Избранная для опасных ректоров

38

Теина

Я едва дышу. Он подходит ближе. Его пальцы уверенно, почти профессионально, прикасаются к коже рядом с датчиком на бедре. Талис медленно выводит подушечками причудливые узоры, поднимаясь все выше.

Пульс на голограмме подскакивает до ста двадцати, и я отворачиваюсь. Это так странно, видеть фактическое подтверждение собственного возбуждения, будто тебя выворачивают наизнанку.

Но пальцы Талиса проводят по полоске трусиков, которая уже влажная, и с губ сам срывается слабый стон.

— Ты очень отзывчивая, Теина, — хрипло шепчет он. — Дай себе получить наслаждение. Тест не будет пройден, пока ты не достигнешь оргазма.

Я закрываю глаза, концентрируясь на ощущениях.

О боги, как это сладко! Мне и стыдно, и настолько хорошо, что голова кружится от возбуждения.

Талис исключительно деликатный, его пальцы нежно ласкают меня сквозь трусики.

По телу ползут горячие мурашки. Меня охватывает мелкая дрожь. Ложемент из гелопласта пружинисто подпирает спину и даже будто не дает сдвинуть ноги.

Мое дыхание становится тяжелее, стоны сами вырываются из груди, и я закусываю губу.

— Ты невероятно красива, когда возбуждена, Теина, — рокочет Талис. Вторая его рука ложится на грудь, нежно сминает, и под его пальцами соски тут же твердеют. — Отпусти себя. Не сдерживайся.

Его дыхание тоже становится ощутимо тяжелее, а аура наполняется желанием. Сдерживаемым, но невероятно сильным.

Он ловко забирается пальцами под трусики и принимается ласкать уже по голой коже. Там все мокро и скользко. И горячо. Каждое его движение вкачивает в мозг новую порцию эндорфинов.

Бедра начинают дрожать. Талис будто точно знает, как мне надо. Идеально чередует проникновения и ласки снаружи. Кружит подушечками вокруг самой чувствительной точки.

— Кончи, Теина, — вдруг приказывает он с глухим рыком. Не агрессивно. Страстно. — Сейчас.

Я не вижу, но чувствую его напряжение, его желание витает в воздухе, жжется на коже, он до предела возбужден.

— Я хочу тебя… — выдыхаю хрипло, уже почти на грани оргазма.

— Я тоже тебя хочу. Очень, — хрипло отвечает он, в очередной раз проникая в меня пальцами. Делает несколько глубоких толчков. — Но до ритуала мы уже не можем заниматься любовью.

Я взрываюсь от воспоминаний о том, как это было. С глухим сорванным криком. Слезы выступают в уголках глаз.

Меня сотрясает крупная дрожь. Дыхание рвется. А внутри все сжимается и разжимается в неровном ритме.

Я открываю глаза. Зрение медленно возвращается в норму, взгляд всё ещё затуманен. Мограю, переводя дыхание.

— Ты молодец, справилась, — выдыхает Талис. — Пик возбуждения зафиксирован.

Он убирает руку и вытирает пальцы салфеткой.

— Принести тебе воды? — спрашивает он ласково. — Нам нужно провести этот тест ещё два раза.

У меня бедра сводит от этих слов. Почему-то я чувствую себя чересчур вымотанной. Хотя это не очень удивительно, оргазм, который я испытала, был… очень мощным. Выматывающим.

— Я… кажется, мне нужен отдых, — выдыхаю.

— Давай отнесу тебя в каюту восстановления. Там ты быстро придешь в себя. — Талис сам застегивает на мне больничную робу и поднимает с ложемента.

Я безвольно утыкаюсь лицом в его мощную грудь, и он выносит меня из лаборатории.

В комнате восстановления он набирает мне ванну, только не водой. Состав в углублении голубой и слегка светится. И пахнет чем-то лечебным.

Талис не раздевая помещает меня в эту жидкость, и она обволакивает тело, как желе.

— Я вернусь за тобой через полчаса, Теина, — он мягко гладит меня по волосам и выходит.

А я сама не понимаю как погружаюсь в сон. Почти мгновенно.

Просыпаюсь от нежного поглаживания по щеке. Открываю глаза и сталкиваюсь с взглядом голубых глаз Талиса.

В теле значительно прибавилось сил, и я сразу сажусь, предполагая, что роба промокнет и будет тяжелой, но жидкость не впиталась ни в неё, ни в волосы. Я в шоке поднимаю руку — и она тоже сухая!

— Не удивляйся. Это не вода. Лечебная субстанция только выглядит жидкой, — поясняет Талис, протягивая мне протеиновый батончик. Рядом на подносе я замечаю прозрачный чайник с чем-то зеленым внутри. — Восстанавливай энергию, и продолжим.

Отвар, который принес Талис, тоже пахнет какими-то травами. Протеиновый батончик сладкий до невозможности. Специальный. С высоким содержанием глюкозы.

— Здесь все подготовлено для таких исследований? — интересуюсь, допивая горячий напиток.

— Для любых исследований, и таких в том числе, — отвечает Талис. — Закончила? Идем.

Всё повторяется почти в точности, как в первый раз. Талис нежно и настойчиво ласкает меня пальцами, касается груди, обводит соски, целует в губы. И я снова получаю невероятный оргазм. Такой, что перед глазами темнеет.

На этот раз я не удерживаюсь и, кое-как отойдя от всплеска эндорфинов, спрашиваю:

— Это… это гораздо острее, чем было раньше. Что со мной происходит?

— У тебя усилилась чувствительность, — говорит Талис, глядя на экран, потом подходит и уже привычно снимает меня с ложемента. — Порог необходимого возбуждения снизился, а амплитуда выросла почти на двадцать процентов.

— Это… плохо? — шепчу я ему в грудь, всё ещё ловя тягучую истому в теле.

— Это естественно, — спокойно поясняет он. — Истинная связь усиливает нервную проводимость. Мы ещё не провели ритуал, но твой организм уже начинает адаптироваться. Подстраивается.

— Под кого? — переспрашиваю.

— Под нас, — Талис улыбается, занося меня в каюту восстановления. — Ты становишься… настроенной на нас. На наши прикосновения, голос, запах. Это и есть калибровка. Биохимическая подготовка к слиянию.

Он укладывает меня в ту же ванную, наклоняется и почти касается губами уха:

— Ты становишься нашей даже телом. Не только решением.

Тепло восстанавливающей субстанции снова расслабляет меня до состояния такого же киселя.

— Приходи в себя, Теина, — слышу уплывающим в дрему сознанием. — Остался ещё один тест, и я передам тебя Кориану.

В третий раз всё повторяется с идеальной четкостью.

— Ты не представляешь, Теина, насколько я тебя хочу, — в какой-то момент шепчет Талис, облизывая и прикусывая мой сосок сквозь ткань топа. Его пальцы безжалостно терзают меня между ног, поднимая к вершинам наслаждения. Я выгибаюсь ему навстречу с громким стоном. — Ты пахнешь, как живой грех. Твой аромат сводит с ума. Будит внутри дикую, неконтролируемую жажду обладать.

И только от этих слов меня охватывает третий оргазм. Невыносимо жаркий, болезненно острый. Я хрипло кричу. Крупно дрожу в руках Талиса и совершенно без сил распластываюсь по ложементу.

Снова оказавшись в ванне с ароматным желе, я засыпаю, но в голове пульсирует уже слегка пугающая мысль о том, что эти тесты продолжит Кориан.