Вероника, я люблю тебя!

Глава 15

— Чёрт, — ругается Марк и отстраняется от меня, оставляя моё обнаженное тело открытым и беззащитным.

Он достаёт свой мобильник и смотрит на экран.

— Чёрт, чёрт, — опять говорит он, — я сейчас, малыш.

Он смотрит на меня и прикрывает моё тело халатом. Встаёт и выходит из спальни.

Я лежу на кровати, и мне хочется провалиться сквозь землю. Странно ощущаю себя. Чувствую какую-то пустоту. Я, конечно, не имею опыта в таких делах, но, думаю, что уходить в самый интимный момент между нами — неправильно. Возможно, для него, это важный разговор. Иначе он не бросил бы меня вот так на кровати, почти раздетую и готовую отдать ему всю себя? Может для него это ничего не значит, но для меня значит очень многое.

Он же знает, что для меня всё это впервые! Я, итак, чувствую себя неуверенно! Не знаю, что думать. Как себя вести в такой ситуации. Наверно, он всё объяснит мне, когда вернется. Но момент упущен, и я чувствую, как больно щемит в груди.

Он ушёл несколько минут назад, а я лежу здесь и не знаю, что делать. Сколько сейчас вообще время? Я бросаю взгляд на часы, стоящие на тумбочке и охаю. 8. 20. Я опаздываю на работу! А я ведь ещё не одета! Валяюсь на кровати, как дура в полуобнаженном виде!

Я быстро встаю, снимаю халат и бросаю его на кровать. Подхожу к шкафу, достаю нижнее бельё, джинсы. Смотрю в окно. Солнца нет, на улице пасмурно, как и у меня на душе. Снимаю с вешалки белую водолазку и тёмно-синий кардиган. Быстро одеваюсь. Осматриваю себя в зеркале. Хватаю расчёску, привожу в порядок спутанные волосы, собираю в хвост. Щёки мои раскраснелись, а глаза дикие от страсти, которая бушевала в них ещё недавно. Стараюсь успокоиться. Снова смотрюсь в зеркало. Совсем неплохо выгляжу. Я хватаю ботинки из шкафа и нацепляю себе на ноги. Взгляд на часы. 8. 30. Я успеваю на работу вовремя. Сумка! Где же моя сумка? Вспоминаю, что вчера отдала её Марку, чтобы он достал ключи от дома. Значит, она, скорее всего, в прихожей. Я иду к двери, и она открывается с другой стороны. Марк. Заходит, как ни в чём не бывало. Замечаю телефон в его руке.

— Ого! — Он удивлен. — Быстро ты оделась.

Он улыбается, а мне опять неловко. Его голый торс меня нервирует. Мне хочется провести рукой по его груди и убрать прядь волос со лба, но я себя останавливаю. Он всматривается в моё лицо и понимает, что я расстроена.

— Что это с тобой? — Он явно ничего не понимает.

— Кто тебе звонил? — Решаю дать ему объясниться. Голос мой строг, у меня не игривое настроение.

Он пожимает плечами.

— Так, ничего особенного. Неважно.

Чего? Голос у него спокойный и беспечный. Как будто ничего не случилось! Я-то думала, что для него этот звонок важен, раз он бросил меня в такой интимный момент. А оказывается, что это «ничего особенного». Это просто невозможно! Я чувствую раздражение, начинаю злиться. Как он мог вообще так поступить со мной?

— Ах, вот как!

Я протягиваю руку и выхватываю телефон из его пальцев. Его брови взлетают вверх. Я разворачиваюсь и бегу в свою маленькую каморку.

— Ничего особенного, Марк? — Кричу на ходу. — И из-за этого ты меня тут бросил? Из-за ничего?

— Ника, — слышу его голос, полный ужаса. Ужаса? Серьёзно?

Я забегаю в комнатку, закрываю дверь и щелкаю замком.

— Открой, — орёт он с другой стороны двери.

Как бы ни так! Я разблокирую его телефон (хорошо, что у него нет пароля) и смотрю входящие звонки. Сейчас увидим, кто тебе звонил. Сердце моё уносится в пятки, а дыхание замирает, когда я вижу последний входящий вызов, поступивший около пятнадцати минут назад. Саша. Ему звонила она! Та, с которой он, как мне говорил, не стал бы иметь ничего общего. «Я никогда не стал бы бросать тебя, ради нее». Его недавние слова проносятся у меня в голове. Я всё помню. И он бросил меня на кровати голую, в момент, когда я была так уязвима и слаба, чтобы поговорить именно с Сашей!

