Вероника, я люблю тебя!

Глава 6

Просыпаюсь от того, что ужасно жарко. Я вся в поту. Что это ещё за фигня? Помню, что мне снился какой-то сон, но что именно вспомнить не могу.

Я встаю с кровати, подхожу к окну и открываю его. Прохладный ночной воздух успокаивает меня. Я гляжу в сад и вижу там человека. Он стоит, прислонившись к дереву, смотрит на меня. Потом машет мне рукой.

Марк.

Я открываю глаза. Уже светло. Смотрю на часы. Почти восемь. Я пропустила будильник! Вскакиваю с кровати и иду в душ.

Я, конечно, люблю подольше постоять под струями воды, но сегодня мне точно некогда.

Я проспала! Проспала впервые в жизни! Самой не верится.

Выхожу из ванной, закутавшись в полотенце, и иду обратно в спальню. Пока привожу себя в порядок и одеваюсь, думаю о ночной переписке с Марком. Да уж, именно из-за неё я и проспала, ведь легла совсем поздно. Но я не жалею, что ответила на его сообщение. Возможно, мы сможем наладить наше общение друг с другом. И не ругаться каждую минуту. За два дня мы ссорились слишком часто. У многих ли бывает так при знакомстве? Мне это так странно. Я никогда ещё ни к кому не испытывала таких противоречивых чувств!

Я смотрюсь в зеркало. Моё отражение улыбается мне. Я пустила волосы свободной волной по плечам, приколов заколкой только пару прядей, чтобы не падали на глаза. Сегодня я решила надеть платье, которое купила две недели назад. Я ещё не надевала его. Оно довольно простое, доходит мне до колен. Я купила его, потому что мне понравился цвет. Я люблю темный зелёный цвет, как и синий. А это платье такое классное, что я просто не могла пройти мимо. Рукава у него длинные, горловина высокая. Как раз та модель, что мне нравится. Сверху надеваю ветровку. Беру туфли.

Я почти готова. Осталось только немного смазать губы блеском, и чуть подвести глаза. Отлично. Я никогда не крашусь броско, и это не потому, что мама не одобряет яркий макияж, а потому, что я действительно не представляю себя накрашенной более ярко.

Мама. Вспоминаю о ней и морщусь. Она уже, наверное, встала. Надо быть с ней мягче, иначе ещё один скандал мне обеспечен. А у меня слишком хорошее настроение, чтобы ругаться.

Кидаю взгляд на часы. 8. 20. И как я так быстро всё успела? Я спокойно смогу дойти до работы. Ещё раз смотрю на себя в зеркало, хватаю сумку и выхожу из комнаты.

По дороге от моей спальни до входной двери не встречаю маму. Может мне всё же удастся избежать очередное столкновение?

В прихожей надеваю туфли, берусь за ручку двери.

— Ника?

Слышу голос мамы, и у меня вырывается стон.

— Да, мам?

Поворачиваюсь к ней лицом. Она стоит в бежевых бриджах и простой белой футболке. Лицо и поза её спокойные. Надолго ли?

— Нам нужно поговорить.

— Давай не сейчас, пожалуйста. Извини меня, мам, но мне нужно на работу.

Я смотрю на неё спокойно, голос звучит ровно.

— Хорошо. Сейчас ты уйдешь, но вечером нам обязательно нужно обсудить последние два дня. Не задерживайся нигде после работы.

На последних словах в её голосе я улавливаю раздражение.

— Хорошо, — киваю. Она поворачивается и скрывается в гостиной.

Я выхожу из дома и чувствую, что вечер мне предстоит не радостный. От моего хорошего настроения ни остаётся и следа. Решаю пока не думать о вечернем разговоре с мамой.

Дохожу до работы. Открываю дверь. Здесь моя обитель и я могу не думать ни о чём, кроме книг.

Когда захожу в магазин, то вижу целую кучу коробок. На душе опять становится радостно. Лидия привезла много книг, и я знаю, что мне предстоит огромное удовольствие их разобрать.

