Внезапно женат, или Хозяйка маленькой гостиницы

Глава 12. Дегустация и лисья пропажа

Дерек Расмус

— Я не умру? — в сомнении смотрю на лежащее передо мной блюдо.

Нет, выглядит аппетитно: золотистые рулетики с ароматной овощной подливкой так и требуют накинуться на них прямо сейчас. Без промедлений и опаски.

Но я всё-таки осторожничаю. Хотя бы потому, что вижу взгляды, которыми Талири обменивается с поварятами и помощницей. Да и еще и Ноки как-то подозрительно принюхивается к завтраку, не спеша стащить тарелку на пол.

— Ешь, — проговаривает женушка, но ее голос не излучает уверенности.

— В смысле — мне тебя не жалко? Или я бы и сама это слопала? — уточняю я, но за вилку все же берусь.

— Да боги! — Талири закатывает глаза, а у самой пальцы-то подрагивают.

Нет, они меня что, отравить тут собрались?

— Ноки? — опускаю взгляд на фракиса и жду его вердикт.

Предатель выползает из-под стола и внимательно осматривает угощение. Аккуратно кладет голову ну край стола и, не спуская с меня невинных глазах, высовывает язык и слизывает подливку с тарелки.

— Хы! — довольно щурится фракис, давая добро на дегустацию.

— Фу, какая антисанитария! — раздается за моей спиной.

И я, и Талири резко оборачиваемся ко входу на кухню и обнаруживаем там Бартока с леди Пуфикс на руках.

— Не удивительно, что в гостинице невесть что творится, — продолжает поскуливать Эдна. Смотрит на меня с жалостью: — Милый, не ел бы ты тут? Свадьба же скоро, боюсь такими темпами мы с тобой до нее не доживем.

У меня совершенно нет настроения любезничать с бульдожкой. Особенно сейчас, когда она оскорбляет и гостиницу, и мою Талири.

— Вы ничего не видели, — произношу тихо, но вкладываю в эти слова достаточную порцию силы.

— Я ничего не видела, — тут же повторяет за мной Эдна.

— Барток, если вам не составит труда, можете присмотреть за леди Пуфикс? — просит Талири с заботой, которую бульдожка совершенно точно не заслужила.

— Конечно, хозяйка, — старик учтиво кланяется и выносит пребывающую в трансе Эдну из кухни.

И теперь, когда эти двое не мешают обзору, я понимаю, что у нас есть зрители. Мои парни голодными глазами поедают несчастные рулетики, ровными рядами лежащие на больших противнях.

— Лорд Расмус, а завтрак скоро? — спрашивает кто-то с задних рядов.

— Талири, подайте уже, а? — поднимаю глаза на жену. — Я уверен, это вкусно. А парней уже давно пора покормить.

Поварята, почему-то не дожидаясь команды от хозяйки, принимаются греметь тарелками, выставляя их для раздачи.

— Стойте! — восклицает Талири с легкими паническими нотками в голосе. — Сначала попробуй, — она смотрит на меня почти умоляюще. — Пожалуйста.

— Э-э-э, — тяну я, проникаясь эмоциями моей малышки.

Она словно и хочет, чтобы я попробовал, и боится этого. И если бы не «добро» от фракиса, я бы уже давно отказался от завтрака.

— Ну раз пожалуйста, тогда, конечно.

Заношу вилку над рулетиком и происходит нечто странное. Всего на долю секунды, но я чувствую поток магии от Талири. Прохладный, как море на мелководье. И такой же ласковый.

— М-м-м, Всеединый, это богично! — выдаю я, когда первый кусочек биточка, а это оказывается именно он, оказывается у меня во рту.

Воздушное пюре, хрустящая корочка и нежность грибного рагу — да это пальцы откусить, как вкусно!

— Что правда? — в неверии спрашивает Талири, испуганно переглядываясь с Я-ей.

— Да это огонь огонистый! — заявляю я и, повернувшись к парням, смело командую. — Налетай!

