Запретная ведьма для тёмного мага

Глава 14

Цена света

Они ударили на рассвете. Не по нам, не по Кругу. По тем, кто не мог защититься.

Я почувствовала это внезапно — будто Исток ожил внутри меня, вырываясь из груди. Перед глазами вспыхнули образы: огонь, крик, страх.

— Нет… — выдохнула я.

Дарен вскочил первым.

— Что ты видишь?

— Деревня у реки, — сказала я, хватая плащ.

Его лицо потемнело. Когда мы прибыли туда, было слишком поздно.

Дым стоял плотной стеной. Дома уже были чёрные и обугленные. Люди метались, кто-то кричал, кто-то молча сидел на земле, прижимая к себе тела.

Инквизиция не оставила знаков.

Им это было не нужно.

— Они сделали это из-за нас… — прошептала одна из ведьм.

Я почувствовала, как слова вонзаются под рёбра.

Я шла сквозь пепел, не чувствуя ног. Ребёнок, женщина, старик. Живые — и мёртвые. Исток внутри меня метался, требуя выхода.

— Алира… — Дарен схватил меня за руку. — Посмотри на меня.

Я не могла.

— Я привела их сюда, — сказала я. — Если бы не я…

— Если бы не ты, — перебил он жёстко, — они бы сгорели так же. Просто в другой день.

Я вырвала руку.

— Ты не понимаешь!

Я остановилась у тела девушки. Совсем юной. Она смотрела в небо широко открытыми глазами.

Я опустилась на колени.

— Это моя вина… — прошептала я.

Магия вырвалась сама. Земля задрожала. Воздух стал горячим, плотным. Ведьмы отступили.

— Алира! — крикнула сереброволосая. — Остановись!

Но я уже не слышала.

Ты хотела выйти в свет, — прозвучал знакомый голос внутри.

Теперь смотри.

— Замолчи! — закричала я.

Дарен оказался рядом, обнял меня сзади, удерживая.

— Посмотри, — сказал он тихо. — Они ещё живы.

Я замерла.

Я увидела: ведьмы лечили раненых, вытаскивали людей из-под завалов. Жизнь ещё была здесь.

— Ты не спасёшь всех, — сказал Дарен. — Но ты можешь спасти этих.

Я закрыла глаза. Магия изменилась. Ярость сменилась теплом. Я протянула руки, и свет стал мягким, успокаивающим. Кровь останавливалась, дыхание выравнивалось. Люди смотрели на меня со страхом и надеждой.

Когда всё закончилось, я была пуста.

Я сидела у реки, глядя, как вода уносит пепел. Дарен сел рядом.

— Он хотел этого, — сказала я. — Хотел, чтобы я сорвалась.

— Да, — ответил он. — Он проверяет, сломаешься ли ты.

— А если однажды я не выдержу?

Дарен посмотрел на меня пристально.

— Тогда я буду тем, кто удержит тебя, — сказал он. — Даже если ты возненавидишь меня за это.

Я посмотрела на него — и впервые испугалась не врага а себя.

Потому что в тот момент я поняла:

Если я потеряю контроль,

я стану тем, чего они боятся. И враг это знал. Где-то далеко он улыбался.

Потому что война теперь была не только с миром — она была внутри меня.

Ночью я не спала. Лагерь дышал тихо, ведьмы спали у костров, укрывшись плащами. Даже Исток внутри меня притих — не исчез, а словно затаился, наблюдая.

Я сидела одна у воды. Река несла в себе отражение луны, и каждый блик казался мне глазом, смотрящим в ответ.

— Ты винишь себя слишком громко, — раздался голос.

Я не вздрогнула. Я ожидала, что он придёт.

— Покажись, — сказала я.

Воздух передо мной дрогнул, и из тени деревьев вышел он. Без доспехов. Без маски. Почти человек — если не смотреть в глаза слишком долго.

— Ты снова пришёл, — сказала я.

— Ты звала, — ответил он спокойно. — Каждым сомнением. Каждой слезой.

Я сжала пальцы.

— Ты убил этих людей.

— Нет, — возразил он мягко. — Это сделал страх. Мой — и твой.

— Не смей…

— Посмотри правде в лицо, Хранительница, — перебил он. — Сколько ещё умрёт, пока ты будешь

учиться управлять своей силой?

Я почувствовала, как Исток внутри меня откликнулся. Осторожно и заинтересованно.

— Я могу остановить это, — продолжил он. — Прямо сейчас. Без жертв. Без боли. Без ночных кошмаров.

— Ценой чего? — спросила я.

Он улыбнулся.

— Контроля.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, опасные.

— Ты не хочешь мира, — сказала я. — Ты хочешь чего то другого.

— А ты хочешь, чтобы люди больше не погибали, — ответил он тихо. — Разве нет?

Магия вокруг задрожала. И в этот момент я почувствовала другое присутствие рядом.

— Отойди от неё.

Это был Дарен. Он вышел из тени, встав между нами, словно щит. Его голос был твёрдым, но в нём слышался страх.

— Ты не имеешь права говорить с ней и быть здесь.

— А ты не имеешь права решать за неё, — ответил враг. — Ты — её слабость.

Дарен сжал кулаки.

— И её якорь.

Я закрыла глаза.

— Хватит, — сказала я.

Оба замолчали.

Я посмотрела на врага.

— Ты предлагаешь мир без боли, — сказала я. — Но это мир без выбора.

Он склонил голову.

— Выбор — это роскошь и иллюзия, людям свойственно следовать приказам.

— Нет, — ответила я. — Это единственное, что делает нас живыми.

Он смотрел на меня долго. Потом сделал шаг назад.

— Ты ещё придёшь ко мне, — сказал он. — Когда цена станет выше, чем ты готова платить.

Он исчез. Тишина вокруг давила.

Я повернулась к Дарену.

— Ты не должен был вмешиваться, — сказала я резко. — Это было моё испытание.

— А если бы ты сказала «да»? — спросил он.

Я не ответила сразу.

— Я не сказала, — произнесла наконец.

— Но ты колебалась, — сказал он тихо. — Я чувствовал это.

Эти слова ранили сильнее, чем обвинение.

— Я не железная, Дарен, — прошептала я. — Я не могу просто смотреть на смерть и оставаться спокойной.

— Я знаю, — ответил он. — Именно поэтому я боюсь.

— Меня?

— Потерять тебя, — сказал он.

Между нами повисло напряжение.

— Если однажды я перейду черту… — начала я.

— Тогда я остановлю тебя, — сказал он. — Даже если ты возненавидишь меня.

Я смотрела на него долго.

— Это не любовь, — сказала я.

— Это выбор, который предстоит сделать— ответил он. — Такой же, как твой.

Я отвернулась к реке. Слёзы жгли глаза, но я не позволила им пролиться.

Потому что враг был прав в одном: Цена будет расти.

И однажды мне придётся решить, что я готова отдать, чтобы мир перестал страдать.