Я так люблю распаковывать коробки с новыми книгами! Люблю осматривать каждую обложку и печать на страницах. Просматривая книги, часто прочитываю по несколько страниц. Читая, я будто погружаюсь в мир героев. Могу быть моряком, бороздящим океан или какой-нибудь капризной принцессой, которая изводит короля отца, не желая выходить замуж, бунтарем — подростком, помощником всех бедных, могу переживать несчастную любовь или, наоборот, найти своё счастье в объятиях любимого. Я могу быть кем угодно на страницах этих книг, но не девочкой, контролируемой своей матерью, не дающей ступить и шага без её ведома.

Мне предстоит интересный день и не важно, что случится вечером.

Открыв смену и положив в кассу размен, я начинаю распаковывать коробки. На мой телефон приходит сообщение. Неужели это… Лидия. Пишет, что придёт позже, у неё какие-то дела в городе. Лидия — мой работодатель и она не должна оповещать меня, когда появится в собственном магазине. Но наши отношения гораздо ближе, чем просто начальник и подчиненная. Я знаю эту женщину много лет, с тех пор, как мы переехали. Она мне в каком-то смысле ближе собственной матери. Она добрая и отзывчивая женщина и хорошо относится ко мне. Всегда даёт совет, когда это нужно и не показывает недовольство по той или иной причине. Может она так относится ко мне, потому что у неё самой нет детей? С Лидией можно поговорить и раскрыть всё, что накопилось в душе. В отличие от моей матери. С мамой я уже давно не делилась своими сокровенными мыслями и чувствами. И тем более мечтами.

Я открываю коробку за коробкой, разбирая новенькие книги, ещё пахнущие свежей краской. Полностью погружаюсь в выдуманные миры.

Сколько проходит времени, не знаю, но вдруг звенит колокольчик, оповещая о прибытии покупателя.

Я отрываюсь от книги, смотрю, кто зашёл и напрочь забываю о героине по имени Тереза.

Передо мной стоит Марк и смотрит на меня с интересом.

Я откровенно глазею на него. Во-первых, потому что никак не ожидала его прихода, а во-вторых, он такой красивый в этой белой футболке и неизменной кожаной куртке! На нём черные джинсы и черные кроссовки. На губах игривая улыбка (не усмешка, что уже неплохо), в темных глазах пляшут жёлтые искорки, отчего он выглядит безумно привлекательным. Жёсткие волосы немного растрепаны, вид у него как у озорного мальчишки. Ему идёт золотистый загар. Ну, прямо злодей-сердцеед! Мне кажется, что я сейчас расплавлюсь от его взгляда.

— Ты опять беззастенчиво меня разглядываешь, Вероника.

Он смеётся, а я краснею.

— Привет, — лепечу еле слышно. Отвожу взгляд. Блин, что же он со мной делает!

— Значит, ты правда здесь работаешь?

— Да, а ты думал, я соврала?

— Нет, я знал, что ты сказала правду, — странно звучат его слова. Откуда он мог знать?

Он проходит и садится прямо на стол для покупателей.

— Ого, много же тут книжек!

Он прищелкивает языком, а я улыбаюсь.

— Это книжный магазин, чего ты хотел?

Он пожимает плечами.

Я встаю с табурета и отставляю пустую коробку в сторону.

— Тем более, Лидия, хозяйка магазина, привезла вчера товар.

Я указываю на стопку коробок, которая значительно уменьшилась с начала рабочего дня.

Топчусь на месте, не зная, что сказать.

Марк склоняет голову набок и улыбается мне.

— Чувствуешь себя неловко?

— Я…

— Только, правда.

— Не думала, что ты придёшь сюда.

Я чувствую электрические разряды, проходящие между нами и от этого мне не по себе.

— Хотел посмотреть, где ты работаешь.

Он встаёт и идёт прямо ко мне. Подходит вплотную, я делаю шаг назад и спотыкаюсь о стоящую рядом коробку. Он протягивает руку и хватает меня, спасая от падения.

— Я не кусаюсь, Ника, помнишь? Ну, только если иногда.

Я смеюсь, и он улыбается мне.

— Ты изменился, — говорю.

— Я же сказал, что не хочу с тобой воевать.

Он держит меня в своих объятиях и мне так хорошо рядом с ним. Неловкость исчезает и я, не сознавая, что делаю, поднимаю руку и глажу его по щеке. Мне так хотелось это сделать! Понимаю это. Прихожу в себя и одергиваю руку.

