«Аромат любви» от сударыни-попаданки

Глава 41. Первый шаг

Варя

Аделаида мне сразу понравилась. Красивая, статная, голос чудесный. Я действительно была в восторге от оперы и вообще от театра, в котором мне так и не удалось побывать в моём времени. Когда приехала в столицу, стало совсем не до культурной жизни: учёба, работа, опять же парфюмерия отнимала много времени. Да и билеты в Большой театр стоят совсем недешёво.

Познакомившись ближе с певицей, я мысленно поблагодарила вселенную за то, что Скомпская оказалась молодой и прехорошенькой. Дело осталось за малым — уговорить приму стать лицом нашего бренда.

Аделаида принюхалась к платочку, который я ей дала, посмотрела на меня, потом на Островского, не торопясь выдать вердикт. Я уже хотела сказать: «Ну что вы медлите?», как она меня опередила.

— Очень необычный аромат, с запахом пудры и… фиалки? — певица явно решила набить себе цену.

— Мы хотим назвать этот парфюм «Примадонна» в вашу честь, Аделаида Юлиановна, — выдала я, натянув улыбку.

— Спасибо, польщена, — она снова принялась нюхать платок и замолчала.

— Если вас не устраивает сумма в тысячу рублей, мы готовы предложить больше. Только скажите, — супруг решил повысить ставки. Молодец, чует, чего добивается Скомпская.

— Две тысячи, — тут же откликнулась певица, не раздумывая.

— Делия, побойся бога, — встрял в наш разговор Холодов и выразительно посмотрел на женщину. — Этот контракт также выгоден и для тебя. Твои портреты будут чаще мелькать в газетах и журналах, люди будут говорить о тебе.

— Ах, Савва, умеешь ты уговаривать, — она жеманно повела плечом. — Полторы тысячи, думаю, вполне хватит.

— Согласен. Значит, заключаем договор? — улыбнулся Александр.

— Да. Мне нравится ваш о-де-колон, — она свысока взглянула на Островского. — Ничуть не хуже, чем от Брокара, и даже в чём-то лучше. Мягкий, цветочный, как я люблю.

— Замечательно, — я едва сдержала вздох облегчения, но решила сразу предупредить женщину. — Только имейте в виду: если решите расторгнуть контракт до истечения срока, вам придётся выплатить нам неустойку в десятикратном размере вашего гонорара.

— Буду иметь в виду, — хмыкнула она. — Оставьте свою карточку, мой помощник завтра же свяжется с вами. А теперь простите, меня ждут.

Александр вынул из-за пазухи визитную карточку и протянул её певице. Аделаида взяла её, небрежно положив на столик.

— Приятного вам вечера, — откланялся супруг.

Я тоже попрощалась со Скомпской и Холодовым, который не торопился уходить. Я заметила, как засияли его глаза, когда мы покидали гримёрную. Кажется, он не на шутку увлечён Аделаидой. И я очень благодарна ему за то, что он помог нам сбить цену певицы. Полторы тысячи всё же меньше, чем две.

— Спасибо, Варвара. Я действительно запомню этот день, — сдержанно произнёс Александр, взяв меня за руку, и повёл по кулуарам театра. — Кстати, вы голодны?

— Очень, — выдохнула я, всё ещё пребывая в лёгкой прострации от удачного общения с примой.

— Предлагаю поужинать в ресторации и отметить наш сегодняшний успех.

— Прекрасная идея, — улыбнулась я.

Без помощи фабриканта мы с трудом нашли выход в лабиринтах закулисья. Уже когда карета покатилась по мостовой, я решила немного расшевелить Александра. В последнее время он стал каким-то отстранённым. Постоянно меня избегает, ссылаясь на загруженность делами. Мы практически не виделись эту неделю, если не считать совместных завтраков. Дома он не обедал, а на ужин постоянно опаздывал.

