Вероника, я люблю тебя!

Глава 37

Я открываю глаза. В окно пробивается утренний свет. Чувствую руки Марка на своей талии и его ногу на моём бедре.

Я улыбаюсь, вспоминая, прошедшую ночь. Теперь я знаю, что значит быть единым целым с любимым человеком! Это лучшее в мире ощущение. И плевать, что было больно. Боль ушла. Теперь я почти не чувствую жжения. По моему телу прокатывается тёплая волна, когда я думаю о признании Марка. Он сказал, что любит меня. Я ведь желала этого всей душой! И теперь я знаю это. Но что, если то был лишь минутный порыв? Может, он сказал, что любит, потому что я хотела это услышать? Отгоняю эти мысли. Марк не стал бы мне врать в такой момент! Ведь не стал бы?

Мне нужно в душ. Я осторожно выскальзываю из кровати. Марк не просыпается. Хорошо. Я тихо подхожу к шкафу, достаю белье. По пути хватаю с пола халат, который Марк снял с меня ночью. Иду в ванну. Делаю прохладную воду. Стою под струями воды, а в памяти всплывают картинки ночи. Касания рук, губ, языка, нежные объятия Марка. Он был внутри меня. Это такое новое ощущение!

После душа надеваю чистое бельё и халат. Когда захожу в спальню, Марк уже не спит. Лежит на кровати, закинув руки за голову. Надел трусы. Улыбаюсь.

— Я думал, ты от меня сбежала, — говорит, оглядывая меня с ног до головы пристальным взглядом.

Как я могла убежать от него? Только не после того, что произошло между нами!

— Нет, просто сходила в душ.

Мой взгляд падает на кровать. Одеяло откинуто, и я вижу на простыне несколько красных капель. Чувствую, как краска заливает мне лицо. Блин, да что такого-то? Это ведь нормально. Я потеряла девственность, а эти следы доказывают, что это был не сон, а правда! Марк следит за моим взглядом.

— Думала, что тебе всё приснилось? — Шутит.

Я закусываю губу. Марк смеётся.

— Малыш, иди сюда, давай, — похлопывает ладонью по кровати, возле бедра. — У нас есть ещё время. Во сколько тебе на учебу?

— Ко второй паре, — коротко говорю я. Что это со мной? Что за страх я ощущаю? Я ведь рада тому, что произошло. И Марк признался мне в любви. Я должна быть счастлива. Почему же мне страшно?

— Ника, о чём ты думаешь?

Марк вдруг становится серьёзным. Я вижу его волнение. Блин, Ника, хватит уже вести себя, как неуверенная дурочка! Я и его озадачиваю своим поведением.

— Ты жалеешь, что мы были вместе?

Чего? Нет, конечно!

— Я люблю тебя, Марк.

Эти слова вырываются сами собой. Он протягивает ко мне руки, и я подхожу к нему. Марк садит меня сверху на себя и сцепляет наши пальцы вместе.

— Ответь мне, — голос нежный, но твёрдый.

— Я не жалею, ни капли. Я просто…

Марк обнимает меня за талию и переворачивает нас на кровати. Он снова сверху и я замираю.

— Ника, — зовёт он и откидывает прядь волос с моего лица.

— Ты сказал, что любишь меня.

Он кивает.

— Это правда или просто ты так сказал, потому что я хотела это услышать?

Будь что будет. Вот почему мне страшно. Боюсь, что он солгал. Он целует моё плечо и шею. Потом смотрит прямо в глаза.

— Я люблю тебя, малыш. Я не вру. Это правда.

Блин, чувствую себя полной дурой. Может, хватит сомневаться?

Он буравит меня взглядом.

— Ответь, ты веришь мне?

Знаю, что для него это важно. И для меня тоже. Верю, конечно, верю.

— Да, я тебе верю.

Он улыбается мне, и я не могу сдержаться. Тянусь к нему и целую его мягкие полные губы. Как же это приятно! Но Марк останавливается. Он гладит мою щёку.

— Как ты себя чувствуешь?