— У тебя зелёные глаза, — тихо говорит он. — Такие красивые и манящие.

Он наклоняется и легонько целует мои губы. Еле ощутимый поцелуй заставляет меня трепетать в его руках. А ещё вчера он насмехался надо мной! Как быстро всё изменилось.

— Хочешь, поцелуй меня сама. Я не против.

Он будто угадывает мои желания! Я смущена, не знаю, что думать.

— Я не хочу, — выдавливаю из себя.

Он снова смеётся.

— Давай не начинай всё сначала.

Мне бы разозлится, но я не могу и смеюсь вместе с ним. Он отпускает меня.

— В любой момент может зайти Лидия. Не хочу, чтобы она с самого утра увидела такую картину.

— Тебя, беззастенчиво целующуюся с парнем?

Киваю и вновь улыбаюсь.

— Ты такая стеснительная. Ладно, не будем заставлять тебя краснеть перед начальством, если что.

Он отходит от меня и снова садится на стол.

Мне немного легче.

— Ничего, что я написал тебе ночью?

Я качаю головой. Интересно все-таки, почему он решился написать?

— Главное, что не приехал и не разбудил мою маму!

— Вот, черт, надо было это сделать! Поговорили бы с ней по душам.

Он потирает подбородок, раздумывая над своими словами.

— Она бы убила меня, а потом тебя, — смеюсь я. — Она очень строгая. И любит меня контролировать.

Буквально каждый мой шаг!

— Что ты делаешь вечером? — Внезапно меняет он тему разговора.

— Как раз сегодня у меня состоится серьезный разговор с мамой. Мы с ней поссорились, я на нее накричала. Она считает, что я отбилась от рук. Не думаю, что все закончится хорошо.

— Она знает, что ты ходила на вечеринку?

Я качаю головой.

— Не думаю, но вчера я пришла поздно, а такого раньше не было и об этом она знает. Плюс наша с ней ссора и закрытая дверь перед её носом. Этого достаточно, чтобы я впала в немилость. Уж, поверь мне.

Марк смотрит на меня внимательно, а потом спрашивает:

— Ты боишься того, что она скажет тебе? Боишься этого разговора?

Я задумываюсь. Боюсь ли я? Боюсь ли её гнева и обидных слов, которые она может мне сказать? Боюсь ли я, что она узнает о вечеринке?

— Если бы ты спросил меня об этом несколько дней назад, я бы ответила, что да. Но теперь нет, я не боюсь разговора с ней.

Он снова подходит ко мне, смотрит, будто изучает.

— А что изменилось за эти дни? — Ему явно это интересно.

Я взрослею и мне уже надоело плясать под ее дудку. А еще я встретила тебя и теперь меня ничего не волнует, кроме твоих прекрасных темных глаз и полных губ, которые мне хочется целовать. Я не могу признаться ему в последнем. Он засмеёт меня. Наверное.

— Ты можешь мне сказать.

Он что реально читает мои мысли? Я дёргаю плечами.

— Не знаю, что изменилось, но мне все равно, что она скажет.

Его губы растягиваются в улыбке.

— Значит, ты можешь прогулять разбор полетов. И мы с тобой проведём вечер вместе, сходим куда-нибудь.

Я бы тоже этого хотела.

— Я не могу, Марк. Мне, правда, нужно обсудить всё с мамой.

Я вздыхаю. Марк поджимает губы. Злится?

— Ты злишься?

— Нет, — качает он головой. — Мне вообще-то все равно.

Он равнодушно пожимает плечами. Я не верю ему. Он хороший актер, это я уже знаю. Но по его глазам вижу, что ему не все равно. Точно нет.

— Я не верю тебе, — говорю ему и смотрю на его реакцию.

— Тебе не обязательно верить мне, Вероника.

Я вижу, что он отдаляется от меня. Как же так? Мы только достигли какого-то согласия, и вот он обижается и злится на меня потому, что мне нужно поговорить с мамой. А не идти гулять с ним. Но ведь я, правда, хочу побыть с ним. Я бы хотела узнать его лучше.

— Я пойду, — говорит.

Отворачивается от меня и идёт выходу.

