Академия лунного света. Проклятие темных фей

Глава 19

– И почему вам нужно заниматься вечером? Мы же собирались продолжить сериальный марафон! – Заметно расстроенная, Леона потянулась за яблоком со шведского стола.

– Элайджа весь день провел с семьей. Скорее всего, его отец вернулся из командировки, – объяснила я, хотя получила от него лишь короткое сообщение с вопросом, сможем ли мы завершить проект сегодня вечером. Его контакт до сих пор сохранен у меня с сердечком после имени. И я несколько минут пыталась его удалить. Но не смогла. Сиреневое сердце так и осталось на месте. Мне казалось, что это будет как-то неправильно. Будто вместе с ним я сотру и все воспоминания о его сообщениях. Конечно, одно никак не связано с другим… история чата из-за этого не исчезнет. Но меня не покидало ощущение, что пропадут эмоции, скрытые между строк.

Леона подняла глаза от своего мобильного и ткнула меня локтем.

– Ладно, Клара только что написала. Мы проведем вечер вдвоем и посмотрим спин-офф «Дневников вампира», который тебе все равно не нравится. И попкорна нам больше достанется! – Леона захихикала и с удовольствием вгрызлась в свое яблоко. От ее разочарования не осталось и следа.

– Увидимся завтра.

– Знай, что тебе не удастся и дальше увиливать от рассказа о дополнительном уроке с Килианом! – Она многозначительно поиграла бровями, а затем растворилась в толпе.

Я пересекла холл и свернула в крытую галерею, ведущую в библиотеку. Там меня встретил прохладный ветерок, от которого мерцало пламя свечей в фонарях. Как и вчера, сегодня лил дождь.

Мой взгляд блуждал по открытым каменным аркам, а мысли невольно вернулись к Килиану. После того как мы, мокрые до нитки, добежали до академии, я весь остаток дня провалялась в постели. Вчера на Совете сообщили, что пленник по-прежнему молчит и лишь заявил, что лучше умрет там, чем что-то расскажет. С того случая больше ничего не произошло, но Совет гадал: это затишье перед бурей или все действительно закончено?

Я вздохнула и направилась в библиотеку. Пробираясь сквозь толпу учеников, выходивших через массивные двустворчатой двери, я наконец протиснулась внутрь и сразу обнаружила Элайджу, небрежно прислонившегося к одному из стеллажей. Увидев меня, он сразу пошел навстречу.

– Идем, у меня мало времени, – буркнул он в мою сторону, избегая зрительного контакта. Тем не менее я не сдержала улыбку, заметив, что он бережно несет какое-то растение под мышкой.

– Как Салли? – спросила я, пока мы проходили мимо столов, заваленных грудами книг.

– Хорошо. За ней снова присматривает папа. Но эта упрямица уже потихоньку пытается залезть на дерево.

Меня всегда восхищало в Элайдже то, с какой искренней любовью он говорил о своей семье. В отличие от меня, у него были прекрасные отношения с родителями. А к роли старшего брата для Салли он относился по-настоящему серьезно. Бывало, он отменял свидания, если она болела или внезапно требовалось с ней посидеть. Я никогда на него за это не обижалась. У меня есть такой же старший брат, который всегда поддерживал меня и прикрывал, когда мама в очередной раз вмешивалась в мою жизнь.

– Давай начнем. Не думаю, что будет сложно перенять твои способности, – пробормотал Элайджа и устроился на деревянном стуле за небольшим столом в нише между двумя стеллажами.

– Хочешь сказать, что мои способности примитивнее, чем у других фей? – вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. Его сегодняшнее поведение меня раздражало.

Увидев мою реакцию, он виновато покачал головой.

– Прости, я не это имел в виду. Наоборот… без твоих талантов нам пришлось бы гораздо труднее в последние годы. – На его губах заиграла грустная улыбка.

Я скинула рюкзак, села напротив и вопросительно посмотрела на него.

– Что случилось?

– Ничего. Нам пора начинать.

– Элайджа…

Он тяжело вздохнул.

– Родители предложили мне закончить последний учебный год в академии в Финляндии. Теперь, когда папа вернулся, маме стало легче. – Он задумчиво запустил руку в темно-каштановые волосы. – Там я многому научусь и… о, твою мать!

