Книжный бойфренд

32

ВЭЙЛ

Я так и знал. Ее страх привел ее именно туда, куда я хотел — прямо в мои объятия. Чувство победы наполняет меня, когда я бесшумно отступаю от окна и растворяюсь в ночной темноте. Мое убежище находится неподалеку и идеально подготовлено для этого момента.

— Мне так жаль, моя королева, — шепчу я, почти ласково, возвращаясь обратно. — Но эта мера была необходима. У меня не было выбора. Я должен был убедиться, что тебе нужна моя помощь…

Меня пронзает легкое сожаление, когда я вспоминаю ее испуганное лицо в тот момент, когда она поняла, что не одна. Что я здесь. Мне жаль — пусть даже чуть-чуть. Но я ничего не могу с этим поделать. Это необходимо. Неизбежно. Она должна понять, что я единственный, кто может по-настоящему ее защитить.

Оказавшись на месте, я медленно снимаю маску и несколько мгновений смотрю на нее. На меня в ответ глядит пустое, холодное лицо. Странное чувство пробегает по коже — не страх, а удовлетворение. Я аккуратно кладу маску туда, где ее никто не найдет, и позволяю тишине окутать меня.

Я жду. В глубине души я знаю — все идет по плану. Она отреагирует. Но время тянется.

И вот наконец это происходит. Мелодия моего телефона разрывает тишину. Я даю ему прозвонить пару раз, прежде чем ответить, стараясь говорить максимально спокойно: — Алло?

— Вэйл? — От ее голоса у меня бегут мурашки. Когда она произносит мое имя… Боже, вот что такое рай.

— Розмари? Все в порядке? — невинно спрашиваю я, будто не в курсе, отчего она сейчас напугана.

— Вэйл… ты можешь… — всхлипывает она. Ее дрожащий голос — мелодия, которую мне хочется слушать ежедневно.

— В чем дело? Почему ты плачешь?

— Ты можешь приехать ко мне, пожалуйста? Я… У моего окна стоял мужчина, — говорит она, и в ее голосе слышится неподдельный страх.

— Что? — в моем тоне звучит больше удивления, чем я чувствую на самом деле. — О чем ты говоришь?

Внутри меня теплится некое подобие сожаления, но я отбрасываю эти чувства. Мне необходимо, чтобы Розмари нуждалась во мне.

— Пожалуйста, приезжай. Мне страшно, — шепчет она.

— Хорошо, — отвечаю я, стараясь звучать успокаивающе. — Проверь, чтобы все двери были заперты. Я скоро буду, обещаю.

— Прошу, поторопись, — умоляет она перед тем, как мы оба завершаем звонок.

Легкая улыбка касается моих губ.

Вот видишь, Розмари? Я тебе нужен. Ты хочешь, чтобы я был рядом и защищал тебя. Иначе зачем бы ты позвонила мне, а не в полицию? Потому что ты мне доверяешь. В глубине души ты знаешь — я тот, кто никогда не предаст.

Она верит, что я пройду ради нее через огонь и не сгорю. Именно это я и намерен сделать.

Ей нужен был сталкер? Она его получила.

Она мечтала о герое, который защитит ее от монстров?

И это она тоже получит.

Вот только этот герой — и есть монстр, готовый оградить ее от чужих взглядов, прикосновений и слов. Я — и то, и другое. Тот, кто защищает, и тот, кто никогда не отпустит.

Я неторопливо толкаю мотоцикл по дороге, пока не убеждаюсь, что она не услышит рева мотора. Лишь тогда завожу его и направляюсь в противоположную сторону.

Пока я пробираюсь сквозь ночную тьму, одна мысль затмевает все остальные — она. Я уже представляю, как она лежит, дрожа в моих объятиях, как ищет утешения и защиты, желая, чтобы я укрыл ее от всего этого зла. И именно это я намерен ей дать. Никто и ничто не приблизится к ней слишком близко пока я жив. Я готов на все ради нее: убить, умереть, выживать.

Но я не буду единственным, кто испытывает подобные чувства. Нет. Розмари растворится во мне так же, как я растворяюсь в ней. Когда она закроет глаза, я буду единственным, кого она увидит. Когда ее рука коснется ее киски, она будет желать моих прикосновений. Она полюбит меня настолько сильно, что не сможет прожить без меня ни мгновения.

Это неизбежно — другого пути нет.

После нескольких кругов по одной и той же дороге, словно неприкаянный бродяга, я наконец завожу мотоцикл на ее подъездной дорожке. Едва она слышит рев двигателя, как тут же открывает дверь.

Она ждала меня с таким нетерпением. В ночной темноте я различаю лишь силуэт ее тела, но это еще не все. Я чувствую ее облегчение — именно этого я и добивался.

Я нужен ей, она жаждет меня.

Снимаю шлем и слезаю с мотоцикла. Теперь она наконец понимает: я — единственный, кто по-настоящему рядом, кто поддержит ее, когда все рушится.

Единственный, кого она когда либо будет желать.