Горец. Его любовь

39

Выслушиваю общий отчет секретаря. Внимание сразу цепляется за фамилию «Комаров».

— Стоп, — торможу, прежде чем перейти к остальным пунктам. — Чего он хочет?

— Звонил его помощник, запрашивает встречу.

— Детали?

— Пока минимум подробностей. Говорит, что Комаров сам все объяснит при встрече. Намечается интересный проект. Но даже сферу не называют.

Мутно. Даже слишком мутно.

Обычно идет общая информация. По ней все равно толком ничего нельзя определить, а здесь…

— Выгодный проект, Джамал Умарович, — продолжает секретарь. — Обещают значительную прибыль. Но для согласования необходимо лично встретиться.

Это понятно. Однако так дела не ведут. Создается ощущение, будто Комаров о другом поговорить хочет. А проект — предлог. Не настолько у нас много общих тем было, чтобы он реально мне серьезные предложения выдвигал.

С чего бы вдруг?

— Сегодня в обед предлагают, — замечает секретарь, проглядывая заметки. — Или завтра. Такое же время. С двенадцати до часу.

Вот. Разгар недели. У Комарова график давно наперед расписан. И он понимает, что у меня тоже похожая картина. Потому и предлагает обед.

Торопится.

— Завтра, — говорю.

Сегодня обед у меня уже занят. Это время собираюсь провести с Варей. Обед же дома проводят.

Ну вот.

Там, где она, и будет мой дом.

Знаю, что нельзя ей слишком много свободного времени давать. Без того много думает. Нехуй.

Пусть привыкает. Приучается.

Буду рядом. Всегда. И вообще, мы теперь семья. Никуда она от меня больше не денется. Поэтому обедать будем вместе.

Заодно переезд обсудим.

Но это позже, а пока…

Комаров.

Нет, я сразу чуял, куда все идет. Однако теперь вижу, дело еще быстрее развивается.

Такое нельзя списать на совпадение.

Только я с Васильевым разбираться начал, сразу возник Комаров. Предлагает встречу, проект.

Времени немного прошло.

Работу насчет того, чтобы выдавить Васильева отовсюду, я уже запустил, но для результатов рано. Даже для самых первых.

Значит, тот сам обратился за помощью. Помчал просить Комарова, чтобы прикрыл его. Понял: жареным пахнет.

Чего-то подобного я и ожидал. Даже проработал вероятные схемы действий для такого варианта развития событий.

Однако теперь надо коррективы внести. Сразу. Раз все ускорилось. Пойду на опережение.

Наездов не свою женщину не прощаю.

Пиздец Вариному тестю. Для нас двоих в этом городе слишком тесно. Да и в стране ему не место.

Пускай уебывает в свою блядскую Америку. У него там как раз гражданство есть. И сынка заодно прихватит.

+++

Рассеянно смотрю на экран рабочего лэптопа. Нужно закончить то, чем я занималась еще на прошлой неделе. До того, как попала в больницу.

В офис пока ехать необязательно. Могу выполнить задания удаленно. Нужно только сосредоточиться.

Откидываюсь на спинку кресла, качаю головой.

Что-то все мысли совсем не о том…

Разум будто замыкается на Джамале. О чем бы не размышляла, перед глазами всплывает он. В ушах отбиваются его слова.

Уносит меня. Совсем не туда.

То про его слова насчет переезда размышляю, то думаю о том, как легко ему удается найти контакт с Богданом.

Нельзя же отрицать факты.

Сын к нему привязывается. Чувствуется, у них уже есть контакт. Достаточно вспомнить, как прикрывают друг друга. Не сговариваясь. Да вот хотя бы этим утром.

И раньше. Богдаша про Джамала у меня спрашивал. Когда новая тренировка? Когда он опять придет к нам в гости? Тянулся к нему.

Растираю гудящие виски.

Вот зачем я опять об этом думаю?

Лучше о работе…

Не получается сейчас о работе.

Конечно, пока все выглядит идеально.

Джамал ведет себя так… серьезно. Внушительно. Уверенно. Действует настолько подавляюще, что у меня в определенные моменты сомнений не остается.

Но я напоминаю себе, чем все закончилось в прошлый раз.

Это теперь он на подъеме. И Богдану внимание готов уделять на полную, и рядом со мной быть. Однако вряд ли Байсаров имеет хоть малейшее представление о том, как жить с маленькими детьми.

Двое малышей — не шутки.

Знаю, Джамал сильно отличается от моего бывшего. Но в памяти все равно слишком ярко горят кадры прошлого. Реакция Славы на плач, ревность к ребенку.

Да. Эти мужчины разные. Нельзя сравнивать.

Однако я не могу не понимать, что Джамал совсем к другой жизни привык. А тут вдруг трое детей. Гладко не будет.

Мне так страшно рисковать. Не в том положении.

Взгляд падает на погасший экран лэптопа.

Ну что же это?..

Прикрываю глаза. Слегка потираю веки.

Нужно собраться. Там работы не так уж и много. Большая часть уже готова была. Необходимо проверить, обновить кое-что на основе новой, недавно полученной информации. И все. Можно заканчивать.

Заставляю себя заняться делом.

Получается.

Ныряю в рабочие вопросы. О Джамале почти не думаю. Но в какой-то момент отвлекаюсь на звонок.

Телефон вибрирует.

Смотрю на экран и понимаю, что Джамал сам о себе напоминает.

Нервно закусываю нижнюю губу.

— Да, — отвечаю, приняв вызов. — Извини, я сейчас занята. Давай позже тебя наберу.

— Ты обедала, Варь?

— Нет, еще рано.

— Час дня — рано?

— Час? — выдаю, глянув на часы.

Накрываю затылок ладонью.

Что-то я увлеклась. Не заметила, как время пролетело.

— Я к тебе еду, — говорит Джамал. — Буду через несколько минут. Куда на обед хочешь? Рядом ресторан открылся. Давай сходим.

— Зачем ресторан? — вылетает у меня, прежде чем успеваю подумать. — Я столько всего наготовила.

После того, как Богдашу с ним проводила. И про обед позаботилась, и про ужин. Потом уже за работу села.

Сроки позволяли до конца недели закончить, но я решила не затягивать до последнего.

Ладно, не важно.

Теперь меня совсем не работа волнует, а то, что я сама приглашаю Джамала на обед. Это же именно так звучит.

А он и рад.

— Все, Варь, подъезжаю, — заявляет. — Сейчас поднимусь.