Измена. Ты больше не моя

Глава 35. Все мое

Варвара

— Да ты с ума сошел! Поставь меня немедленно! Что за упертый мужик?!

Булат бросает меня на кровать и нависает сверху:

— Тихо, — командует сурово и снова целует.

Он зацеловывет мои отвыкшие от поцелуев губы. Мне едва хватает воздуха, голова кружится.

Дергает за завязку на халате, и полы расходятся, а под халатом у меня ничего нет.

В домике мало света, горит керосиновая лампа, разгоняя по углам тени. Булат замирает, кладет руку на мою шею и ведет вниз — по груди, животу, бедрам, до самых коленей.

Совершенно бесстыдно дрожу под ним. Хочется, как кошке течной, потереться об него, выпросить большего.

Булат опускает голову, быстрыми касаниями зацеловывает шею, грудь, втягивает в рот сосок. Шиплю от удовольствия, стоны не сдерживаю. Зачем? Кто нас тут может услышать?

Все тело становится каким-то вязким, теряет единую структуру, я словно расплываюсь под мужчиной. Живот горит, между ног пульсирует. Не сдержавшись, просовываю руку и кладу на клитор.

Булат отводит ее и поднимается к моему лицу:

— С ума меня свести хочешь? — а голос пьяный-пьяный, хотя не пили совсем.

— Булат, я не могу, — мотаю головой по подушке.

Сколько раз я представляла — каково это было бы с ним? Так же точно лежала в ночи и смотрела в потолок, пошевелиться боялась.

И вот он рядом, и все мои тормоза срывает.

Мне очень нужен этот мужчина. Был нужен тогда, нужен и сейчас.

И да, я не знаю, что будет потом, когда ему придется уехать. Но если он позовет — пойду за ним. Вот это уж точно. Даже без сомнений.

— Это все мое! — как одержимый произносит Булат и опускается ниже, между моих ног.

— Что? — округляю глаза. — Не надо! Бу… лат, — откидываюсь на подушки с открытым ртом, не дышу.

Ощущения выбивают почву из-под ног, тело сводит судорогой.

Удовольствие клубится, нарастает, плавит разум. Из глаз брызгают слезы.

Потому что это слишком для меня. Потому что я никогда не испытывала такого, я совершенно теряюсь. Где я? Кто я?

Булат поднимается выше, оставляя дорожку влажных поцелуев, и совершенно пошло шепчет мне на ухо:

— Ты такая вкусная, — и улыбается, будто насытился чем-то.

— Господи. Перестань! — закрываю пылающее лицо, но Булат отводит обратно мои руки.

— Варь. Смотри на меня.

Послушно поднимаю глаза и смотрю на мужчину. А он тем временем медленно входит в меня, растягивает. Я округляю глаза:

— Ох…

— Я едва держусь, Варь, — я правда вижу, как ему тяжело.

И благодарна ему за это, потому что он большой, а у меня сто лет секса не было, не хочу, чтобы было больно.

Он двигается, с каждым толчком погружаясь все глубже и глубже. Я хватаюсь за его плечи, сама льну к нему. И он целует меня. Слизывает соленые слезы с моих щек.

— Больно, да, девочка? — спрашивает встревоженно.

— Нет, — мой голос садится. — Идеально.

И он улыбается широкой белозубой улыбкой, вколачиваясь сильнее.

Мои волосы прилипают к лицу, губы пульсируют, сердце выскакивает. Пошлые звуки и стоны слышны на весь дом.

Прости, Прасковья, что осквернили твой дом, но как иначе? Булат нужен мне как воздух или гравитация. Я чувствую, что в нем мое спасение. Не знаю, от кого. Не знаю, от чего. Он просто нужен мне.

Яркие вспышки заставляют тело дрожать. Со мной никогда такого не было. Это даже не оргазм — освобождение.

Булат падает рядом со мной. Я очень боюсь, что он отстранится, но куда там. Он переворачивает меня на бок, притягивает к себе, обнимая со спины, даже ногу на меня закидывает.

— Как же я скучал по тебе, Варенька, — произносит мне в затылок. — Столько лет… каждый день… все мысли о тебе. Не пущу тебя никуда больше, слышишь? Моя.

И снова зацеловывает, повторяя: моя, моя, моя.

А я растеклась, да. Доверилась, обнажилась.

И его слова про то, что «столько лет»… я тоже знала. Где-то в самой глубине души, в самой черной ее части — знала, да. Забивала поглубже все время эти мысли, а сейчас вот позволила себе признать.

Слов любви никто не произносит, но ведь они видны как на ладони, да? И не нужны они вроде, и так все ясно.

Или… нужны?