Лучше всех! Настроение улучшилось мгновенно. Как только Марк коснулся своими губами моих.

— Восхитительно, — выдыхаю я.

Ох, жёлтые искорки!

— Как будто тебя трахали ночью?

Я начинаю хохотать, но не закрываю уши! Марк смеётся вместе со мной. Он перекатывается с меня, и ложится рядом, подтягивая к себе.

— Ты невыносим, ты знаешь?

Он пожимает плечами.

— Ну, у меня раньше почти не было девственниц, поэтому я не знаю, как вы чувствуете себя после первого раза.

Чего? Как это почти?

Я поворачиваюсь к нему и упираюсь подбородком в его грудь. Смотрю на него.

— Как это?

— Что именно?

— Как это, почти не было?

Хочу узнать, что значат его слова.

— Блин, какая ты любопытная всё-таки!

Он поднимает брови вверх.

— Расскажи, — с нажимом говорю я, но улыбаюсь.

Он вздыхает.

— Ладно. Была одна девушка, которая хотела потерять свою невинность со мной.

Я вся во внимании! Говори!

— Ух, какое у тебя лицо, — хохочет Марк. — Ты просто маньячка, Ника!

— Давай, дальше!

— Хорошо. Она не хотела встречаться со мной, просто хотела, чтобы я с ней переспал. Не знаю, почему именно я, но она была смелой. Подошла как-то ко мне и прямо так и сказала! Мы были знакомы, учились вместе. Я тогда сомневался, стоит ли. Но она меня уверила, что это будет только один раз, и больше я ей буду не нужен.

— Ничего себе! — Восклицаю я.

Он кивает.

— Это правда. Не выдумываю. Мы пошли к ней домой, в её спальню.

Ой! Что это там у меня в груди кольнуло? Нет, нет, не ревную. Это же просто история из его жизни. История, что была когда-то!

— Я уже раздел её и сам был готов. Она лежала подо мной, и я уже почти, ну, ты понимаешь.

Киваю. Спокойно Ника, ты сама попросила его рассказать.

— И в этот момент в комнату заходит её мамаша! Представь себе картину.

Я представляю. Вот блин. И почему я вижу мою мать на месте той женщины, а себя в роли неизвестной девушки? Нет. У нас всё по-другому, Марк любит меня, а я его.

— Она выскакивает из-под меня. Мать начинает орать на неё. Я встаю и одеваюсь. Ушёл я тогда под визг её мамани, которая орала, чтоб я не приближался к её дочери! А бедняжка густо краснела и не могла выговорить ни слова.

Марк смеётся.

— Что смешного?

Он пожимает плечами.

— Ты же не будешь винить меня? Она была совершеннолетняя. Сама принимала решения. Она чуть старше тебя.

Старше?

— Всё равно, ей было очень неловко, я представляю. Мне бы было!

Марк проводит пальцем по моей нижней губе.

— Не сравнивай её с собой, маленькая моя. Ты ни на кого не похожа. Ты единственная.

Ох, как приятно это звучит. Но всё же.

— Сколько тебе было лет тогда?

— Девятнадцать.

Вот блин!

— Ого!

Я в то время была ещё подростком, который сидит дома за учебниками и взахлёб читает «Мастер и Маргарита» первый раз в своей жизни!

— И что случилось потом? Вы, мм… пробовали ещё?

Он смеётся надо мной.

— Малыш, ты что, ревнуешь меня?

Ревную? Ну, что-то же кольнуло в груди!

— Нет, просто интересно.

— Просто интересно, — передразнивает он меня. — Врунишка. Но нет, попыток больше не было. Она вскоре стала встречаться с парнем со своего двора и, я думаю, он удовлетворил все её потребности и желания.

Ответ меня вполне устраивает. Я потягиваюсь, а он гладит рукой мой живот.

— Скажи, честно, очень больно было? — Вдруг спрашивает Марк.

— Ты уже спрашивал.

Я лежу у него на руке и поглаживаю пальцами его грудь. Провожу по маленьким шрамам. Хочу знать, откуда они. Как и шрам на его горле.