Кухня мигом заполняется шумом и гамом. Мои ребята толкаются в попытке первыми прорваться на раздачу. Очевидно, у них уже просто нет сил смиренно ждать свои порции в столовой.

— А ну построились в ряд! — рявкает Я-я и первой встает в очередь. — Я Эдвину отнесу.

— Только набирай сразу кастрюлю, — усмехнувшись советую я, незаметно для себя умяв всю порцию. — А еще можно? — смотрю на Талири, которая все это время не сводит с меня тревожного взгляда. — Вне очереди? Как мужу?

— Можно, конечно, — кивает она и внезапно спрашивает: — А ты нормально себя чувствуешь?

— Отдохнувшим, полным сил и готовым к трудовым подвигам, — рапортую в ответ и тут же натыкаюсь на насмешливый взгляд Ноки. — Так, а ты чего тут веселишься?

— Хы, — ехидно выдыхает он. И добавляет: — Хы-хы-хы-ы-ы.

И вот что-то не то в этом его загадочном «ы-ы-ы». Я бы даже сказал — подозрительное. Нахмурившись, обвожу кухню пытливым взглядом. Все в порядке: парни, разобрав еду, стройной колонной направляются в столовую. Подначивают друг друга, смеются, но ничего странного я не замечаю. Ну разве что излишняя веселость присутствует. Но это можно оправдать радостью от наконец-то добытого завтрака.

— Талири, а что не так? — всё-таки спрашиваю я, потому что уже и сам начинаю ощущать необыкновенную легкость.

Точнее даже невыносимую легкость бытия. Все вокруг становится уж слишком ярким и беззаботным. Но в то же время в душе растет чувство эйфории.

— А что такое? — тут же пугается жёнушка, вызывая у меня желание успокоить малышку.

— Да всё отлично!

Прекрасное настроение окончательно завладевает мной, а косые взгляды Я-и не задевают меня. Даже когда помощница отставляет в сторону кастрюльку с добытыми в честном бою биточками, я не спешу тревожиться.

В конце концов…

— Какой прекрасный день! — воодушевленно выдыхаю я, поднимаясь и потягиваясь. — Чем займемся?

— В кровать! — бледнея, заявляет Талири. Она оглядывается на Я-ю и та быстро-быстро кивает, при этом не сводя с меня глаз. — Бери поварят и срочно забирайте еду у остальных. Приготовьте что-нибудь новое!

А меня настолько оглушает перспектива провести весь день в постели с Талири, что я не обращаю внимания на слова жёнушки. Забрать еду у моих ребят? Ну-ну, попробуйте. Хотя плевать, пускай делают что хотят, главное оставьте меня наедине с Талири.

— Я так рад, что ты наконец-то перестала сопротивляться своим чувствам, ведьмочка моя, — сам не замечаю, как начинаю урчать.

— Да Боги, Дерек, — закатывает глаза Талири. Она порывисто подходит ко мне и дергает за руку. — Я испортила завтрак. Не знаю как, просто очень хотела, чтобы все получилось и все было хорошо…

— Так все же замечательно, — не сдаюсь я и тяну Талири на себя. — Биточки были великолепны, ты сама великолепна, мир вокруг тоже великолепен!

— В том-то и проблема! — восклицает она. — Ты светишься!

— От счастья, что у меня такая талантливая и красивая жена? — чувствую, что у меня губы сами собой растягиваются в пьяной улыбке.

— Нет!

Талири пытается вырваться, но делает только хуже. Она оскальзывается, чем я немедленно пользуюсь, подхватывая и усаживая к себе на колени.

— Тш-ш-ш, — стискиваю малышку в объятия. — Не борись ты уже с собой, Талири. Все у нас с тобой хорошо.

От того, как рвано она вздыхает, как нервно бьется жилка на ее тонкой шее и как Талири дрожит в моих руках, чувствую тяжесть в паху. Если мы сейчас же не выполним приказ жены и не окажемся в постели, местная кухня рискует стать свидетелем консумации брака.

— Дерек!

Вместо того, чтобы прижаться и наконец-то вознаградить меня поцелуем, Талири разворачивается (чем только распаляет мое желание) и обхватывает мое лицо своими дрожащими ладошками.

