Истинная с коготками для дракона. Академия Лоренхейта

Глава 12

Иду я, иду… И понимаю, что явно не туда. Дорога казалась понятной, пока я шла по улице и ориентировалась на разные здания и, преимущественно, на большие часы ректорской башни.

Но как только я оказываюсь в корпусе, фраза «на третьем этаже малая практическая аудитория» становится просто пустым звуком. Потому что тут три лестницы, и у каждой — свой третий этаж!

Студенты снуют туда-сюда, кто-то спешит на занятия, кто-то просто болтает небольшими группками на ступенях. Останавливаю первого же встреченного парня с копной вьющихся волос и стопкой книг под мышкой.

— Привет! Скажи, где малая практическая аудитория?

Он бросает на меня рассеянный взгляд:

— Третий этаж? Вон по той лестнице, потом направо, потом через переход, и там налево.

Благодарю и следую указаниям. Поднимаюсь по указанной лестнице, нахожу переход… но налево там тупик с окном, выходящим во внутренний двор. Точно не аудитория. Ни практическая, ни теоретическая.

— Отлично, — бормочу себе под нос.

Возвращаюсь к изначальной точке и на этот раз спрашиваю у девушки с короткими рыжими волосами.

— А, это в западном крыле. Тебе нужно вернуться вниз, пройти через главный холл и подняться по правой лестнице.

Хорошо. Спускаюсь, иду через холл, поднимаюсь по правой лестнице… и оказываюсь в коридоре, который выглядит точно так же, как тот, до которого я дошла в прошлый раз. Как такое может быть вообще?

Снова спускаюсь на первый этаж и останавливаюсь возле группы студентов, оживленно обсуждающих что-то между собой.

— Никто не знает, где малая практическая аудитория?

— Западное крыло, третий этаж, — говорит один из парней, высокий блондин с насмешливым взглядом.

— Я уже там была! — не выдерживаю я. — Три раза! Но там нет аудитории!

— Так ты, наверное, через северный переход шла? — спрашивает девушка. — А тебе надо через западный! По коридору до конца, там в арку с гербом. Через нее и дальше прямо, — объясняет она.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не плюнуть и пойти спать. Тут десять тысяч шагов только в поисках аудитории находить можно! Магический мир, а не придумали никаких магических путеводителей.

Или, что вероятнее, мне о них не сказали…

Иду по указанному маршруту. Нахожу арку с гербом — на нем изображен грифон. Прохожу через нее, иду прямо… и упираюсь в дверь с табличкой «Склад потерянных вещей». Серьезно⁈

— Эй! Ты чего тут забыла? Потерялась? — передо мной возникает Мист.

— Знаешь, мне кажется, что если кто-то решит сбежать из академии, у него просто это не получится чисто из-за того, что он только и будет делать, что ходить кругами! — развожу руками я. — Я уже наверняка десять раз опоздала на занятие, а все никак не пойму…

— Куда ты делась, мелкая негодница? — мои возмущения перебивает голос Джонса.

— Я? — удивленно ахаю, не ожидая увидеть преподавателя в этом тупике «потерянных вещей».

Оглядываюсь в поисках Мист, но ее нигде нет. Хулиганка!

— Не вы, конечно, — Джонс раздраженно морщится и смотрит по сторонам, похоже, тоже в поисках своего Хранителя. — Нет, такая маленькая, полупрозрачная заноза в за… — тут до него доходит, что он разговаривает со мной, поэтому он одергивает себя и возвращает себе привычный собранный вид. — Студентка Уоткинс, вы заблудились?

— Нет, — автоматически отвечаю я, но тут же понимаю, как глупо это звучит. — То есть… возможно, немного.

Уголок его рта дергается в подозрительно похожем на усмешку движении:

— Немного? И это говорите вы, стоя в этом месте, явно далеком от любых аудиторий?

— Ну что вы от меня хотите? Признания? Что я не знаю, куда идти? Да в этой вашей академии сам чё… чёрный кот заблудится! — чуть не проговариваюсь я, потому что меня просто захлестывает досада и раздражение.

— При чем здесь черный кот? — Джонс удивленно наклоняет голову набок.

— А вы разве не знали, что именно у черных котов самые лучшие навигационные навыки? Они буквально вшиты в их подкорку, — продолжаю нести пургу я. — Кому, как не мне, кошке, об этом знать?

Профессор делает шаг ко мне, а воздух вокруг нас словно наэлектризовывается, когда он чуть склоняется, как будто чтобы что-то рассмотреть в моих глазах.

Мне. Надо. Следить. За словами.

Зрачок Джонса вытягивается в вертикальную полоску. И в этот раз мне уже не кажется, это точно именно так. И сейчас мне очень хочется…

— Кто вы? — произносится само собой.

Кажется, это должна была быть его фраза, потому что я слишком неаккуратна в своей речи. Но ведь лучшая защита — это нападение.

— Вы о чем?

Мой вопрос в мгновение рассеивает напряжение в атмосфере, и Джонс тут же выпрямляется и отходит на шаг. Как будто мой вопрос напугал его.

Значит, я права, и ему есть что скрывать? Интересно. Все же надо будет попытать Мист. Когда я эту непоседу увижу, конечно.