— А Савва Тимофеевич женат? — поинтересовалась я у мужа.

— Нет. Вам зачем сие знание? — он подозрительно покосился на меня.

— Ни за чем. Просто подумала, что такой интересный мужчина, как Савва Тимофеевич, должно быть, женат, но меня смутили его отношения с Аделаидой. Если Холодов холост, то ему простительно увлечение красивой талантливой женщиной, — поделилась я своими мыслями.

— Значит, интересный мужчина, — процедил супруг. — Конечно, Холодов богат и влиятелен, шлейф таинственности так и вьётся за ним. В свете ходит много слухов о нём, что привлекает внимание юных романтичных барышень. Особенно их воображение поражает быличка о том, будто Савва и не человек вовсе, а берендей. Оттого он и пропадает порой из Москвы, потому что бродит по лесу в образе медведя.

— Оборотень? Как интересно, — удивилась я, чуть ли не присвистнув. — А Холодов и правда чем-то напоминает медведя: высокий, плечистый, крепкий такой русский мужик.

— Да, женщины любят подобный типаж, а особенно красивые сказки, — скривил губы Островский и отвернулся к окну. Неужели приревновал меня? Или мне показалось?

Мы приехали в знакомый нам ресторан «Эрмитаж» и на этот раз расположились в отдельном кабинете. Гостей в зале было очень много. Я даже подумала, что метрдотель откажет нам, так как мест нет, но всё же я ошиблась — нашёлся и для нас укромный уголок, чтобы никто не помешал. К тому же я носила траур и не хотела привлекать внимание к своему наряду.

Официант во фраке обслуживал нас по высшему разряду. Мы заказали несколько блюд, бутылку шипучего. Эта неделя выдалась непростой и насыщенной, можно отдохнуть немного.

Пока ждали блюда, мы с Александром снова обсудили планы. Особенно вопрос о регистрации товарищества меня очень волновал. Супруг отчитался, что процесс идёт, бумаги готовятся. Я в свою очередь пообещала показать ему ароматы, которые успела за эту неделю воссоздать. Я, конечно, не стала говорить мужу, что эти парфюмерные композиции были когда-то уже созданы мною в совсем другом времени, хотя ужасно хотелось признаться ему во всём. Но меня останавливал страх, что Александр может принять меня за душевнобольную. Ведь за эти два года я так и не нашла никаких сведений о том, что кто-то путешествовал во времени или о переселении душ.

— Александр, помнится, вы говорили мне, что у вас имеется устная договорённость с одним господином, который торгует в пассажах французской косметикой, — вспомнила я, разделавшись с телятиной под сливочным соусом. Пора мне найти поставщика. — Не помню точно, как его фамилия. Овечкин вроде.

— Овчинников Пётр Денисович, купец первой гильдии, — супруг нахмурился и залпом осушил остатки на дне бокала.

— Устройте мне встречу с ним и как можно скорее, — я улыбалась во все тридцать два зуба. — Мне требуется косметика для моей лавки.

— Как можно скорее? — он хмыкнул, промокнув губы салфеткой. — Завтра суббота, обычно Пётр ужинает с друзьями в ресторации на Петербургском шоссе. Не самое приличное место для благородных дам.

— Но вы же будете рядом. Жёны могут посещать ресторации в сопровождении мужа или близкого родственника. Это ведь ради дела.

— Как скажете, дорогая супруга, — мрачным тоном ответил Александр, снова замкнувшись в себе. Ужин вскорости подошёл к завершению.

Когда карета не спеша катилась по ночной Москве, я вдруг ощутила навалившуюся усталость и прильнула к плечу мужа. От его плаща приятно пахло кедрово-полынным парфюмом, который мне так нравится, что я сильнее прижалась к супругу, не заметив, как задремала.

— Наконец-то ты угомонилась, деятельная моя, — услышала я сквозь сон ласковый шёпот, и крепкая рука обняла меня за плечи.