Я вытираю слёзы со щек. Теперь мне всё ясно. Для него ничего не значит то, что происходит между нами. Я спокойна. Почти. Марк так же долбит кулаком в дверь.

Я открываю защелку и распахиваю дверь. Встречаюсь с ним взглядами. Я протягиваю ему телефон. Он берёт его молча и сует в задний карман джинсов.

— Никогда не бери мой телефон, Ника.

Он говорит спокойно. Я даже не удивлена. Я начинаю привыкать к быстрой смене его настроения. Не говоря ни слова, я выхожу из комнаты и иду к входной двери. Проверяю телефон. Он на месте. Хорошо. Надо бы включить его, ведь мама могла звонить.

— Ника, — он стоит у меня за спиной. Я поворачиваюсь и вижу, что он уже оделся. И даже обулся. Когда успел-то?

— Мне нужно на работу, — говорю я и голос мой спокоен. Или нет?

— Я отвезу тебя.

— Нет! Я не хочу. Я дойду сама. А ты можешь делать, что хочешь. Можешь ЕЙ позвонить, или еще лучше, встретиться.

— Ника, перестань. Что за глупости?

Он разводит руками, будто не понимая, что случилось. Он что, издевается?

— Ты, правда, не понимаешь или только притворяешься? — Я беру ключи с тумбочки и выхожу из дома. Он идёт за мной.

— Ника, постой! — Он хочет ухватить меня за руку, но я одергиваю ее.

— Отстань от меня Марк, — рявкаю я. — Не хочу тебя видеть.

— Чего?

Он злится. Да мне плевать! Не я бросила его ради телефонного разговора.

— Ника!

Ускоряю шаг.

— Что за упрямая, ослица, — ворчит Марк себе под нос, но я слышу.

Чего? Я резко разворачиваюсь. Как он там меня назвал? Он не ожидает, что я остановлюсь, и налетает на меня. Я чуть отталкиваю его и делаю шаг назад. Марк хочет придержать меня за руку, но я убираю ладонь.

— Что ты сказал?

Я стою руки в бока.

— Забудь, — рычит он.

И уже спокойней:

— Ты можешь поговорить со мной?

— Нет, — чеканю я. Хочу развернуться и пойти дальше, но он всё же хватает меня за руку. Тянет за собой.

— Я с тобой никуда не поеду, — стараюсь тормозить ногами.

— Поедешь, — злится он, чувствует, что я упираюсь.

— Я не хочу!

Еле успеваю за его широким шагом. Блин, я, словно маленький ребенок, которого родитель загоняет домой с гулянки. Оглядываюсь по сторонам. Вижу Никиту в окне его дома. Он смотрит на меня и у него удивлённое выражение лица. Как неудобно. И стыдно.

Мы доходим до машины Марка. Он открывает дверь, подталкивает меня, но я упираюсь.

— Ника, не будь ребенком! Садись в машину, — голос его тихий, но я чувствую его раздражение.

— Ни за что! Я не буду садиться к тебе в машину, Марк.

Тогда он поднимает руку и обнимает меня за талию, прижимается ко мне бедрами.

— Что скажут твои любопытные соседи, Ника, если увидят тебя сейчас? — Шепчет он мне, и я знаю, что он ухмыляется.

Наша война продолжается? Он целует мою шею. Чуть отодвигая края кардигана, легко рукой касается моей груди поверх водолазки. Движения его нежные и медленные. Ох! Я задыхаюсь от наслаждения. Он точно знает, что делает!

Чёрт, всё это происходит прямо на моей улице, у моего дома! Не удивлюсь, если какая-нибудь соседка выглядывает сейчас из-за шторки на своей кухне и, с широко открытыми глазами, качает своей седой головой. Ай, ай, ай. Такая приличная была девочка. А тут, посмотрите, что вытворяет, бесстыжая!

Я закатываю глаза. Марк опять победил.

— Ладно, — выдыхаю я, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Умная моя девочка! — Говорит мой жестокий парень. В его голосе больше нет раздражения. Правда, он стал немного хриплым. Ника, перестань!

Я сажусь в машину. Успокаиваюсь, начинаю дышать ровно. Даже не смотрю в его сторону.

