Чужачка в замке Хранителя Севера

Глава 18. Откровенность

Держалась ровно до тех пор, пока не свернула за угол коридора, скрывшись от глаз гостей и прислуги. Но стоило мне оказаться вне поля зрения, как маска невозмутимости рассы́палась в прах.

Я бежала. Бежала, путаясь в юбках, прижимая к бедру ставшую вдруг невыносимо тяжёлой связку ключей. Они звенели в такт моему бешеному бегу, словно насмехаясь.

Влетев в свою комнату, я захлопнула дверь и дрожащими руками задвинула засов. Повернула ключ в замке и прислонилась спиной к холодной панели, жадно глотая воздух. Сердце прыгало, как птица в клетке. В висках ещё звенел смех мачехи и её слова мне вдогонку: «Придётся их вырвать».

Я медленно сползла по двери, упёрлась коленями в ковёр. Пахло золой. В камине тлели угли, я не успела подбросить дров, когда убегала утром. Хотелось спрятаться. Лечь под одеяло, накрыться с головой, чтобы меня никто не трогал. Или вообще забраться в какую-нибудь дальнюю комнату замка и не высовываться.

Голос мачехи всё ещё звучал у меня в голове, заглушая стук крови в висках. Я знала, что это непустая угроза. Изольда никогда не бросала слов на ветер. Она нашла меня даже на краю света.

Меня колотило. Казалось, что Блекхолд, который я успела полюбить, превратился в замок из песка, не способный защитить от зла, привезённого с собой этой женщиной.

Сколько я так сидела на полу и потухшего камина я не помню. Только сильно окоченела и сразу не смогла подняться, когда в дверь постучали.

Даже не постучали, а забарабанили. Властно, требовательно.

Сердце ушло в пятки. Я вздрогнула и сжалась в комок. Это она. Мачеха пришла, чтобы закончить начатое. Или Дуглас, которому она уже успела наговорить гадостей про меня. Ни того ни другого я видеть не хотела.

— Катарина! Открой! — Раздался требовательный голос Джереми. В его тоне слышалась тревога.

Я кое-как поднялась, вытерла предательские слёзы рукавом и дрожащими пальцами отодвинула засов.

Джереми стоял на пороге, взъерошенный, всё ещё в дорожном плаще. Капельки растаявшего снега притаились в волосах, на ресницах. Он окинул меня быстрым взглядом, заметил покрасневшие глаза и бледность, и его лицо потемнело.

— Слуги нашептали мне, — сказал он, входя в комнату и закрывая за собой дверь, наплевав на все правила приличия. — Говорят, ты увидела призрака во дворе.

Он пытался шутить, но я сегодня не смеялась его шуткам.

— Миссис Фэйрфакс сказала, что ты едва держалась на ногах, когда выходила из Большого зала. Это правда?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и отошла к окну, обхватив себя руками за плечи. Меня всё ещё трясло.

— Та женщина, — он словно вспоминал, как её зовут, — леди Изольда. Она твоя мачеха?

— Да, Джереми, — выдавила я из себя. — Она нашла меня.

— Не нашла, просто случайность.

— Возможно, но мне от этого не легче.

— Она тебя обидела? — голос Джереми стал жёстким. — Что она сказала?

— Она сказала правду, — горько усмехнулась я, глядя на серые тучи за стеклом. — Напомнила мне моё место.

— Твоё место здесь, — отрезал он, подходя ближе. — Кат, посмотри на меня. Что между вами произошло? Почему ты сбежала из дома? Ты ведь не просто капризная девчонка, я это вижу. Ты умеешь работать, ты не боишься трудностей. Такие не бегут от хорошей жизни.

Я посмотрела в его честные, открытые глаза. В них было столько участия, что плотина отчуждения, которую я возводила внутри себя месяцами, рухнула.

— Она... она чудовище, Джереми, — прошептала я. — Отец женился на ней через два года после смерти мамы. Сначала она казалась милой. Но как только кольцо оказалось у неё на пальце...

Слова полились потоком, обжигая горло. Я рассказывала ему то, о чём молчала всё это время.

— Она начала менять всё. Уволила старых слуг, которые служили нам десятилетиями. Продала мамины украшения, сказав отцу, что их украли. А потом... потом отец заболел.