— Всё равно, скажи ещё раз! — Упрямо бормочет он. — Ты так вскрикнула, что я хотел остановиться.

Как он переживает! И мне это приятно.

— Сначала да, была резкая боль, но потом она прошла, правда.

Он кивает. Ну, ладно. Надеюсь, больше он меня об этом спрашивать не будет.

Я наклоняюсь к нему и целую его грудь, потом сосок. Он вздрагивает.

— Что такое, малыш? Ты чего-то хочешь?

Я мгновенно вспыхиваю. Закусываю губу. Я и правда, кое-чего хочу. Опускаю руку ниже к его трусам и смотрю на него.

Его губы расплываются в улыбке.

— Скажи, чего ты хочешь, — голос его становится низким и хриплым. Я хлопаю ресницами и облизываю губы.

— Блин, Ника, ты делаешь из меня маньяка! Ты хоть представляешь, что я себе тут уже воображаю? Особенно, когда ты смотришь на меня так невинно!

Он хватает меня, тянет на себя, и я опять оказываюсь на нём сверху. Сажусь, сжимаю его бедра коленями. Уже чувствую, как он возбуждён. Наклоняюсь к нему. Он кладёт ладонь мне на затылок и приближает меня к себе ещё ближе. Я раскрываю губы, чувствую, как его язык проникает мне в рот. Наши языки встречаются, тела прижимаются друг к другу. Я не могу сдержать стон, когда его рука обхватывает мою грудь, гладит, сжимает, ласкает.

— Так чего ты хочешь, маленькая моя? — Хрипит Марк мне на ухо. — Скажи.

— Хочу обхватить тебя губами, — и добавляю, смотря ниже его живота. — Там.

Он шумно вздыхает.

— Звучит очень заманчиво, но для начала мне нужно в ванну.

Киваю.

— Конечно.

Марк встает, целует меня.

— Я скоро, — подмигивает он мне, я, как всегда, смущаюсь. Перестану ли я когда-нибудь смущаться его? Даже не знаю.

Я сажусь на кровати, скрестив ноги. В голову приходит мысль. Что будет дальше? Как наши отношения сложатся впоследствии? Мы только в начале пути, но ведь у нас есть будущее? Знаю, люди годами просто встречаются, перед тем как пожениться и создать семью. Мы с Марком знакомы всего месяц, а то и меньше, но уже живём вместе. Конечно, так сложились обстоятельства, но ведь он мог и дальше жить у отца, бывая в городе. Он этого не сделал, а стал жить со мной. Но ведь работа у него в другом городе, в его родном городе, а мне учиться здесь. Марк часто бывает в разъездах, значит, много времени мы можем не видеться. Это было бы тяжело. Сейчас он рядом, но что, если скоро объявит, что ему опять нужно уехать? И не на несколько дней, а положим на несколько недель? Выдержит ли наша любовь разлуку? Я-то знаю, что с моей стороны ничего не изменится, я всегда буду любить его. А он? Мне это неведомо. Я вздыхаю. Как много всего изменилось в последнее время! Я теперь живу самостоятельно, ещё и с парнем! Я стала взрослее. Это точно. Я сама принимаю решения, сама справляюсь с их последствиями. «Отведай взрослой жизни».

— Ника.

Я отвлекаюсь от своих мыслей и гляжу на Марка. Он стоит в проёме двери, внимательно смотрит на меня. Он такой привлекательный, что моё сердце начинает биться быстрее.

— Ты так задумалась!

Киваю.

— Иди ко мне, — подзываю его. — Давай.

Он широко улыбается.

— Тебе нравится говорить моими же словами?

— Очень.

Он подходит, и я кладу руки ему на бедра. Хочет сесть, но я качаю головой.

— Что? Хочешь, чтобы я стоял?

Киваю. Облизываю губы.

— Блин, не делай так или я закину тебя на кровать!

