Запретная ведьма для тёмного мага

Глава 20

Имя вне круга

Приговор не объявляют вслух, он просто начинает работать.

Я почувствовала это ещё до того, как мы пересекли границу старого тракта. Мир стал настороженным, магия в воздухе была не враждебной, а избегающей, как будто сама реальность не хотела ко мне прикасаться.

— Они пустили волну, — сказал Кайр, не оборачиваясь. — Мягкую, для своих.

— Что это значит? — спросила я.

— Теперь каждый, у кого есть хоть капля чувствительности знает, ты вне Круга.

Я остановилась.

— Слово «изгнание» они уже не используют? — усмехнулась я.

— Слишком мягко, — ответил он. — Теперь ты аномалия.

Это слово резануло. Не «враг», не «предатель», а нечто, что нельзя вписать в систему.

— Дарен… — я замолчала.

Кайр посмотрел на меня внимательно, но ничего не сказал.

Мы вошли в деревню на закате. Маленькую, тихую, ту, где когда-то ведьмы находили убежище. Я помнила это место, ещё из чужих воспоминаний, из жизни той ведьмы, чьё тело стало моим.

Сейчас всё было иначе.

Двери закрывались слишком быстро, люди отводили взгляд. Одна женщина, ведьма, перекрестилась по-инквизиторски.

— Они боятся, — сказала я.

— Их научили, — ответил Кайр. — Это быстрее.

Мы не успели сделать и десяти шагов, когда воздух впереди дрогнул.

Я увидела Символ и узнала его мгновенно.

— Приказ, — сказала я. — Уже?

Фигура вышла из тени. Это была молодая ведьма.

— Алира из Серого предела, — произнесла она. — По решению Совета ты признаёшься нестабильным носителем Истока. До выяснения…

— Я не вернусь, — сказала я спокойно.

Она сглотнула.

— В случае отказа… — начала она и замялась. — Вступает протокол подавления.

Я рассмеялась.

— Вы правда думаете, что это ещё работает?

Она не ответила, просто молча активировала символ.

Магия рванула вперёд грубо и резко, но я не отражала её.

Я просто не была в той плоскости, где они существовали.

Символ треснул, ведьма отшатнулась, побледнев.

— Ты… — прошептала она. — Ты уже не…

— Ведьма Круга? — подсказала я. — Нет.

Я подошла ближе, осторожно и без угрозы.

— Уходи, — сказала я. — Пока у тебя есть выбор.

Она убежала и тишина накрыла деревню.

— Теперь это официально, — сказал Кайр. — Совет объявит охоту.

— И Дарен? — спросила я, хотя знала ответ.

Кайр задержался с ответом.

— Ему дали приказ, — сказал он наконец. — Возглавить поиски.

Воздух в груди стал тяжёлым.

— Он согласился?

— Он не отказался.

Это было хуже. Мы вышли за пределы деревни, когда небо уже темнело. Я шла молча, каждое воспоминание о нём теперь жгло — не болью, а невозможностью.

— Он найдёт меня, — сказала я.

— Да, — ответил Кайр. — И это будет не случайно.

— Тогда скажи, — я остановилась и посмотрела на него. — Кто ты на самом деле?

Он долго молчал, потом снял перчатку. На его ладони был древний знак.

— Я был тем, кто когда-то остановил Исток, — сказал он. — И тем, кто заплатил за это миром.

Я смотрела на символ и чувствовала, как он откликается во мне.

— Значит, ты знаешь, чем это закончится?

— Да, — ответил он. — И поэтому я здесь.

Вдалеке раздался рог инквизиторов, значит Дарен был уже близко.

Я почувствовала его раньше, чем увидела, это было как знакомый холод на коже, не враждебный, но настойчивый.

— Он один, — сказала я.

Кайр замедлил шаг.

— Да, но остальные близко.

— Мне хватит и его.

Я вышла на просвет между деревьями. Дарен стоял у старого камня-указателя, без доспехов, без оружия в руках. Только тёмный плащ и усталые глаза.

Он ждал.