От одной мысли о том, что Элайджа снова уедет в Финляндию, у меня сжалось горло. Я не имела права так реагировать. Особенно после вчерашнего… после того, что произошло между мной и Килианом…

– Эланор, – тихо позвал Элайджа.

– М-м? – только и выдавила я в ответ. Если бы рискнула произнести хоть слово, то заговорило бы мое сердце, выдав все, что я так тщательно скрывала. Этого нельзя допускать. Особенно сейчас.

– Я отказался.

Я молча смотрела на него, в то время как внутри меня бушевала буря. Я заглянула в глаза цвета лесной зелени, в которых считывала противоречивые эмоции.

– Почему?

– Все, пора приниматься за работу. У меня есть еще планы на сегодня.

– Элайджа.

– Ты первая начнешь учить меня или хочешь узнать, как цветок втягивает лепестки?

Я уставилась на него, лишившись дара речи и понимая, что не добьюсь от него ответа.

– Почему именно это умение? – полюбопытствовала я.

– Оно самое простое. Растения живые, поэтому они легко поддаются магии. Тебе лишь нужно вступить с ними в контакт. Готова? – Он подвинул ко мне цветок.

Я коротко кивнула:

– Хорошо, приступим.

– Чтобы магия сработала, тебе нужно полностью открыться цветку. Вдохни его аромат и представь, что можешь с ним поговорить. Начни с этого – так будет проще.

– Ладно.

Едва сдерживая мысли о беседе с растением, я притянула горшок к себе. Передо мной красовалась гортензия, ее пышные соцветия переливались всеми оттенками синего. Я постаралась сосредоточиться только на растении, хотя присутствие Элайджи заметно отвлекало. Глубоко вздохнув, я призвала магию и крепко обхватила горшок обеими руками.

– Привет… э-э-э… красавица, – неловко залепетала я, стараясь не задумываться над каждым словом. – Я лунная фея и буду очень рада, если ты разрешишь мне применить магию. Пожалуйста!

Я направила энергию в горшок и, затаив дыхание, наблюдала за листьями. Но ничего не происходило. Они даже не шелохнулись. С громким вздохом я откинулась на спинку стула, скрестив руки.

– Она не хочет.

Элайджа лишь приподнял бровь.

– Ты даже не попыталась как следует.

– Я призвала магию и поговорила с ней.

– Попробуй еще раз. Сделай комплимент и установи контакт.

Я скептически посмотрела на него, но почувствовала, как губы сами собой дрогнули в улыбке.

– Ты это серьезно?

– Абсолютно, – невозмутимо ответил Элайджа, кажется, он действительно верил в эту чепуху.

Неужели правда?

– И ты всегда так… уговариваешь растения? – поинтересовалась я.

– Нет, но гортензии очень чувствительны и обидчивы. Требуют комплиментов и нежности. Проверь, это работает.

Я снова повернулась к цветку перед собой, тяжело вздохнула и крепче обхватила ладонями горшок, чувствуя, как магия пульсирует на кончиках пальцев.

– Ну что ж, хорошо. Ты моя прелестная, нежная прелесть.

– Прелестная, нежная прелесть? – перебил меня Элайджа, едва сдерживая смех.

– Ты хочешь помочь мне или нет? – огрызнулась я.

– Прости, продолжай.

Собрав волю в кулак, я продолжила:

– Ах ты нежная красавица. Какие у тебя изящные листья и приятные лепестки. – Я говорила очень быстро, чтобы не дать себе возможности рассмеяться в полный голос. – Пожалуйста, послушайся меня, соединись с моей магией.

Я впилась взглядом в несчастную гортензию, чувствуя, как моя магия наконец-то к ней пробивается. Но листья по-прежнему оставались неподвижными.

– Дурацкий цветок! – зашипела я и отпустила горшок.

И тогда произошло нечто невероятное. Я заморгала, не веря своим глазам: гортензия грациозно пошевелила листьями, будто дразня меня.

– Очевидно, сегодня у нее настроение в духе не-указывайте-мне-что-делать, – прокомментировал Элайджа, и по дрожащему голосу я поняла, что он едва сдерживает смех.

– Значит, она просто надо мной издевалась?

Отлично. Только этого и не хватало. Меня дразнила гортензия.