— Дерек, драконище мой…

— О-о-о, прогресс, уже твой, — пьяно бубню я, вырываясь из хватки и как кот, ластясь о женушку.

— Дерек, да угомонись ты! — злится женушка. — Я тебя околдовала!

— Давно уже! — соглашаюсь я, делая аккуратные попытки развязать тесемки на рубашке Талири.

— Да я случайно! — ведьмочка выдергивает из моего рта кончики веревочек и свирепо смотрит на меня. — Просто хотела вкусно накормить тебя. Ну и ребят.

— Накормила, — послушно киваю я. И резко тычусь носом в сгиб ее шеи: — Теперь нужно утолить немного другой голод.

С удовлетворением отмечаю, как резко окрашивается смущением ее тонкая кожа. Щеки алеют, дыхание становится прерывистым, а в глазах возмущение смешивается с желанием разрешить себе все.

— Ну же, Талири, малышка моя волшебная. Мы же уже все равно муж и…

Договорить не успеваю, потому что стул подо мной резко пропадает. Я успеваю только сгруппироваться и обеспечить Талири мягкую посадку. Да, на меня, но всё же.

Кухню наполняет грохот разлетающейся по сторонам мебели и посуды. А еще довольное «Хы-ы-ы» улепетывающего Ноки.

— А ну вернись, диверсант рогатый! — кричу вслед фракису, да только тот и не думает останавливаться.

С заносом заходя в поворот коридора, Ноки уносится дальше. Понимает, паразит, что поймай я его сейчас — рога выкручу. Такой момент испортил. Хотя… Перевожу взгляд на Талири, сидящую верхом на мне и понимаю — не всё так плохо. Наоборот, очень даже удачно получается!

Сжимаю бедра ведьмочки и тянусь к сводящим меня с ума губам.

— Даже не думай! — тут же выпаливает женушка, активно ворочаясь и умудряясь свалиться с меня.

— Ну уж нет, думать мне не запрещай! — ворчу я, ловя ее за лодыжку. — Думать, а затем воплощать в реальность.

— Дерек! Я тебя последний раз прошу — угомонись, — обернувшись, Талири лягается, стараясь вырываться из моей хватки.

— Вот, отлично. Последний раз озвучен, а теперь пошли укладывать меня в кровать, — послушно киваю я, подтягивая ведьмочку к себе.

Да только та и не думает сдаваться. Вижу по глазам, опять что-то придумала, но не успеваю предотвратить очередной ее побег. Талири резко вскакивает и бросается к шкафу, занимающему всю дальнюю стенку кухни. Дракон тут же делает стойку, впадая в охотничий азарт. И я не без удовольствия поддаюсь его воле. Женушка сама виновата, сколько можно держать меня на голодном пайке?

— Ты же понимаешь, что бегство бесполезно. Ты меня только раззадориваешь, — подкрадываюсь к Талири, пока она, неосмотрительно выпятив попу, роется на нижних полках шкафа.

— Да где он?! — рычит ведьмочка, расшвыривая мешочки и баночки в разные стороны.

Часть даже до меня долетает.

— Кто? — уточняю я, чувствуя, что градус веселья и беззаботности снова зашкаливает. — Милая, если ты беспокоишься о моей драконьей силе, то поверь — я тебя удивлю. Мне не нужен никакой стимулятор.

— Опохмелятор! — резко выкрикивает Талири, разворачиваясь и заставляя меня машинально отпрыгнуть в сторону.

Да только поздно. В нос забивается желтоватое облако то ли дыма, то ли пара. Едкая дрянь прочищает до самых легких, обжигая и вынуждая зайтись в кашле.

— Проклятье, что это?! Яд? — вытаращив глаза на женушку, я хватаюсь за горло. — Ты меня что, убить решила?!

Оседаю на пол, чувствуя, как холодеют руки и ноги. Сердце в панике качает кровь, да только без толку: поле зрения сужается, кажется, я вот-вот потеряю сознание.

— Какая нелепая смерть, — выдаю я первое пришедшее в голову.