— Ты не должна была уходить так, — сказал он первым.

— А ты не должен был отдавать меня Кругу, — ответила я.

Он вздрогнул, словно я ударила не словом, а рукой.

— Я пытался выиграть время.

— Для кого? — спросила я. — Для них или для себя?

Молчание растянулось.

— Я дал приказ отсупить, — сказал он наконец. — Теперь остальные думают, что ты ушла в северные земли.

— Ты лжёшь Совету? — усмехнулась я. — Ради меня?

— Ради того, кем ты была, — ответил он. — И ради того, кем можешь стать… если остановишься.

Я подошла ближе.

— Ты правда веришь, что меня ещё можно остановить?

Он посмотрел на меня так, будто видел впервые.

— Ты изменилась, — сказал он тихо.

— Нет, — ответила я. — Я перестала прятаться.

Он сделал шаг ко мне и я почувствовала, как вокруг сжалось пространство, его магия была сдержанной, но готовой.

— Если я сейчас прикажу… — начал он.

— Ты не сможешь, — перебила я. — И ты это знаешь.

Он стиснул зубы.

— Ты стала опасной, Алира.

— Я стала свободной.

— Свобода без границ — это хаос!

— Нет, — сказала я. — Хаос — это когда мне говорят, кем быть.

Мы стояли так близко, что я чувствовала его дыхание.

— Я не хочу охотиться на тебя, — прошептал он. — Но если ты пойдёшь дальше…

— Ты убьёшь меня? — спросила я.

Он не ответил и я отступила на шаг.

— Тогда слушай, Дарен. Очень внимательно.

Я позволила Истоку приподняться, ровно настолько, чтобы он почувствовал. Не угрозу, а масштаб моей силы.

Его глаза расширились.

— Если ты пойдёшь за мной, — сказала я спокойно, — ты не вернёшься прежним. Ни ты, ни те, кто с тобой.

— Это угроза? — спросил он хрипло.

— Это правда.

Он долго смотрел на меня. Потом медленно опустил взгляд.

— Я дал им сутки, — сказал он. — Сутки, прежде чем официально начнётся охота.

Я кивнула.

— Спасибо.

— Не благодари, — ответил он. — Это не подарок, это отсрочка перед катастрофой.

Я развернулась.

— Алира, — окликнул он.

Я остановилась, не оборачиваясь.

— Если они прикажут мне выбрать… — начал он.

— Ты уже выбрал, — сказала я.

Тишина за моей спиной была тяжелее любого заклинания.

Когда я вернулась к Кайру, он ничего не спросил.

— Теперь он знает, — сказал он лишь.

— Да.

— И что ты чувствуешь?

Я посмотрела в темноту леса.

— Грусть, — сказала я. — И ясность.

Кайр кивнул.

— Тогда ты готова к следующему шагу.

— Какому?

— К тому, ради которого тебя боятся, — ответил он. — Ты перестанешь быть беглянкой.

Я сжала кулак.

— И кем я стану?

Он посмотрел на меня так, как смотрят на бурю, зная, что она неизбежна.

— Тем, из-за кого этот мир будет вынужден измениться.

Где-то далеко, инквизиторы звали к охоте, но впервые

я не чувствовала страха.

Мы не прятались. Это было самое странное ощущение за всё время бегства, идти открыто, не скрывая следов, не приглушая магию. Лес чувствовал это и реагировал: ветви расходились, тропа становилась ровнее, ночные звуки стихали.

— Они придут быстро, — сказал Кайр. — Инквизиция не прощает демонстраций.

— Я не демонстрирую, — ответила я. — Я обозначаю границу.

Он усмехнулся.

— Для них это одно и то же.

Мы вышли к старому перекрёстку, тому месту, где сходились торговые пути и когда-то стояла ведьмовская стража. Камни были разрушены, символы стерты, но земля всё помнила.

Я остановилась.

— Здесь, — сказала я.

— Ты уверена?

— Да. Они должны увидеть.

Кайр кивнул и отступил в тень.

