Избранная для опасных ректоров

22

Теина

Талис ещё несколько мгновений смотрит на меня, потом выдыхает и отступает на шаг.

— Не здесь. Не сейчас, — отвечает, заправляя прядь мне за ухо. — Завтра. Я зайду на твое занятие с Корианом.

У меня сердце почему-то колотится в горле. И дело не в страхе или волнении. У Талиса такая мощная энергетика, что рядом с ним просто невозможно не возбуждаться.

— Отдыхай, Теина, — добавляет он мягко и тихо.

Разворачивается и уходит. А я смотрю ему вслед, провожая взглядом мощную спину, и утихомириваю взбешенный пульс.

Я прячусь в своей инсуле, принимаю душ, ложусь в кровать и пытаюсь заснуть. Внутри мечтательно порхают бабочки, пока я не вспоминаю о Меларии Сетт, с которой мне предстоит встретиться завтра. Настроение кислеет.

Я разблокирую планшет и завожу будильник на два часа раньше подъема. Позанимаюсь до начала дня.

Просыпаюсь с трудом, но сразу встаю. Принимаю короткий душ, чтобы взбодриться, и сразу сажусь за планшет. По расписанию сегодня снова Основы дипломатических переговоров с Меларией Сетт и Законы военного положения с неким Локусом Тренном.

Законы военного положения не открываю, вчитываюсь в лекции по дипломатическим переговорам. Голова пухнет, но какие-то знания оседают. Я уже не буду совсем беспомощной на паре, если фалькор Сетт снова решит меня распять у доски.

В восемь утра выхожу в столовую, завтракаю и в состоянии легкого мандража направляюсь на лекцию к Меларии Сетт. Она сегодня такая же строгая и злая. Я невольно ёжусь, глядя на неё. Она окидывает зал цепким взглядом и снова останавливается на мне, будто она недовольна моим присутствием, но сегодня она меня не трогает. Начинает читать лекцию.

После самостоятельной подготовки я лучше воспринимаю информацию. Даже почти все понимаю.

Занятие с Локусом Тренном проходят в другом зале, но он по обстановке почти не отличается от предыдущего. Чуть меньше, разве что, но все пятьдесят с небольшим человек потока размещаются в нем без проблем.

Фалькор Тренн, в отличии от Меларии, только в начале занятия отмечает новое лицо — меня, но не вызывает к доске и не растирает в порошок.

Этот день на занятиях проходит для меня относительно спокойно. И дисциплина «Законы военного положения» оказывается куда проще, чем Основы дипломатических переговоров. А может, фалькор Тренн рассказывает более простым языком… Но я понимаю все! И выхожу из лектории окрыленной, с надеждой, что и с Меларией я однажды подтяну все хвосты.

До тренировки с Корианом я занимаюсь в комнате. Штудирую лекции, которые мне дала Сарина. В какой-то момент в дверь стучат. Я иду открывать без задней мысли, но на пороге никого нет. Только небольшая коробочка на полу. Поднимаю. Симпатичная, блестящая, но будто герметичная. Верчу в руках, оглядываюсь в поисках неизвестного дарителя — никого. Может, у меня появился тайный поклонник?

Возвращаюсь к планшету, коробочку ставлю на стол, но больше не притрагиваюсь. Потом. Не хочу отвлекаться от учебы.

Без пяти минут пять выключаю планшет, быстро переодеваюсь в спортивное и вылетаю из инсулы. Вбегаю в зал ровно к пяти. Кориан уже внутри.

— Вовремя, умница, — говорит мягко. — Сегодня начнем с повторения вчерашнего материала.

Он снова завязывает мне глаза, и повторяется ровно то, что было вчера. На этот раз я безошибочно определяю его местоположение и каждый раз идеально нахожу, как только он появляется рядом.

Аура Кориана ощущается как пульсирующее тепло, точно светящийся греющий шар. Чем он ближе, тем больше тепла ощущается на коже. Вчера мне это казалось мурашками, а сейчас я уже более четко определяю ощущения.

А потом щелкает дверь, и в зале появляется ещё одна аура. Ледяная. Я догадываюсь, что это пришел Талис.