— Дурень, — выдыхает Талири, закатывая глаза. — Это обычное средство для снятия опьянения.

Как только ее слова доходят до меня, я с удивлением понимаю, что действительно не всё так страшно. И руки у меня не холодные, и ноги не дрожат.

— К-хм, — прочищаю горло и с подозрением осматриваю себя.

От былого веселья и благодушия не осталось и следа. Мир перестал сиять и бликовать, а грохот и возгласы, доносящиеся из холла, больше не кажутся странной музыкой. Единственное, что осталось неизменным — красота Талири и ее притягательность. Но сейчас я могу контролировать свои порывы, а не идти у них на поводу.

— Лучше? — скептически выгнув бровь, уточняет ведьмочка.

— Лучше, — киваю я и поднимаюсь. — Что это было?

— Как я и пыталась тебе объяснить — я случайно применила дар к еде. И-и-и… — Талири виновато отводит взгляд.

— И-и-и околдовала отряд драконов вместе с их командиром, верно? — подсказываю ей.

— Давай использовать формулировку «опоила»? — заискивающе улыбаясь, предлагает ведьмочка.

— Для тебя, любимая моя коза, всё что угодно. Хоть весь словарь переформулируем, — вздыхаю я, проводя рукой по волосам. — С остальными то что? Каков масштаб бедствия?

Судя по грохоту и шуму, долетающему до нас из холла — масштаб вполне себе масштабный.

— Ну вообще там Я-я и ребята должны были отобрать завтрак у твоих парней, — растерянно произносит Талири.

— Слушай, ну ты вот вроде взрослая женщина, хозяйка целой гостиницы, а не понимаешь, что нельзя вставать между драконом и его едой. Да мои ребята твоих помощников скорее всего уже где-то в качестве мебели в уголок приткнули и смолотили все, что вы тут наготовили.

— И чего делать?

— Этот твой опохмелятор еще есть? — ни на что особо не надеясь, уточняю я.

— На тебя последнее израсходовала, — повесив голову, отвечает Талири.

— Сварить новый?

— Месяц настаиваться будет.

— Использовать твой дар?

— Да я в душе не чаю, как это сделала! — краснея, произносит ведьмочка. — Просто очень хотела, чтобы тебе понравилась еда.

В душе разливается тепло от осознания того, что малышка хотела мне угодить. Колется, жжется, а все равно тянет ее ко мне.

— Ладно, беда моя, пойдем. — Подхожу ближе и, приобняв за плечо, веду Талири на выход. — Будем устранять последствия твоих кулинарных экспериментов.

Чувствую, как расстраивается ведьмочка. От нее прям тянет тоской с легким привкусом обиды.

— Я больше никогда к плите не подойду, — отстраненно бубнит Талири.

— Э-э, нет! — тут же возражаю я. — Мне все понравилось. Только давай договоримся — готовить ты теперь будешь только для меня. Хорошо? Считай, что я ревную и ни с кем не хочу делить твои шедевры.

Ответом мне становится скептический взгляд исподлобья.

— Не веришь? А зря, — подмигиваю я. Отвожу взгляд и тут же, краем глаза, отмечаю чей-то рыжий хвост, мелькнувший в проеме склада. — О-па!

— Что? Что там? — Талири тут же начинает обеспокоенно крутиться, пытаясь вычислить причину моего возгласа.

— Слушай, а мы всех пострадавших вычислили? — нахмурившись, уточняю я. — Что-то из тех, кого мы вчера обнаружили, не было никого с рыжими хвостами.

— Айка! — подпрыгивает на месте ведьмочка.

В синих глазах зажигается огонь, который явственно дает понять: девчушку ждет карательная лекция. Учитывая ситуацию, тараканов и Эдвина в подвале — нам только обиженного подростка не хватает.

— Так, стоп! — хватаю подобравшую юбку Талири за плечо и разворачиваю в сторону холла. — Иди, примени свой командный талант к моим парням. Отбери у них еду и, если нужно будет, приложи магией.