— Я вмешаюсь только если ты упадёшь.

— Не упаду, — сказала я.

Рог прозвучал через несколько минут, потом шаги и металлический звон.

Их было шестеро, четверо солдат и два мага.

— Алира из Серого предела, — громко произнёс один из них. — Ты обвиняешься в нарушении баланса, сопротивлении Совету и…

— Хватит, — сказала я.

Мой голос был тихим, но воздух дрогнул.

Они замерли.

— Я не нападаю, — продолжила я. — Я не скрываюсь, но я хочу, чтобы вы ушли.

Один из солдат усмехнулся.

— Ведьма думает, что может диктовать…

Он не договорил и я шагнула вперёд, мир содрогнулся.

Земля под их ногами стала вязкой, словно решила удержать их. Заклинания сорвались ещё до формирования, символы подавления погасли, как свечи на ветру.

Один из магистров упал на колени.

— Это… невозможно… — прошептал он.

— Нет, — сказала я. — Это просто раньше было запрещено.

Я посмотрела на второго.

— Передай Совету, я не их цель.

Он дрожал.

— Ты объявляешь войну?

Я покачала головой.

— Я объявляю конец охоте.

Солдат, стоявший ближе всех, выхватил клинок.

— Я предупреждала.

Я не ударила его магией, а просто убрала опору из под его ног.

Его ярость исчезла, сменившись пустотой. Он упал и остальные отступили.

— Уходите, — сказала я. — Пока можете.

Они поспешили удалиться, смотря с опаской. Когда тишина вернулась, я почувствовала дрожь в руках. Я закрыла глаза и в этот момент почувствовала его. Дарен, он был далеко, но связь натянулась, как струна.

Я выдохнула.

— Он почувствовал это, да?

Кайр кивнул.

— И теперь ему не дадут больше времени.

— Тогда всё ускоряется, — сказала я.

Я посмотрела на перекрёсток, на уходящие следы, на ночное небо.

— Скажи, Кайр… — тихо спросила я. — Когда мир ломается, кто решает, что останется?

Он долго смотрел на меня.

— Те, кто готов к последствиям, — ответил он.

Вдалеке снова раздался рог инквизиторов, но теперь он звучал как вызов.

Ночь была слишком спокойной.

Я сидела у огня и смотрела, как пламя медленно съедает сухие ветки. После перекрёстка внутри меня всё ещё звенело напряжением, словно струна была натянута до предела и ждала прикосновения.

— Он придёт, — сказала я, не поднимая взгляда.

Кайр молчал, это молчание было согласием.

— Не сегодня ночью, — сказал он наконец. — Но скоро, его уже не держат.

— Тогда уйди, — попросила я. — Пожалуйста.

Он посмотрел на меня внимательно.

— Ты уверена?

— Да. Это между мной и им.

Кайр кивнул.

— Я буду неподалёку.

Когда он исчез, лес словно выдохнул.

Я осталась одна и почти сразу почувствовала шаги.

Он не скрывался, Дарен вышел из тени медленно, будто боялся спугнуть меня. На нём была форма Инквизиции, но без знаков, без защитных символов, как будто он уже сделал свой первый выбор.

— Я не пришёл как охотник, — сказал он тихо.

Я встала.

— А как кто?

— Как человек, который больше не может молчать.

Мы стояли напротив друг друга, разделённые несколькими шагами и целой пропастью решений.

— Они дали мне приказ, — сказал он. — Не привести тебя, не захватить, а уничтожить.

Я не отвела взгляд.

— И ты здесь за этим?

Он горько усмехнулся.

— Я понял одну вещь, Алира. Инквизиция не боится твоей силы, она боится того, что ты жива.

Сердце сжалось.

— Тогда почему ты так долго колебался? — спросила я.

Он сделал шаг ко мне.

— Потому что если я выберу тебя… — его голос сорвался, — я потеряю всё, чем был.

Я подошла ближе.

— А если не выберешь?

— Потеряю всё, кем мог бы стать.

Мы остановились так близко, что между нами не осталось воздуха.