– Некоторые из них такие. Живут собственной жизнью, а их корни растут наперекор всему.

– А если на экзамене она поступит так же?

– Не поступит. Она тебя не подведет, потому что хорошо понимает, когда для тебя это важно.

В его словах было столько уверенности, что мои сомнения растаяли. Элайджа знал своих подопечных как никто другой.

– Думаю, теперь между вами есть связь, – объяснил он, аккуратно отодвигая гортензию в сторону. – Теперь твоя очередь научить меня, как влиять на чужие эмоции. Если я умею чувствовать растения, то и с феями должно получиться.

– Я редко пользуюсь этим даром, – призналась я.

И это чистая правда. Даже став частью команды провидиц и регулярно погружаясь в чужие сны, я старалась не вмешиваться в эмоциональный мир других людей. Каждый имеет право испытывать те чувства, которых требует его организм. Боль нужна для исцеления, печаль – для переосмысления. Искусственное счастье маскирует, но не лечит.

Я сама служила тому лучшим примером…

– Дай мне руку, – попросила я, и теплые пальцы Элайджи тут же нежно сжали мои. Внутри разлилось приятное знакомое покалывание. Я сделала глубокий вдох, а затем сфокусировалась на его чувствах, пытаясь впитать их в себя. Сделать это оказалось совсем не сложно, потому что мы оба переживали похожие эмоции. Мы были так близко друг к другу и в то же время так далеко. В отчаянии из-за проклятия и в то же время движимые желанием достойно справиться с ситуацией. Я собрала магию, смешала ее со светлыми воспоминаниями и направила этот поток прямо в его сердце.

– Почему? – внезапно спросил Элайджа.

– Что почему?

– Почему ты выбрала именно это ощущение? То самое… из того дня, когда я впервые признался тебе в своих чувствах?

Я тяжело сглотнула.

– Откуда ты знаешь, что это именно оно?

– Не знаю, может, ты мне объяснишь?

Я опустила взгляд на наши ладони. Тогда он тоже держал меня за руку. Перед тем старым каштаном, что цвел на краю леса поблизости от нашего города. Там мы впервые сказали друг другу слова любви. Никогда не забуду этот момент.

– Это первое, что пришло мне в голову. – Проклятье. Неужели я произнесла это вслух? Он наверняка подумает, что я постоянно об этом думаю. Это правда, но…

– М-м-м… – протянул Элайджа. Я думала, что он продолжит тему, но он откашлялся и вернулся к делу. – Хорошо, теперь я попробую.

Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдох. Его лицо выглядело расслабленным, и мне стало интересно, о чем он думает. Я была очень напряжена: мне впервые предстояло испытать счастье, не зависящее от меня самой. Мой брат тоже владел этой способностью и после расставания предлагал использовать ее на мне, но я всегда отказывалась. Тогда я бы нарушила собственные принципы, а это казалось неправильным.

Я не успела углубиться в размышления о плюсах и минусах дара, так как почувствовала, что в сердце появилось легкое тянущее ощущение. Слабое, но тем не менее оно возникло. У Элайджи получилось! Он прав, растения похожи на фей. Ему оставалось научиться усиливать эти эмоции.

– Очень хорошо. Пусть пока и не очень интенсивно. Давай попробуем еще раз. Найди эмоцию посильнее и цепляйся за нее.

Элайджа приоткрыл веки и, хотя по его губам расползалась торжествующая улыбка, коротко кивнул.

– Хорошо, еще одна попытка.

Он снова закрыл глаза и сосредоточился. На этот раз черты его лица не сохранили прежнее спокойствие. Он стал напряженнее, а уголки рта подрагивали, словно он вспоминал что-то смешное. И я почувствовала это. Совершенно неожиданно для себя я залилась хохотом и отпустила руку Элайджи. Мой смех был настолько громким, что на нас обернулись сидящие неподалеку студенты. Я закрыла рот рукой не в силах остановиться.

– О чем ты подумал? – спросила я между приступами смеха – мне потребовалось немало времени, чтобы успокоиться.

– Не скажу.

– Тогда я всем разболтаю, что во время просмотра второй части «Стражей Галактики» ты практически плакал.

– Ничего подобного!

– Мы оба знаем, что это правда, – ответила я, уверенная в победе.