Улыбаюсь. Я берусь за края его трусов и стягиваю их вниз. Он наблюдает за мной. Я сползаю с кровати, становлюсь на колени и обхватываю его губами. Марк судорожно вздыхает. Мне это нравится. Нравится, как он реагирует на мои прикосновения. Я ласкаю его. Марк кладёт руки мне на затылок, сам поддаётся вперёд ко мне, двигает бедрами в такт со мной. Не останавливаясь, поднимаю на него взгляд. Его глаза закрыты, лицо напряжено.

— Ника, — говорит он. — Ох, блин, ты просто восхитительна!

Я продолжаю свою пытку, мысленно улыбаясь. В какой-то момент Марк убирает руки с моей головы и хватает меня за плечи.

— Иди сюда, — говорит он и увлекает меня на кровать, не давая закончить. Я оказываюсь под ним. Он покрывает поцелуями мою шею, горло, плечи, ласкает языком и губами грудь, отчего я вскрикиваю. Он движется ниже к моему животу, целует пупок. Затем стаскивает мои трусики, раздвигает мне ноги. Я смотрю на него. Знаю, что ему нравится, когда я наблюдаю, как он делает мне приятно. Он обхватывает руками мои бедра, и я чувствую его язык у себя между ног. Я уношусь на вершину блаженства, благодаря его прикосновениям и кричу его имя. Потом тело моё расслабляется. Дыхание приходит в норму, я опускаю взгляд.

— Ты, правда, вкусная, — мурлычет Марк, проводя губами по внутренней стороне бедра. Целует мой шрам на правом бедре.

— Я могу спросить тебя? — Тихо говорит он вдруг.

Я чувствую, как он трогает шрам пальцем. Но я не чувствую боли.

— Спрашивай, — просто отвечаю я.

— Откуда этот шрам? Давно заметил его, но не решался спросить.

Поднимаю брови.

— Почему же?

Марк пожимает плечами. Целует мой маленький шрам. Потом придвигается ко мне, кладёт голову мне на грудь.

— Шрамы — это всегда история боли. Я думал, может, ты не захочешь вспоминать свою.

Интересно, он говорит сейчас о моей боли или о своей собственной? Ведь у него тоже есть шрамы. И за ними так же скрыта история.

— Нет, я могу рассказать. На самом деле история банальна. Меня укусил пёс, когда я возвращалась из школы.

— Пёс?

— Ага.

— И что было?

— В больнице ставили уколы, я обрабатывала рану. Ух, ты бы видел, какой фиолетовый синяк был вокруг! Он болел больше, чем сама рана.

Марк смотрит серьёзно. Он берёт мою руку, которая гладит его плечо, целует пальцы. Я улыбаюсь.

— А потом?

Блин, почему ему так интересно? Ну, укусила собака и что тут такого необычного?

— Когда рана затянулась, шрам стал сильно чесаться, просто зудел временами! И хочется почесать, а больно. Вот меня это бесило! — Возмущаюсь я.

— А сейчас?

— Ты любопытный!

— Как и ты, — отзывается Марк, посасывая мой палец.

— Сейчас не чешется, но временами побаливает.

— Жаль, что это произошло с тобой, — говорит Марк.

Киваю. Смотрю на настенные часы. Пора собираться на учёбу. Но решаюсь и у него спросить.

— А твои шрамы? Ты расскажешь мне о них? — Спрашиваю осторожно. Марк поджимает губы.

— Когда-нибудь я расскажу тебе, но не сейчас, Ника.

Что ж, попытка не пытка.

— Надо выбираться из постели, — говорю Марку, он кидает взгляд на часы.

— Ещё пять минут, — возражает он.

Качаю головой.

— Нет, Марк, мне нужно собираться, — пытаюсь встать, но он не даёт, касается моей шеи, нежно целует, отчего тело воспламеняется. Блин, моё тело мгновенно реагирует на его прикосновения! Но мне, правда, надо вставать.

— Я не люблю опаздывать, ты знаешь это, — хнычу я, запрокинув голову и наслаждаясь его поцелуями.

Он тихо смеётся.

— Ты не опоздаешь, обещаю.

Я верю ему, и полностью растворяюсь в его ласках.