Тишина становится более плотной. Я прислушиваюсь к ощущениям. Жаркий шар стоит на одном месте, вдалеке. Ледяная глыба приближается со спины. Шагов не слышно, но когда на коже становится очень холодно, я поворачиваюсь и… ловлю ладонями стальную грудь Талиса. Нос улавливает его запах. Он будто морозный, более свежий, чем от Кориана, который пахнет тропиками. Но его аромат такой же исключительно мужской, терпкий, который оседает в легких и колется на кончиках пальцев.

— Впечатляет, Теина, — произносит Талис, и его ладонь накрывает мою. — Ты всё ещё хочешь попробовать?

Все мои мысли мгновенно выстраиваются в одном направлении — ответить «Да». Максимум, что может пойти не так — ничего не произойдёт. Он просто не почувствует облегчения, и всё. А если получится… значит, ему хотя бы будет приятно.

Я киваю.

Талис мягко сжимает мои пальцы и направляет ладонь к молнии на вороте формы. Собачка чуть холодит кожу, пока я расстёгиваю китель — и тут же ещё плотнее вдыхаю запах его кожи. Чистый. Мужской. Под ним — медленно тлеющее пламя. Оно не обжигает, но зовёт.

Моя ладонь дрожит, когда я касаюсь его груди. Под пальцами — быстрый, тяжёлый пульс. Талис втягивает воздух. Глубоко. С шумом. Его грудная клетка поднимается, будто он держал себя взаперти, и только сейчас выпустил.

Я хочу ещё сильнее прижаться, но в голове пульсирует тревожная мысль — а не слишком ли это?

Я пытаюсь убрать ладонь, но пальцы Талиса на моем запястье держат крепко. Он не даёт мне уйти, но держит мягко. Ласково.

— Не убегай, — шепчет он, — ты же сама предложила.

И в этот момент кто-то касается моего второго локтя. Это не Талис. Я замираю.

Горячая ладонь, широкая, знакомая. Её не спутать ни с чем. Сердце сбивается с ритма, когда Кориан поднимает мою руку и медленно прижимает к своей шее. Его кожа — огонь. Аромат — как буря в джунглях.

— Это божественно, — не скрывая наслаждения выдыхает он.

— Невероятно, — добавляет Талис сдержанно, но его голос хрипнет.

Кориан сзади обнимает меня за талию, тянет к себе, наклоняется к уху:

— Как ты себя чувствуешь, Тея? — спрашивает мягко, даже нежно.

У меня колени дрожат, в бедрах застыла тягучая истома. Я почти не дышу. Чувствую спиной его стояк — твёрдый, горячий. Сердце колотится в горле, а тело молится только об одном — чтобы они не останавливались.

— Всё хорошо… — выдыхаю, но голос срывается на выдохе.

Вторая пара рук касается моих бедер, скользит вверх к талии, к животу, по груди переходит на ключицы, к шее.

Я больше не чувствую себя целой. Я — между ними, я — внутри них. Хочу, чтобы они взяли меня прямо здесь. Но в душе поднимается протест. Так неправильно. И очень стыдно за наслаждение, которое дарят мне их прикосновения.

— Я… это, наверное… не стоит… — бормочу неуверенно.

— Ты дрожишь и пахнешь желанием, — рычит Кориан тихо, в самое ухо. — Не лги себе. Ты хочешь этого. Нас. Сейчас.

Талис не говорит. Просто одной рукой держит мой затылок, а губами касается шеи. Медленно. Почти мучительно.

— Её поле не отторгает, а пульсирует, — произносит он глухо, явно не мне. — Это больше, чем просто возбуждение.

Я не успеваю осознать, что он имеет ввиду. Его губы жадно целуют мои. Язык проталкивается в рот, щупает, завоевывает. Кориан целует меня в шею сзади. Поцелуй нежный, долгий, горячий, переходящий за ухо.

Внутри ураган. Голова кружится от мощи этих мужчин, от их властной ауры, от их мягкого, но неуклонного напора.

Из груди вырывается первый стон. Я плавлюсь в их ауре без каких-либо сил к сопротивлению.

Я сжимаю кулаки, пытаясь взять себя в руки, но не могу оттолкнуть их. Ни губ, ни ладоней, скользящих под майку. Только тёплая дрожь и невозможность думать.

Пальцы Талиса снимают с меня топ, а ладони Кориана делают то же самое с брюками. Если я хочу это остановить, сейчас — последняя возможность.