Едем молча. Чувствую напряжение между нами. Марк легонько трогает моё колено.

— Не трогай меня, — шиплю на него.

— Посмотри на меня.

— Ни за что!

— Ника!

— Марк, ты оставил меня в самый интимный момент в моей жизни, чтобы переброситься парой слов с Сашей! — Не могу больше сдерживаться, хочу высказать ему, как мне обидно. Хотя, я не кричу.

— Не с кем-нибудь, а именно с ней! Что я должна думать и чувствовать?

На последних словах мой голос звучит жалко. Я еле сдерживаю слёзы. Смотрю на него: плечи опущены, губы сжаты. Он смотрит прямо перед собой на дорогу.

— Прости меня, малыш. Я дурак.

Дурак? Будто я этого ни разу не слышала. Как будто от этого признания мне станет легче. Да оно вообще для меня ничего не значит!

— Ника, я тупой идиот. Что мне сделать, чтобы ты сменила гнев на милость?

Голос его вроде бы спокойный, но я слышу в нём нервные нотки. Неужели и правда переживает?

— Отстань от меня, — рявкаю на него.

— Не могу. Ты постоянно в моих мыслях. Посмотри на меня.

— Просто довези меня до работы, Марк.

— Скажи, что мне сделать?

Я вздыхаю. Хочет, чтобы я престала злиться? Пусть объяснит тогда, зачем она ему звонила, и почему он взял эту чёртову трубку!

Я поворачиваюсь к нему.

— Почему ты ответил ей? И зачем она вообще тебе звонила? Часто она тебе названивает?

Он сворачивает на улицу, где я работаю, и останавливается у магазина. Я смотрю на время в его телефоне, что лежит на приборной панели. 8. 46.

— Отвечай, или я больше не хочу видеть тебя, — говорю я и верю своим словам.

Разве?

Он потирает подбородок.

— Что у тебя с ней?

— Ничего у меня с ней нет. Это правда. Я не знаю, зачем она мне звонит. Я ясно дал ей понять, что между нами ничего не будет.

Говорит он искренне, смотрит мне прямо в глаза.

— Но вчера вечером, она неправильно поняла меня.

— Когда ты ей позвонил и сказал, что придёшь к Владу. Почему ты вообще позвонил ей, а не Вадиму или Рите?

— Я звонил, но никто из них мне не ответил.

— Она назвала тебя своим милым.

— Ну, это же Саша, она часто так делает. Я говорил, что не нужно так называть меня, но, как видишь…

Он разводит руками.

— Почему ты, кстати, пришёл? Ты не знал, что я там, я видела твою реакцию, когда ты вошёл в комнату. Ты был удивлён.

— Не знал, что мне делать. Ты не отвечала, я не знал, где тебя ещё искать. Дома тебя не было. В тайне, я надеялся, что ты будешь на вечеринке. Тогда я бы снова был с тобой рядом. Так и получилось. Ты была там. Сидела так близко к Владу. Он прижимался к тебе, а ты не была против. Меня это взбесило. Вместо того чтобы подойти к тебе, я назло подсел к Саше. Наверно, это было глупо.

— Какие мы гордые! — Восклицаю я, но хочу услышать, что он скажет дальше.

Марк игнорирует мой возглас.

— Она стала целовать меня, а я не отстранился. Ты ведь обнималась с этим идиотом. Ещё и на колени к нему села! Знаешь, я даже внимания не обратил, как Саша жмётся ко мне. Мне было плевать. Но она, видимо, поняла мои действия по-другому.

Всё вроде бы логично. Ну, насколько вообще может быть логичным поведение в такой ситуации. Хотя, на самом деле, когда дело касается чувств, то логики и здравого смысла становится мало. Я это знаю теперь по собственному опыту. Плюс алкоголь. Много алкоголя! Я ведь позволяла Владу себя обнимать и села к нему на колени тоже назло Марку. Вообще не думала головой!

— Поэтому она звонила тебе сегодня?

Он кивает.

— Она думает, у тебя к ней проснулись чувства? Но она же знает, что мы ушли вместе.

— Она не знала. Из них нас видела только Рита, которая ничего ей не сказала. Саша, конечно, удивилась, что я закрыл тебя, когда ты сняла платье. Как и все, впрочем. Но, видимо, она не придала этому значения. Не подумала, что я сделал это не просто так.

Значит, Саша просто идиотка!