— Я боялся, — признался он. — Не тебя, а себя рядом с тобой. Потому что рядом с тобой я больше не солдат, не инквизитор, а просто… Дарен.

Я подняла руку и коснулась его щеки.

Он вздрогнул, словно это прикосновение было опаснее любого заклинания.

— Я не прошу тебя воевать за меня, — прошептала я. — Я прошу тебя быть честным.

Он накрыл мою руку своей.

— Я люблю тебя, — сказал он тихо. — И если за это придётся заплатить… я заплачу.

Слёзы подступили внезапно.

— Ты понимаешь, что дороги назад не будет?

— Я уже не хочу назад.

Он притянул меня к себе, осторожно, будто давая мне последний шанс отстраниться, но я не отстранилась.

Поцелуй был медленным, не отчаянным, а осознанным. В нём было всё — страх, нежность, прощание с прошлым и обещание будущего, которого ещё не существовало.

Когда он отстранился, его лоб коснулся моего.

— Они придут на рассвете, — сказал он. — Все, совет, инквизиция, те, кто боится тебя.

— Тогда я встречу их не одна, — ответила я.

Он улыбнулся — впервые за долгое время по-настоящему.

— Нет. Мы встретим их вместе.

Я прижалась к нему, слушая его сердце. Оно билось ровно и решительно.

Впервые за всё это время я знала: что бы ни случилось дальше, я выбрала любовь и он тоже.

Ночь уходила медленно, будто не хотела нас оставлять.

Мы сидели рядом, укутавшись в один плащ, и смотрели, как небо над лесом постепенно светлеет. Ни слов, ни тревоги, только дыхание и редкие прикосновения, словно мы учились быть вместе заново.

— Я никогда не думал, что рассвет может быть таким, — сказал Дарен.

Я улыбнулась и положила голову ему на плечо.

— Ты жалеешь?

Он ответил сразу:

— Нет.

И добавил тише:

— Я жалею только о том, что не выбрал тебя раньше.

В его голосе не было пафоса. Только спокойствие человека, который наконец перестал бежать от себя.

Свет коснулся верхушек деревьев. Мир вокруг будто замер, прислушиваясь.

— Они придут, — сказала я.

— Я знаю.

— Ты всё ещё можешь уйти, — прошептала я. — Сказать, что не нашёл меня.

Он повернулся ко мне и взял моё лицо в ладони.

— Алира, — сказал он мягко. — Если я уйду сейчас, я потеряю тебя навсегда, а если останусь, потеряю всё остальное. Выбор для меня очевиден.

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.

— Ты ведь понимаешь, что уже завтра мы не сможем жить как раньше?

— Я и не хочу «как раньше», — улыбнулся он. — Я хочу с тобой.

Я закрыла глаза и позволила Истоку коснуться поверхности, не как оружию, а как теплу. Магия вокруг нас отозвалась, трава распрямилась, воздух стал мягче, свет глубже.

— Ты меняешь мир, — прошептал Дарен.

— Нет, — ответила я. — Я просто позволяю ему быть живым.

Вдалеке послышались шаги, много шагов.

— У нас есть несколько минут, — сказал он.

— Тогда… — я вздохнула. — Поцелуй меня так, будто завтра не настанет.

Он улыбнулся, той самой улыбкой, за которую я когда-то влюбилась.

Поцелуй был тёплым, долгим, обещающим. В нём не было отчаяния, только вера. В то, что любовь не обязана быть жертвой, что даже после тьмы можно выбрать свет.

Когда мы отстранились, солнце уже поднималось.

— Что бы ни случилось сегодня, — сказал Дарен, — знай, ты не одна.

Я сжала его руку.

— И ты больше не чужой этому миру.

Он рассмеялся тихо.

— С тобой я вообще перестал понимать, кто я.

— Это нормально, — сказала я. — Значит, ты живёшь.

Шаги стали ближе, я встала, не отпуская его руку.

— Пора.

Он кивнул, мы шагнули навстречу рассвету вместе.

И впервые за всё время, будущее не пугало.