Избранная для опасных ректоров

4

Теина

Я не понимаю, шутит он или всерьез. Он приближается, и я забиваюсь в угол.

— Не надо, пожалуйста! — Вскидываю руки. — Его нельзя снимать! Это меня убьет!

Темный не останавливается.

— Талис, нашел, что проложить?

Светлый молча берёт с подноса длинную сервировочную вилку из керамометалла, ломает её пополам и кидает половинку другу. Тот ловит и, подойдя вплотную, разворачивает меня к себе спиной.

— Подожди… те! — я уприраю руки в стену, но дергаться уже боюсь.

— Малышка, тебе ничего не угрожает, — говорит он бархатисто.

Я перестаю сопротивляться, потому что в тайне надеюсь, что у него получится снять с меня рабское украшение.

Холодный керамометалл касается моей кожи на седьмом шейном позвонке. Там электрод. Умно. Только вот как он собирается вскрыть ошейник?

— Сталь усиленная, — замечает светловолосый, так и сидящий за столом.

— Я вижу, — бросает темный, что-то делая с ошейником голыми руками.

Металл вдруг издает хруст, скрип и с треском лопается, как старый хомут. Сантиметр стали в сечении!

Я уже была готова, что меня шарахнет током, но ничего! Только тёплая ладонь на моей шее и тяжёлое дыхание на коже плеча.

Я поворачиваюсь. Кориан держит в руке разломанный ошейник. Бросает его на пол.

— Ну, — говорит он. — И ведь не страшно было?

— Страшно, — сиплю я. — Спасибо.

— А теперь сядь и поешь, — добавляет он. — Я вижу голод в твоих глазах, когда ты смотришь на мясо.

Я киваю и снова вспыхиваю. Не думала, что это так заметно.

Сажусь за стол, беру приборы, отрезаю кусок оконта. Кладу в рот и едва не стону от удовольствия.

Я не помню, когда мне последний раз доводилось его есть. Марв, здешний шеф, давал мне кости, когда вываривал, чтобы снять с них мясо. Вареные остатки оконта все равно были вкусными.

— Пей вино, — Кориан придвигает мне бокал.

— Я не пила до… — мое возражение сдувается под взглядом Талиса.

Я подчиняюсь. Чокаюсь с ними и делаю глоток. Первый в своей жизни глоток вина.

Вкусно до мурашек. Оно больше напоминает сок. Я смотрю на этих пугающих мужчин и начинаю успокаиваться.

— Не кормят тебя тут? — спрашивает Кориан, отодвигая пустую тарелку.

— Кормят, — отвечаю прожевав. — Кашей и соей.

Талис, светлый, фыркает.

— А работаешь кем, если не с клиентами? — обтекаемо интересуется второй.

— Всем неквалифицированным. Уборщица, прачка, посудомойка, — перечисляю, сглатывая горький ком в горле. — Что Тиса скажет, то и делаю. Лишь бы скопить денег.

— Для чего тебе деньги? — с искренним интересом продолжает меня расспрашивать темный.

Я думаю несколько мгновений. Если рассказать о своей мечте, она не сбудется. Это проверено. Но с ними хочется поделиться. Будто это мой последний шанс кому-то сказать о сокровенном.

— Я хочу сбежать с Унуара, — произношу чуть пьяно, но кристально честно. — У меня есть половина суммы. Осталось всего девять тысяч кредитов собрать.

— А как собиралась устроиться, когда сбежишь? — подает голос светловолосый, подливая мне вина. — Ты ведь тут… с детства?

— Да, с девяти лет, — киваю. — Но я училась. Читала книги, которые могла достать. Я владею программой школы — минимум!

Наверное, я вру. Я не знаю, что проходят в школе. Но знаю точно, что справлюсь, если мне позволят учиться дальше.

— Умная, упрямая, — Кориан поднимает свой бокал, смотрит поверх него прямо на меня. — Я уважаю эти качества.

Вино в голове уже приятно шумит. Движения становятся плавными. Моя порция оконта закончилась, я отодвигаю тарелку и чувствую головокружение.

— Пойдем, — говорит Кориан.

Мне уже не страшно. Я не боюсь их. В какой-то мере они мне даже нравятся. Суровые опасные здоровяки. Красивые до безобразия. И настолько же загадочные.

Я поднимаюсь, и меня ведет. Кориан подхватывает меня под локоть, не давая упасть.

— Все хорошо, все нормально, — тут же комментирует. — Так и должно быть.

Я делаю ещё шаг и повисаю у него на плечах. Ладонями ощущаю упругость его мышц и гладкость кожи. Он вдруг меняется в лице.

На нем проступает благостное расслабление, а потом взгляд снова становится цепким, острым. Недоверчивым.

— Что ты сделала? — спрашивает он.

— Н-ничего. — Я мотаю головой, и комната пляшет.

Кориан кивает и подхватывает меня на руки. Несет к кровати.

Сердце подскакивает к горлу, начинает биться как умалишенное.

— Вы всё-таки собираетесь… ну это… — лепечу пьяным языком.

— Нет, малышка, — отвечает он, укладывая меня на мягкий матрас. — Отдыхай.

Я вспоминаю об аксунах и горестно выдыхаю

— Тиса скормит меня рыбам, — скулю почти про себя. Понимаю, что сейчас вообще ни на что не годна. Я ведь даже не понимаю, зачем они меня напоили.

— Никто тебя пальцем не тронет, — глухо раздается над ухом. — Просто поверь.

Я не верю, но у мозга и тела не осталось сил функционировать. Я просто проваливаюсь в сон.