Когда даже свои отворачиваются
Утро пришло без солнца.
Небо было серым, словно мир не решался смотреть мне в глаза. Ведьмы поднимались молча, избегая моего взгляда. Их движения были сдержанными, осторожными — будто я могла взорваться в любой момент.
И, возможно, они были правы. Я чувствовала это.
Исток внутри меня стал другим. Он больше не рвался наружу, не требовал. Он ждал.
А ожидание пугало сильнее крика.
— Круг собирается, — сказала Лиара, подходя ко мне. — Они хотят говорить… о тебе. Я кивнула.
Круг ведьм сидел полукольцом. Лица — напряжённые, настороженные. Старшие — холодные. Молодые — испуганные.
— Мы благодарны тебе за защиту, — начала одна из них. — Но…
Это «но» повисло в воздухе, как приговор.
— Мы видели, что произошло, — продолжила другая. — Магия вышла из-под контроля.
Я сжала пальцы.
— Я не отрицаю этого, — сказала я. — Но я остановила худшее.
— Пока, — резко ответила третья. — А что дальше?
Тишина стала тяжёлой.
— Ты слишком сильна, — произнесла старшая ведьма. — И слишком… нестабильна.
Слово ударило больнее пощёчины.
— Ты предлагаешь мне уйти? — спросила я.
Никто не ответил сразу. И это было ответом.
— Мы считаем, — сказала та же ведьма, — что Кругу будет безопаснее, если ты… возьмёшь для себя время...и попытаешься обуздать свою силу одиночестве.
Я усмехнулась.
— Изгнание, — произнесла я. — Назовите вещи своими именами.
Молчание. Я встала.
— Хорошо, — сказала я спокойно. — Я уйду.
Некоторые вздохнули с облегчением. Некоторые — с сожалением, но ни одна — с поддержкой.
Я развернулась и пошла прочь, не оглядываясь.
Дарен ждал у края лагеря.
— Я слышал, — сказал он.
— Тогда не спрашивай, — ответила я.
Он смотрел на меня долго, будто хотел что-то сказать… и не решался.
— Я пойду с тобой, — произнёс он наконец.
Я остановилась.
— Нет.
Он нахмурился.
— Ты не должна быть одна.
— Я должна, — ответила я. — Именно сейчас.
— Это неправильно, Алира.
— Это мой выбор, — сказала я. — Ты сам говорил.
Он шагнул ближе.
— Я боюсь, что ты не вернёшься.
Я подняла на него взгляд.
— А я боюсь, что если ты пойдёшь со мной — я перестану быть собой.
Эти слова повисли между нами, острые и болезненные.
Он медленно кивнул.
— Тогда… я буду ждать.
— Не обещай, — прошептала я. — Мир меняется слишком быстро.
Я развернулась и пошла.
Лес сомкнулся за спиной, как живая стена.
С каждым шагом одиночество становилось ощутимее. Но вместе с ним приходило странное чувство… свободы.
Исток внутри меня впервые заговорил ясно.
Теперь ты слышишь себя.
Я остановилась.
— Если я стану тем, кого они боятся… — прошептала я.
Тогда ты станешь тем, кем должна быть.
Я закрыла глаза.
Вдалеке вспыхнул свет — знак. Не ведьмовской и не человеческий.
И я поняла: изгнание было не концом. Это было началом пути, на котором мне придётся узнать правду — о себе, о магии и о том, почему именно меня выбрал Исток.
Лес был другим без них. Без голосов, без костров, без привычного ощущения, что если оступишься — кто-то подхватит. Шаги глухо отдавались в сырой земле, а ветви цеплялись за плащ, словно пытались удержать.
Я шла долго, пока усталость не стала тяжёлой. Решив отдохнуть, села у поваленного дерева, прислонившись спиной к холодной коре.
Впервые за долгое время мне было по-настоящему страшно.
— Ты хотела этого, — прошептала я. — Свободы.
Исток внутри меня молчал. Это молчание давило сильнее любого крика.
Я закрыла глаза — и увидела лица. Ведьмы. Дарен. Те, кто погиб.
Руки задрожали.
— Если я сломаюсь сейчас… — выдохнула я. — Всё было зря.
Тогда земля подо мной дрогнула. Я вскочила, мгновенно активируя магию, но не успела — из тени вырвалось существо, вытянутое, чужое, словно сплетённое из корней и костей. Это был Лесной страж.
Древний и злой. Пробуждённый моей магией.
Он рванулся ко мне. Я вскинула руку — и замерла.
Раньше я бы призвала щит или огонь. Или крикнула бы Дарену.
Но сейчас никого нет рядом, только я. Исток внутри меня шевельнулся.
Ты всегда сдерживала себя.
— Потому что боялась, — прошептала я.
Потому что хотела быть удобной.
Существо прыгнуло в мою сторону, но я не отступила. Магия хлынула в ответ. Земля под ногами ожила, корни взметнулись вверх, обвивая стража, сдавливая b ломая.
Я не чувствовала ярости, только ясность мыслей и действий.
Существо замерло — и рассыпалось прахом. Тишина вернулась внезапно.
Я стояла, тяжело дыша, глядя на свои руки.
— Я не кричала, — прошептала я. — Я не теряла контроль.
Исток отозвался тёплой волной.
Потому что ты перестала бояться себя.
Я опустилась на колени. Слёзы потекли сами — не от боли, а от осознания.
Я могу управлять силой, но иногда это пугает.
— Интересно наблюдать, — раздался голос.
Я резко обернулась. На границе света и тени стоял человек. Высокий, в тёмном плаще, с насмешливым взглядом. Его присутствие не давило, как у врага… но и не успокаивало.
— Ты кто? — спросила я.
— Тот, кто давно искал тебя, — ответил он. — И тот, кто знает, почему Исток выбрал именно тебя.
Моё сердце сбилось с ритма.
— Если ты враг…
— Я не враг, — улыбнулся он. — И не друг.
Он сделал шаг ближе.
— Я — тот, кто поможет сделать выбор.
Я почувствовала, как мир вокруг затаил дыхание и впервые с момента изгнания я поняла: одиночество закончилось.
Но станет ли от этого легче — я не была уверена.