Не могу же я допустить, чтоб он просто вот так ушел, и между нами легла пропасть? Я бегу к нему, хватаю за руку и разворачиваю к себе лицом. Он явно удивлён, но руку не одергивает. Потирает подбородок. Это у него что, привычка такая?

— Что?

Смотрит на меня. О чём он думает в этот момент?

— Я сказала, что мне нужно поговорить с мамой, но я не думаю, что наш разговор затянется до ночи.

Я стараюсь улыбнуться. Хочу, чтоб черты его лица снова смягчились, чтоб он не злился.

— Что ты имеешь в виду? — Спрашивает он.

— Мы могли бы погулять после разговора, — неуверенно произношу я.

Вдруг он скажет, нет? Я смотрю на него, он на меня.

Внезапно его губы растягиваются в улыбке, а в глазах вновь пляшут озорные огоньки. Таким он мне нравится больше.

— Правда?

Он склоняет голову набок.

Я киваю.

— Ну, не знаю, получится ли, — дразнит он. — Боюсь, мама запрёт тебя в спальне.

— Не запрёт, — возражаю я.

Он притягивает меня к себе и шепчет на ухо:

— Хотя я могу забраться в окно и выкрасть тебя из дома.

Марк запускает свои пальцы в мои волосы. Как это приятно! Я дрожу от желания поцеловать его. Он трётся щекой о мою щёку. Я встаю на цыпочки и обнимаю его за шею. Как же приятно вот так стоять с ним в обнимку и вдыхать аромат его одеколона и кофе. От него всегда исходит легкий аромат кофе, и мне это нравится. Улыбаюсь ему в шею.

— Ты работаешь до семи?

Голос его немного хриплый. Он прижимает меня ещё ближе к себе. От такой близости у меня подгибаются колени.

Я киваю. Опираюсь лбом о его плечо.

— Тогда я заеду за тобой прямо сюда. Подвезу до дома и подожду.

Я немного отстраняюсь от него, но он тянет меня к себе снова.

— Только не подъезжай к моему дому, — говорю ему. — Не хочу ещё больших проблем с матерью.

Чувствую, что он кивает. Потом смотрит на меня.

— Хорошо.

Как быстро он согласился! И даже пререкаться не стал. Он очень странный человек. Я никогда не знаю, чего от него ожидать.

— А сейчас мне пора, — говорит он, тянется к моему лицу и целует в щёку.

— Куда ты? — Спрашиваю.

— Много будешь знать, плохо будешь спать!

Он шутит, и я улыбаюсь. В конце концов, кто я такая, чтоб он посвящал меня в свои планы? И правда, кто я для него? Откидываю эти мысли. Мы ещё слишком мало знакомы, чтобы быть друг другу кем-то.

— До вечера, — он отпускает меня и идёт к двери. На пороге сталкивается с Лидией. Молча, проходит мимо неё и выходит за дверь.

Я смотрю на свою начальницу. Представляю, какой у меня вид! Лицо красное, волосы растрепаны. Стою посредине магазина и молчу. Ощущаю поцелуй Марка на своей щеке, а тело чувствует его прикосновения.

Лидия подходит ко мне, несколько раз оборачиваясь назад. Я быстро поправляю выбившиеся пряди волос за ухо.

— Ника, привет. Что это с тобой?

— Э… Все хорошо.

— О, ты разобрала много коробок, умница.

Она всегда хвалит меня. Я рада, что она мной довольна. Не то что моя мама!

Я иду к коробкам и снова берусь за работу. Лидия выкладывает на стол кучу каких-то документов.

— Ого, работы много, да?

Она улыбается.

— Эта работа мне в радость, ты же знаешь.

Киваю.

— Как поездка?

— Хорошо! Спасибо, что спросила. Была на выставке детских книг. Пробыла там часа два, представь! Очень понравилось.

Она откидывает темные волосы со лба, и на её лице я вижу мечтательную улыбку. Лидия и моя мама одногодки. Но Лидия выглядит моложе, чем мама. У нее доброе лицо, глаза излучают заботу, а говорит она всегда мягко и спокойно. Кажется, ничто не может её разозлить или заставить нервничать. Я никогда не слышала, чтобы она повышала голос. Если Лидия видит, что у меня плохое настроение и что-то тревожит меня, то обязательно спросит, хочу ли поговорить о том, что случилось. Но, если я не хочу, она не будет настаивать.

