый язык везде. Выбивает из меня стоны, бессовестные, порочные…

Это ведь не я… Это какая-то дикая кошка, которую плющит, как от припадка…

А потом… Потом вдруг резко перед глазами все сначала меркнет, а потом взрывается.

Я взрываюсь.

На сотни тысяч мелких конфети.

Растворяюсь в воздухе. Смешиваюсь с ним. Улетаю…

Нахожу себя через какое- то время.

Глаз медленно фокусируется на Марате.

Он сидит рядом. Жадно впитывает все то, что со мной происходит. Все так же порывисто дышит.

Его губы красные и вспухшие. От этой мысли снова накатывает дикая жаркая волна стыда.

Понимаю только сейчас, что мои руки уже отвязаны.

— Как ты? — спрашивает он тихо и хрипло, нежно гладя меня по голой ноге.

Несмотря на то, что тело до безумия расслаблено, я снова начинаю чувствовать смятение, замешанное на сильном головокружении.

— Уйди, пожалуйста… — шепчу тихо, чувствуя, как к глазам подступают слезы, — мне нужно побыть одной…