Горец. Его любовь

70

— Я бы хотела пригласить Катю на свадьбу, — говорю Джамалу. — Мы давно дружим. Она сильно мне помогла.

— Конечно, приглашай, — кивает он.

— Ты же понимаешь, что она не одна, — замечаю и внимательно наблюдаю за его реакцией.

Он спокоен.

В последнее время это всегда так. Настроение у него хорошее. Чувствуется. Это не игра, не попытка что-то скрыть и показать, будто дела идут лучше, чем есть на самом деле.

Такое впечатление, словно Джамал получает хорошие новости.

Нет, был один день, когда он оставался мрачен. И как не пробовал меня от всего оградить, что-то я все равно чувствовала. Но вот сейчас…

Я даже проверила, как там поживает Белоцерковский.

Ну «проверила» насколько могла в принципе что-то проверить о человеке такого уровня. Просмотрела новости в Интернете.

Мне высветилась свежая статья, что Белоцерковский вчера посетил благотворительное мероприятие, сделал щедрое пожертвование.

Если бы с ним что-то было не так, наверное, об этом бы хоть кто-то упомянул, но ничего тревожного я не обнаружила.

Боюсь, Джамал не оставит это все. И его хорошее расположение духа тревожит меня не меньше, чем тот день, когда он не мог от меня скрыть противоположное состояние.

Чувствую его. Кажется, наша связь только крепнет с каждым новым днем. И вот сейчас он удивляет меня снова.

— Понимаю, — говорит Джамал невозмутимо. — Пускай Дикий приходит.

Похоже, ему и на старые разборки теперь наплевать.

Дикого больше врагом не считает? Как все могло настолько резко поменяться? Или все дело в том, что разбирательство с Диким больше не в приоритете?

Есть другой враг. Гораздо более опасный и серьезный.

Вероятно, мои мысли отражаются в глазах.

Джамал усмехается и слегка приподнимает бровь.

— Что не так, Варь? — спрашивает.

— Ты легко соглашаешься, — невольно дергаю плечом. — На все. И вот даже Дикого готов пригласить, хотя в прошлую вашу встречу… да чуть не сцепились тогда. Я же помню, как вы друг на друга смотрели.

— Время прошло, — заключает невозмутимо. — У Дикого с Черным теперь общие дела есть.

Это же не ответ.

Но Джамал и сам все понимает. Поэтому пробует меня успокоить уже в следующий момент. Обнимает и привычным жестом перетягивает к себе на колени, прижимает крепче.

— Нет нам резона враждовать, — говорит он. — Сейчас выгоднее со всеми заключать сделки. Так влияние расширять. Это пацаны морды бьют. По молодости, по глупости. А взрослые люди вместе деньги зарабатывают.

Ну допустим, про Дикого он некоторое время ничего дурного не говорил. И как я в декрет официально ушла, так вообще вопросы возникать перестали.

Будто только моя работа у Дикого и не давала Джамалу покоя.

Но теперь напряжение спало.

Неужели с Белоцерковским тема тоже будет закрыта?

Джамал спокоен. Абсолютно. Разве был бы он настолько спокоен и уверен, если бы затевал что-то? Если бы планировал начать войну с настолько влиятельным противником?

До меня дошли новости о том, что с клиникой он «разобрался». И с тем врачом, который мне лгал. И со всеми, кто в этом участвовал.

Игорь Борисович на работу вернулся.

Справедливость восстановлена.

Значит, на этом Джамал остановится?

Может, я уже сама себя накручиваю на пустом месте. Скоро наша свадьба. Больше не хочу думать о плохом.