Я замолчала, судорожно вздохнув. Джереми стоял рядом, не перебивая, только его кулаки сжимались все сильнее.

— Он был крепок как дуб, Джереми. Он никогда не болел. А тут сгорел за полгода. Лекари разводили руками, говорили — возраст и больное сердце.

— Все мы смертны, Кат, — он подошёл ко мне и сжал плечи. — Я сочувствую тебе. Как никто я знаю, что значит потерять родителей. Только у меня есть дядя Дуглас. А у тебя теперь есть мы.

Дотронулась до его руки, накрыла её ладонью, но ничего не сказала.

— Мачеха собственноручно готовила отцу отвары. Она никого не подпускала к нему. Даже меня.

Я повернулась к Джереми, и слёзы снова брызнули из глаз.

— Думаю, — голос мой сорвался, — я почти уверена, что она его убила. Ради наследства.

Джереми побледнел, его глаза расширились от ужаса.

— Убила? Кат, это тяжкое обвинение.

— Я знаю! — воскликнула я шёпотом. — Но как только отца не стало, она даже траур не носила толком. Мачеха сразу начала распродавать земли. Я нашла бумаги. Она подделывала его подпись, Джереми! Она переписала завещание. Я пыталась возразить, пыталась пойти к нотариусу, но она сказала, что если я открою рот, то отправлюсь в лечебницу для душевнобольных. Изольда подкупила доктора, он подписал заключение, что я умолишённая и опасна. Она сказала, что так я буду сговорчивее.

Я закрыла лицо руками.

— Мне пришлось бежать. У меня не было выбора. Если бы я осталась, я бы повторила судьбу отца. Или сгнила бы в жёлтом доме. А, скорее всего, она бы выдала меня замуж за нужного ей лорда.

Тишина в комнате стала звенящей. Джереми резко выдохнул, прошёлся по комнате, ударил кулаком в ладонь.

— Выйти замуж для девушки твоего происхождения, Кат, обычная практика, — сказал он через силу. — Все девушки выходят замуж за того, кого выбрали родители.

— Вот только отец его не выбирал, — закричала я. — Отец никогда бы не выдал меня замуж за старого развратника. Она специально выбрала лорда Креба, чтобы досадить отцу даже на том свете.

— Это немыслимо, — прорычал он. — Если это правда, ей место на виселице, а не в гостевых покоях. Я иду к Дугласу.

Он развернулся к двери, решительный и злой.

— Нет! — я бросилась к нему, схватив за руку. — Джереми, нет! Прошу тебя!

— Почему? — он удивлённо посмотрел на меня. — Дядя Хранитель Севера, он вершит правосудие на этих землях. Он должен знать, что под его крышей убийца.

— Он не поверит мне! — в отчаянии выкрикнула я. — Посмотри на неё и на меня. Мачеха — уважаемая леди, гостья его невесты, подруга влиятельных людей. А я? Беглая девчонка, которая работает экономкой. У меня нет доказательств, Джереми. Только слова. Изольда вывернет всё так, будто я безумна. Она покажет ему бумаги от того доктора, они наверняка у неё с собой. Дуглас вышвырнет меня вон за клевету.

Джереми замер. Он смотрел на меня, и я видела, как в нём борется желание восстановить справедливость и страх навредить мне.

— Она уничтожит меня, если узнает, что я заговорила, — прошептала я, не разжимая пальцев на его рукаве. — Пожалуйста. Не говори ему. Пока не говори. Мне нужно время, чтобы понять, что она задумала.

Джереми медленно накрыл мою ладонь своей. Его рука была горячей и такой надёжной.

— Хорошо, — глухо произнёс он. — Я не скажу дяде. Пока. Но я не оставлю тебя один на один с ней, Кат. Клянусь. Если она хоть пальцем тебя тронет или криво посмотрит…— он угрожающе сдвинул брови, — я забуду о том, что она леди.

Я прижалась лбом к его плечу, чувствуя невероятное облегчение. У меня появился защитник. Первый за очень долгое время.

— Я буду присматривать за тобой, Кат, — он погладил меня по волосам. — И за ней тоже.