— Ника, слышишь меня?

Я поднимаю голову.

— Что?

— Где ты витаешь, милая?

Она сидит за прилавком, руки её сложены на бумагах, лежащих перед ней. Она смотрит на меня таким внимательным взглядом, что мне становиться не по себе.

— Когда я вошла, из магазина выходил молодой человек, — говорит она. — Ты случайно его не знаешь?

Я вдруг вспоминаю, что, входя, Лидия столкнулась с Марком. Она очень странно посмотрела на него. Он же не обратил на нее никакого внимания.

У нее проницательный взгляд. Я ерзаю на табурете, чувствую, что моё лицо покрывается румянцем.

— Он ведь приходил к тебе, так?

Она улыбается.

— Я видела твои красные щёки и растрепанные волосы.

Боже, как стыдно!

— Вы целовались, я права?

Мои брови взлетают вверх, я ещё больше заливаюсь краской.

— Мы, я…

Слова застревают у меня в горле, потому, что я вообще не знаю, что сказать!

— Ника, приди в себя. Тебе восемнадцать лет, не нужно так стыдиться, что тебе нравится мальчик. Было бы ненормально, если бы не нравился. Он симпатичный, кстати.

Я выдыхаю, немного успокоившись. Её слова и мягкий голос всегда успокаивают меня.

— Я не думала, что вы увидите…

Улыбка трогает мои губы, и Лидия улыбается в ответ.

— Просто не понимаю, когда ты успела? Мы с тобой не виделись всего несколько дней!

Я киваю. Да жизнь может измениться всего за несколько часов!

— Вы встречаетесь, да?

Разве мы встречаемся?

Я пожимаю плечами.

— Я даже не знаю, мы знакомы всего третий день.

— За три дня может многое произойти.

Она задумывается, а потом спрашивает:

— Скажи, его имя случайно не Марк Ливитанов?

Ливитанов? А я ведь не знала его фамилию. Красивая. И необычная. Постойте-ка, Лидия его знает? Не похоже, ведь Марк явно с ней незнаком.

— Да, его зовут Марк, — отвечаю. — Знаете его?

— Не его, его отца. Коля говорил мне о первом сыне. Он поразительно на него похож. Поэтому я тебя и спросила.

Ого, Коля! Значит, Лидия хорошо знает отца Марка и Вадима?

— А давно вы знакомы с отцом Марка?

— Да, довольно давно. Он тогда ещё не был бизнесменом. Только начинал открывать своё дело, вместе с Софией.

— Это его жена, — знаю, потому что Ритка мне говорила.

Лидия кивает.

— Так, когда вы познакомились? — Спрашивает.

— В пятницу, — говорю я. — На вечеринке.

Её брови взлетают вверх.

— Серьёзно? — Она улыбается самой милой улыбкой. — Ты, наконец, решила покончить с затворничеством? Вот это поворот!

Она встает из-за прилавка, подходит ко мне, берёт за руки и тянет к столу для покупателей.

— Расскажи мне всё, дорогая. Если ты хочешь.

Мы садимся за стол. Лицо моей начальницы спокойно. Она с интересом наблюдает за мной. Как же мне хочется поделиться всем, что со мной произошло за последние дни! Лидия — идеальный кандидат. Она внимательный слушатель. Она не будет меня осуждать и ругать.

Я набираю больше воздуха и все рассказываю ей. Не только про вечеринку и Марка, но и про маму, нашу ссору и мои чувства к ней, к маме. Я высказываю все, что копилось в моей душе.

Конечно, я упускаю подробности наших с Марком встреч. Такое я даже Лидии рассказать бы не смогла. Это слишком личное. Только между ним и мной.

Она внимательно выслушивает меня, и на лице её я вижу еле заметную улыбку.

— Это так ново для тебя, — говорит Лидия, смотря на меня очень внимательно. — Я имею в виду молодой человек, чувства…

— Конечно! — Восклицаю. — Вы ведь знаете, что я всю юность просидела дома.