— И что ты ей сказал? По телефону, — хочу до конца всё выяснить.

Он пожимает плечами.

— Ничего, как всегда, чтобы оставила меня в покое.

Я-то думала, он сказал ей, что мы с ним вместе. Я разочарована.

— Ты не должен был бросать меня там, на кровати.

— Прости меня, я просто не подумал, что тебе это будет неприятно. Я и правда, идиот.

Он берёт меня за руку, но я качаю головой и убираю ладонь.

— Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

В его голосе звучит мольба. Опять! Стоит ли ему верить? Не знаю. Но ведь я уже поняла, что он говорил искренне.

— Мне нужно открывать магазин через две минуты.

Я открываю дверцу машины и выхожу. Он выходит следом.

— Можно я сегодня побуду с тобой на работе?

У него такой грустный голос, что мне не по себе. Я смотрю на него, и где-то внутри меня поднимается волна нежности. Ну, как я могу ему отказать, когда он так мил? А если я скажу ему нет, разве он послушает меня?

Марк всегда такой разный! Такое ощущение, что в нём живут несколько личностей. И какая из них настоящая?

— Хорошо, — соглашаюсь я. Он так радостно улыбается, что чувствую, как и мои губы растягиваются в улыбке.

— Мир? — Спрашивает он.

Я пожимаю плечами.

— Посмотрим.

Утром в магазине много людей, и Марк помогает мне обслуживать покупателей. Даже что-то советует им. Надо же! Не знала, что он разбирается в литературе.

— Ты, значит, читаешь? — Спрашиваю удивлённо.

Он озорно улыбается.

— Не то чтобы я был книголюбом. Главное — уверенно предлагать!

— Вот оно что, — смеюсь. — Ну, ты очень уверенно заливаешь тут про книжные новинки, даже не прочитав аннотацию.

— Я вообще уверенный в себе парень!

Он смеётся в ответ.

— С этим не поспоришь, — отвечаю я, вспоминая его молящий взгляд. Он не всегда уверен в себе, но не хочет, чтобы об этом знали другие. Но я-то знаю. Теперь уж точно. Не может же он быть настолько хорошим актером?

Прохожу между рядами полок и ставлю на место книги, оставленные покупателями.

После двенадцати дня поток людей спадает. Марк идёт в кафе через дорогу, чтобы купить нам еду на обед. Я только сейчас вспоминаю, что так и не включила телефон. Достаю его из сумки. Так странно, Марк присылал мне вчера много сообщений, но сейчас нет ни одного. А я ведь их даже не прочитала! Я, что, их пьяная удалила и не помню?

Звонит Лидия. Спрашивает, как дела в магазине. Я отвечаю, что всё прекрасно. Желает хорошего дня. Благодарю. Я кладу трубку, но телефон звонит снова. Мама.

— Ника, привет. Я звонила тебе утром, но телефон был отключен. Как у тебя дела? — Голос у неё спокойный и даже приветливый. Я совсем не узнаю её.

— Привет, мам. Телефон разрядился, — вру я. — У меня всё хорошо. Я на работе, как обычно.

— Ясно.

— Когда вернёшься?

— Завтра днём буду дома.

— Я буду на работе.

— Знаю.

Она молчит, и я не знаю, что ещё сказать. Какой-то неловкий у нас получается разговор.

— Ну, тогда увидимся завтра, — говорит она.

— Да.

Я хочу положить трубку, но в этот момент заходит Марк и прямо с порога объявляет:

— Ну, и очереди у них там! Чуть всё под чистую не разобрали, будто других кафе в городе нет, — громко говорит он. — Но я успел ухватить нам картошку и курицу гриль!

Он поднимает руку и машет пакетом, мол, смотри, какой я молодец!

— Ника, — голос мамы в телефоне напрягается, — кто это там у тебя?

Ну, почему я не успела положить трубку!

— Мам, — говорю я.

Марк останавливается на месте.

— Это он, да? Я узнала его голос. Ты что, постоянно с ним? Даже на работе?

— Мам, да это Марк. И что в этом такого?

Я встаю на защиту Марка.

— Встречи с ним не доведут тебя до добра. Он же просто хочет…

— Мам, хватит. Всё нормально, — надо закончить этот разговор, пока мы опять не начали ругаться. — Мне пора, увидимся завтра.

Я быстро отключаюсь. Смотрю на Марка.

— Она меня слышала, да?