Ведьмочка с секунду недоумевающе смотрит на меня. А я продолжаю подталкивать ее к выходу из коридора. Знаю, мои ребята ей вреда не причинят. А если кто и попробует, то Ноки тут же преподаст смельчаку урок. Фракис у меня может и выглядит милым, но в битве — страшная зверюга. Сколько задниц пришлось штопать после тренировочных боев — не счесть.

— А ты куда? — сдаваясь, спрашивает Талири.

— Поговорю с этой твоей Айкой. Как двуликий с двуликим.

— Ты дракон, — устало возражает ведьмочка.

— Дракон, оборотень, какая разница, когда всю жизнь делишь разум со звериной сущностью? — улыбаюсь я, зная, что крыть Талири нечем.

Она и молчит. Лишь смеряет меня недоверчивым взглядом, но очередной взрыв хохота из столовой заставляет ведьмочку поспешить. Едва хвост ее юбки скрывается за поворотом, я в несколько шагов преодолеваю расстояние до склада. В просторном помещении темно, прохладно и достаточно пусто. Оно и понятно, тараканы, которых я замечаю в дальнем углу, уже знатно опустошили запасы «Леди».

— Айка? — тихо зову я, зажигая в воздухе магический огонек.

И почти сразу замечаю причину наших приключений. Девчушка скалится на насекомых, но при этом сидит на больших ящиках и не двигается с места. Приглядевшись к сундукам, понимаю, что охраняет Айка что-то мясное — судя по бумажным биркам.

— Эй, иди сюда, — предлагаю я, присаживаясь на корточки. — Я не обижу.

— Ага, — фыркает девчушка, но спустя мгновение спрыгивает и, рыкнув напоследок в сторону тараканов, осторожно шагает ко мне. — Ругать будешь?

— Даже в мыслях не было, — искренне произношу я.

Внимательно приглядываюсь к выходящей на свет Айке. Она не прошла полное обращение, какое случилось с жертвами ее шалости. Айка по-прежнему человек и единственное, что выдает ее звериное происхождение — ушки и хвост лисицы.

— А зачем тогда пришел? — мелочь останавливается в шаге от меня и, склонив голову набок, с интересом наблюдает за мной.

— Поболтать, — хмыкаю я.

Осторожно отпускаю силу, прощупывая эмоциональный фон Айки. Девчушка напряжена, но не агрессивна. Значит можно убедить ее больше не хулиганить.

— Болтай, — великодушно разрешает малышка.

Я даже закашливаюсь от такого заявления.

— Ну раз дозволяешь, тогда давай обсудим, как гостиница докатилась до жизни такой? — киваю в сторону тараканов.

— А-а-а, это, — разочарованно выдыхает Айка. — Значит всё-таки ругать будешь?

— Ой нет, — взмахиваю руками. — Если нужна порция нравоучений — дождись Талири. Мне действительно интересно, зачем ты купалась в этом зелье.

Ответ мне известен, но нужно же как-то девчушку подтолкнуть в верном направлении. Однако Айка не торопится откровенничать. Стоит, покусывает маленькими клыками губу и стреляет в меня недоверчивым взглядом.

— Я оборотень, — признается она.

— Я — дракон, — уважительно качнув головой, протягиваю ей ладонь.

— А я знаю, — улыбается во все зубы Айка и порывисто жмет руку. — Хозяйка с Я-ей вас обсуждали, а я подслушала.

— Да? — и тут я не на шутку заинтересовываюсь. Даже воспитательный разговор откладываю на потом. — И что же наши красавицы обо мне говорили?

— Ну-у-у, — лисичка отводит взгляд к потолку и задумчиво постукивает указательным пальцем по губам. — Они как раз выбирали, какого дракона разрисовывать. Честно, я не поняла зачем. Это какой-то брачный ритуал, да?

— Ага, — соглашаюсь я, решая не вдаваться в подробности.

Приходится гасить негодующего зверя, который очень недоволен тем фактом, что Талири еще что-то там выбирала. Какой к Всеединому выбор, когда есть я?!

— Что дальше-то?

