Находясь в больнице и смотря на Оргута, я испытывала калейдоскоп чувств: гнев, ненависть, но и… удивление. Он не сопротивлялся. Совсем. Солдаты окружили его, готовые к бою, но он лишь поднял руки в знак капитуляции. Его глаза сейчас были пустыми и безжизненными.
Ирган, нахмурившись, приблизился к нему.
— Оргут, — произнес он ледяным тоном. — Что это значит? Где твои приспешники? Где твой план?
Оргут медленно повернул голову в сторону одной из палат и указал на нее дрожащей рукой.
— Там… — прохрипел он. — Там моя истинная, Ирган. Ее зовут Саша. Она умирает.
Слова Оргута прозвучали как гром среди ясного неба. Истинная? У Оргута? И умирает на Земле? Это казалось невероятным.
— Это ложь! — воскликнул один из солдат. — Он пытается выиграть время!
— Нет, — тихо сказал Ирган. — Я думаю, он говорит правду, но все же приказал проверить палату.
Через несколько минут оттуда вышел солдат, его лицо было бледным.
— Ваше Величество, там… там молодая девушка, — доложил он. — Она больна, похоже, она умирает.
Ирган тяжело вздохнул. Он посмотрел на Оргута с жалостью и отвращением одновременно. В его взгляде читалось горькое понимание. Он произнес тихо, словно обращаясь к самому себе:
— Всё-таки пророчество сбывается… Но мы могли бы вместе попробовать изменить его.
Затем, взглянув Оргуту прямо в глаза, он спросил:
— Ты хочешь проститься с ней? Оргут кивнул, и по его щекам потекли слезы.
Ирган, поколебавшись, согласился. Он приказал солдатам охранять Оргута, но позволил ему провести последние часы с Сашей.
Я не знаю, о чем они говорили в той палате, но, когда Оргут вышел оттуда, его лицо было разбитым. Он был сломлен и опустошен.
Саша умерла через несколько часов.
После ее смерти Оргут не сопротивлялся. Он позволил солдатам заковать себя в цепи и сопроводить к порталу, ведущему в тюрьму Миргота. Он больше не был тем Оргутом, которого все знали. Он был лишь тенью самого себя, призраком, преследуемым своей виной, своим горем, своей потерянной любовью.
Как только мы вернулись на Миргот, Ирган отправился к себе в кабинет, чтобы решить несколько важных вопросов, связанных с произошедшим. Он выглядел измученным, но собранным, как всегда. Прежде чем уйти, он бросил на нас с Кьярой быстрый взгляд, полный тревоги, и попросил нас сходить перекусить.
Переглянувшись с Кьярой, мы отправились на завтрак. В огромной столовой, обычно наполненной смехом и оживленными разговорами, царила гнетущая тишина. На столе стояли серебряные блюда с фруктами, выпечкой и мясными закусками, но ни у меня, ни у Кьяры не было аппетита.
Кьяра молча взяла с блюда несколько кусочков фруктов и начала медленно их жевать, не поднимая глаз. Я же просто смотрела на еду, не в силах прикоснуться к ней. В горле стоял ком, а в голове роились тревожные мысли.
— Тебе нужно поесть, Алиса, — нарушила тишину Кьяра, ее голос был ровным и бесстрастным. — Иргану нужна твоя помощь.
— Я знаю, — вздохнула я. — Просто не могу заставить себя.
Я взяла чашку с травяным чаем и сделала несколько глотков. Горячая жидкость немного успокоила меня.
Закончив завтрак, мы отправились в тюрьму, где содержался Оргут. Нам предстоит тяжелый разговор, и я надеюсь, что мы сможем получить ответы на все наши вопросы.