Он вздохнул.

– Ладно, ладно. Помнишь свой шестнадцатый день рождения? Ты надела футболку с «Дневниками вампира», и на принте у Стефана Сальваторе не было половины головы, потому что ты неправильно ее погладила. Но гордо всех уверяла, что сделала это намеренно, потому что ты настоящая фанатка Деймона. А мне каждый раз приходилось сдерживать смех.

– Я правда сделала это намеренно.

– Не-а!

– Хорошо, это вышло случайно. Теперь ты счастлив?

– Еще бы. – Его улыбка стала еще шире, и я не могла не ответить тем же.

Как же здорово быть такими беззаботными, хотя мы оба понимали, что это ненадолго. И в доказательство этой мысли Элайджа смущенно провел рукой по волосам и встал. Будто этого момента не было, потому что выражение его лица стало непроницаемым. Стена снова поднята.

– Ну что, мы завершили проект и готовы к экзамену мисс Гибсон. Мне пора. – Он уже развернулся, чтобы уйти, но мне не давал покоя один вопрос.

– Элайджа. Почему ты все-таки остаешься здесь?

Он снова повернулся ко мне.

– У меня нет особых причин.

Ложь. Они есть. Я видела, как дрогнуло его веко. Так было всегда, когда он мне врал.

– Не забудь гортензию, она теперь твоя, и у вас появилась связь. Хорошо заботься о ней, – сказал он с улыбкой и исчез за стеллажами.

А я осталась в одиночестве и размышляла о случившемся. Он мог уехать, но решил остаться в Академии лунного света. В душе у меня теплилась надежда, что причина этого – я. Нужно похоронить эту идею, так будет лучше для всех…

– Что ты здесь делаешь?

Я оглянулась и оказалась лицом к лицу с Килианом. Под мышкой тот держал толстый фолиант с едва различимым названием.

– Я могла бы спросить тебя о том же. Мы второй раз сталкиваемся в библиотеке.

– Просто хотел вернуть книгу, – он увидел гортензию на моем столе. – А у тебя свидание? С цветком?

– Э-э… это школьный проект.

Килиан улыбнулся.

– Понятно, твои планы на субботу?

Я посмотрела на растение и подумала об Элайдже, ради которого я и освободила весь вечер. То есть не только ради него, а ради проекта… однако он предпочел находиться где-то в другом месте и ушел при первой возможности. А я только сейчас осознала, как сильно это меня задело. Раньше я бы не придала этому значения, а теперь… теперь есть что-то важнее меня… Да, это неприятно.

Я снова посмотрела на Килиана и постаралась отогнать все мысли об Элайдже.

– Нет, никаких планов у меня больше нет.

– У меня тоже… – Он смущенно почесал в затылке и внимательно посмотрел на меня. – Может, тогда проведем время вместе? Прогуляемся, например?

– Давай, – ответила я быстрее, чем успела подумать. Да и зачем? Ну что может такого произойти? Это всего-навсего прогулка.

– Только мне нужно отнести гортензию в свою комнату. – Я с виноватым видом приподняла цветочный горшок.

– А мне – вернуть книгу. Давай встретимся у крытой галереи, что скажешь?

– Годится. – Я встала, закинула на плечо рюкзак, забрала горшок и вышла из библиотеки, улыбнувшись Килиану. И как только я осталась одна, меня охватила нервная дрожь. Я и раньше оставалась наедине с Килианом… но это другое!

Сердце колотилось, когда я влетела в комнату и схватила мобильный, чтобы запустить свой плейлист. Как только заиграли первые ноты песни One Direction, я расслабилась и посмотрела на гортензию. Мне почудилось… или у нее зашевелились листья? Из-за музыки? Нет, быть такого не может. Я аккуратно поставила горшок на письменный стол. Надеюсь, ей будет со мной комфортно. В отличие от Элайджи, который был с растениями на «ты», меня этот талант обошел стороной. Я ухитрялась загубить даже кактусы.

– Надеюсь, тебе здесь понравится, – пробормотала я и переключила внимание на свой гардероб. Дождь уже утих, но с наступлением темноты становилось прохладнее. Без лишних размышлений я натянула удобное худи, поправила пучок, посмотрев на себя в зеркало, и решила переобуться в кеды. Что ж, вперед.