— Ну Я-я вроде сомневалась, что вы потянете, — Айка задумывается. — Брачные игры? Да, вроде так она сказала. И предложила хозяйке вашего друга. Ну того, светленького громилу. Он мне еще ногу отдавил, когда в гостиницу зашел.

— Я обязательно попрошу его извиниться, — машинально заверяю я, кипя при этом от возмущения.

— А хозяйка сказала, что ее брачные игры не интересуют и раз вы их не потянете, то рисовать будут на вас, — будто и не слыша меня, продолжает Айка. — Она меня тогда еще за краской к себе в лабораторию послала, ну я и прихватила там это дурацкое зелье.

Она разводит руками, и на чуточку лисьей мордочке появляется обиженное выражение.

— То есть так и сказала — раз в брачных играх не силен, значит беру? — уточняю я, разве что не рыча.

— Ага, — беззаботно кивает Айка. — Но Я-я все равно пыталась хозяйку отговорить. Сказала, что по хозяйству толку не будет. Только она как-то странно выразилась: «Хозяйство не велико». Я не поняла, о чем она? У вас что, земли мало? Вы же вроде как целый генерал. Или у вас военным не положено иметь землю? А как вы тогда гнездитесь? В скалах что ли?

Чувствую, как от негодования срывает крышечку. Нормально эти две аферистки по мне прокатились. Хозяйство, значит, мало. Ну-ну.

Поднимаюсь с корточек и шумно выдыхаю. Причем делаю это так, что тараканы в панике забираются друг на друга, а Айка делает шаг назад.

— Вы чего, ваше драконшество? — настороженно спрашивает девчушка.

— В общем так, лиса, — потерев лицо, произношу я. — Давай с тобой договоримся. Ты больше не хулиганишь, а я обещаю забрать тебя на экскурсию в Конклав Двуликих. Хочешь?

— И мне расскажут, почему я не могу обратиться?! — в хитрющих глазах вспыхивает восторг. — Я наконец-то стану полноценной?

— Кто тебе сказал, что ты неполноценная? — опешив, спрашиваю я.

Айка смущается, прячет взгляд, а затем выдавливает:

— Я почему-то не слышу зверя. Элмо и Зак сказали это потому, что я недооборотень. Хотя они сами полукровки-альвы, но в двуликих вроде разбираются. Вот и говорят, что мне никогда не стать лисой, как мама. Но я ведь чувствую, что она во мне есть, — Айка смотрит на меня с безумной верой, даже руку к груди прижимает. — Может она спит? Может в Конклаве мне помогут ее пробудить?

Выдыхаю, понимая, что все последние неприятности в гостинице произошли лишь потому, что кое-кто не умеет разговаривать с подростками. Куда только смотрели родители малышки?

— Так, — кладу ладонь на плечо девчушки. — Для начала ты выбрасываешь эти дурацкие мысли о своей неполноценности. Ты самый настоящий оборотень. Усы, лапы, хвост — всё в наличии. А то, что ты полуформу освоила — это даже хорошо. Оборотни годами тренируются, чтобы поймать этот момент и застыть в нем. Так что ты у нас уникум, поняла?

— Поняла… — шепотом повторяет за мной Айка.

А в глазах у лисички при этом такое восхищение, будто я ей тайну мироздания открыл.

— Дальше, — прокашлявшись, продолжаю я. — Покажешь мне этих твоих Элмо и Зака.

— Зачем? — тут же настораживается девчушка.

— Поговорю с ними по-мужски, — подмигиваю ей.

Ну не рассказывать же Айке, что всыплю им по первое число, чтобы больше не отыгрывались на чужой самооценке. Сами парни, видимо, талантами не блещут, вот и подружке решили все мечты загубить.

— А сейчас пойдем к Талири, будем последствия твоих научных изысканий исправлять, — подталкиваю девочку к выходу, не забывая при этом смерить зашуганных тараканов строгим взглядом.

— Думаете можно выходить? — покаянно спрашивает Айка.

— Нужно, — уверенно отвечаю я. — Поверь, вашей хозяйке не до нравоучений будет.

Мы хозяйство измерять будем.