Я даже не целовалась, добавляю про себя. Если не считать случая в пятом классе, когда Славка, мой бывший одноклассник, легонько поцеловал меня в губы, после чего мы оба покраснели как раки варёные. А потом он развернулся и унесся прочь. Только пятки сверкали. Вот умора! Улыбаюсь. Давно я не вспоминала этот случай.

— Только будь осторожней, ладно? — Тихонько говорит Лидия. — Я знаю, что у тебя есть голова на плечах.

Киваю.

— А что до твоей мамы. Я знаю её давно. Она очень упряма. Ты влюблена в него?

Такой простой вопрос, но я совершенно не знаю, как ответить на него. Марк появился в моей жизни всего три дня назад. Он заставил меня испытать столько эмоций! Как хороших, так и плохих. Я уверена, что неравнодушна к нему. Но влюблена ли я? Ведь я ничего подобного не испытывала раньше. Мне хочется быть с ним всё время. Обнимать его, целовать, держать его теплую крепкую руку в своей руке. Да, он обижал меня, но теперь он ведёт себя совсем иначе. И я готова простить ему обиды.

— Я не знаю, но никогда раньше мне не хотелось так сильно быть рядом с кем-то, — отвечаю я Лидии.

— Если ты действительно этого хочешь, то тебе придется побороться с твоей мамой.

Знаю.

— Да, уж это так. Она же не одобряет ничего, что идёт не от неё! Она подавляет меня своим контролем, всегда так было. То есть после…

Я останавливаюсь, не договаривая.

— После смерти твоего отца, — заканчивает за меня Лидия.

Я киваю.

— Я не должна лезть в ваши отношения. Но хочу, чтобы ты знала, я поддержу тебя, что бы ни случилось. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

— Спасибо. Вы так добры ко мне. Я благодарна. А с мамой я справлюсь. В конце концов, я уже не ребёнок. Она должна это понять и перестать управлять моей жизнью.

Лидия пожимает мне руки и улыбается. Почему-то улыбка очень грустная.

— Ну, ладно. А теперь нам с тобой надо поработать.

Она подмигивает мне, и я смеюсь.

Весь день провожу за разбором книг и обслуживанием покупателей. К вечеру набегает столько народа, что я едва справляюсь. Они будто сговорились прийти все разом!

К семи часам, я валюсь с ног от усталости. Лидия говорит, что сама закроет магазин, когда закончит ещё некоторые дела.

Я беру свои вещи и иду к выходу.

— Удачи тебе, Ника! — Желает мне Лидия. Я машу ей рукой и выхожу из магазина.

Машина Марка уже стоит на обочине. Я иду к ней, и Марк открывает мне дверцу.

— Не захлопнешь у меня перед носом?

Улыбается.

— Ну, не знаю, — дразню я его. — Может, стоит сесть на заднее сиденье и не ехать с тобой рядом?

— Только попробуй, — он хватает меня за руку и усаживает в кресло. Я смеюсь.

— Как прошел день? — Спрашивает Марк, выезжая на дорогу.

Я пожимаю плечами.

— Устала немного.

— Тебе нужны силы для борьбы.

Он, конечно, шутит, но я воспринимаю его слова серьезно. Он видит, как я напрягаюсь.

— Расслабься, малыш.

Он протягивает ко мне руку и гладит по щеке. Такой простой жест, но он успокаивает меня.

— Я готова.

Он кивает. До дома ехать недолго, и скоро мы въезжаем на мою улицу.

— Ты помнишь, о чем я тебя просила? — Спрашиваю я.

Он хмуро кивает и останавливается, не доезжая до моего дома. Знаю, ему не нравится, что я попросила не останавливаться рядом с домом. Но я и правда не хочу ещё больших проблем, чем есть уже.

— Прошу не обижайся.

— Все нормально, — вздыхает он. — Я развернусь и подожду тебя в начале улицы.

Он наклоняется ко мне и целует в щёку.

— Если через полчаса тебя не будет, вызываю полицию.

Шутка?

— Очень смешно!

Я закатываю глаза и выхожу из машины. Иду к дому.

Перед дверью я прикрываю глаза, глубоко вдыхаю. Это надо же так волноваться о разговоре с мамой! Но я в себе уверена. Она не будет больше подавлять мою волю!

Я берусь за ручку двери и открываю её.