Но сейчас меня интересует кое-что другое. Его глаза и странные повадки.

— Вы же тоже оборотень, — говорю я. — Ведь я права?

Джонс заметно расслабляется, а на его губах появляется странная усмешка.

— Если вы и играете, то делаете это гениально, — говорит он. — Я дракон.

А вот тут приходит время напрягаться и терять дар речи мне. Дракон! Это такой огромный, огнедышащий и обожающий жрать рыцарей?

— А… Оу… — выдаю я что-то нечленораздельное.

— Я рад, что смог лишить вас речи. Судя по тому, какие слухи ходят про вашу стычку с кланом в столовой, это сделать достаточно сложно, — замечает Джонс, заставляя меня краснеть. — Идемте, я провожу вас к аудитории. Мне не очень хочется быть наставником студентки, которая не знает, что такое прийти на занятие вовремя.

Мы немного возвращаемся обратно, делаем два поворота и проходим по третьему переходу. Тому, через который я ещё не ходила. Ну как вот так⁈

В итоге мы действительно оказываемся перед двустворчатыми дверями в аудиторию.

— Надеюсь, в этот раз вы никого не обольете водой, — на прощание после моего «спасибо» себе под нос, говорит Джонс и уходит.

Я стою, рассматриваю помещение и теряюсь от мысли, что если это малая аудитория, то какой же тогда будет большая?

Зал, как две лекционные аудитории в моем старом университете, потолки, расписанные какими-то боевыми сценами, неизвестными мне, даже колонны и небольшой постамент для преподавательского стола.

Кроме него здесь еще десять учебных столов, на которых сейчас парень, то ли старшекурсник, то ли какой-нибудь аспирант, расставляет штативы с подвешенными на них перьями. Он аккуратно проверяет все нити, складывает лишние перья обратно в большую стеклянную банку и скрывается вместе с ней за большой белой ширмой, отделяющей дальнюю треть аудитории. Видимо, там что-то типа лаборантской.

— Кэтти! И ты тут⁈ — слышу я знакомый оклик.

— Майла? Тебя тоже выписали? — удивленно спрашиваю я, когда вижу свою недавнюю соседку по палате.

— Да! Мне сказали, что никакой бессонницы у меня нет и запретили читать про попаданок, — девушка забавно морщится. — Как будто меня их запрет остановит.

— А почему ты тут? Здесь же вроде бы только самые начинающие должны быть?

— У меня всегда было плохо с магией, так что я этот курс прохожу уже третий раз, — улыбается Майла, нисколько не смущаясь того, что у нее что-то не получается.

Я бы уже, наверное, сгорела со стыда и списала себя в утиль. С моим стремлением освоить все и сразу столько раз проходить один курс и особо не иметь успеха стало бы трагедией.

— Кстати! — она хватает меня за руки. — Я слышала, как ты уделала Вернона с его невестой! Это улет!

— Эм… с кем?

— Ну с его невестой, Клариссой Крамер, — говорит Майла, а до меня доходит, что это она про блондинку. — Такая заносчивая и злопамятная особа… Ты бы ей дорогу лучше не переходила.

Я вздыхаю и качаю головой:

— Чтобы не переходить никому дорогу, нужно просто лечь и лежать. Да и тогда кому-то все равно помешаешь.

Майла смеется, мы болтаем ни о чем, а потом в аудиторию входит преподавательница — стройная светловолосая женщина. Она рассказывает нам, как именно нужно направлять магические потоки, что и в каком месте чувствовать, а потом дает задание — постараться чуть-чуть отклонить перо плетением потока воздуха.

Сложность состоит именно в регуляции силы потока. Особенно для меня, ведь я даже понятия не имею, как чувствовать эту самую магию в себе.

Видимо, преподавателю сказали обратить на меня особое внимание, потому что она подходит ко мне отдельно и еще раз повторяет задание, отдельно остановившись на конкретизации ощущений.

Я должна ощутить тепло во всех частях тела и перемещение этого тепла, как потока к кончикам пальцев. Но при этом не дать этому потоку сорваться в полную силу. Потихоньку, дозированно.

— Сосредоточьтесь! Пальцы сложены в знак «потока». Мысленно представьте себе легкий бриз… — она немного поправила мои руки, направленные на перо, подвешенное на веревочке.

Я действительно чувствую, как внутри что-то откликается — странное, теплое и пульсирующее. Я подобное уже чувствовала, когда пыталась «вытереть пыль» в комнате.

«Только легкое колебание…» — прошу я сама себя.

Но стоит мне даль волю магии, чуть-чуть спустить ее с кончиков пальцев, как она прорывается неконтролируемым потоком, подхватывает все перья на всех штативах и закручивает их в мощном потоке воздуха.

И если бы только этим все ограничилось! Несмотря на все мои попытки остановиться, бриз явно превращается в ураганный ветер, который в итоге сносит просто все штативы, сдвигает столы… роняет ширму и почти сразу стихает.

Зато нам открывается весьма интересное зрелище: та самая блондинка, Кларисса Крамер, невеста моего единокровного братца, целуется с парнем-лаборантом.