Леща, Ваша Светлость? (СИ)

Глава 13

Следующие две недели после шторма оказались наполнены заботами и тревогами. Город медленно восстанавливался после удара стихии — чинили крыши, расчищали заваленные обломками улицы, восстанавливали повреждённые причалы. Наша лавка, к счастью, пострадала не слишком сильно. Несколько протечек в крыше, которые удалось быстро заделать, и подмокшие доски пола, которые пришлось заменить — вот и все неприятности, выпавшие на нашу долю.

Общий обед для пострадавших рыбаков, который мы устроили с членами кооператива, оказался необычайно важным событием. Люди не просто получили горячую пищу — они почувствовали поддержку, ощутили, что не одиноки в своей беде. Вместе мы обсудили план восстановления — кто и чем может помочь, какие лодки чинить в первую очередь, как распределить имеющиеся снасти, чтобы хоть часть рыбаков могла выйти в море.

Марк восстанавливался быстрее, чем ожидал доктор Янис. Через неделю он уже мог ходить без посторонней помощи, хотя всё ещё выглядел бледным и быстро уставал. Я навещала его каждый день, приносила свежую еду и новости, рассказывала о делах кооператива. Наши отношения стали глубже и теплее, хотя ни один из нас так и не решился выразить свои чувства словами. Что-то всегда останавливало меня на пороге признания — то присутствие Анны или других рыбаков, то неподходящий момент, то простая робость.

Однажды утром, когда я разбирала утренний улов с Гидеоном, в лавку вошёл человек в форменной одежде городского гонца.

— Госпожа Хенли? — обратился он ко мне с лёгким поклоном. — Для вас послание от олдермена Моргана.

Я вытерла руки о передник и приняла протянутый свиток, запечатанный внушительной сургучной печатью с гербом города. Сломав печать, я быстро пробежала глазами по строчкам, написанным витиеватым канцелярским почерком:

«Госпоже Лессе Хенли, члену гильдии торговцев Мареля.

Настоящим приглашаю вас прибыть в ратушу Мареля сегодня в полдень для обсуждения вопроса о содействии рыболовному промыслу, пострадавшему от недавней бури. Как представитель интересов рыбаков в гильдии, ваше присутствие необходимо.

Олдермен Мареля, Джеральд Морган»

— Олдермен лично приглашает вас? — удивлённо протянул Гидеон, заглядывая через моё плечо. — Вот это новости! Он обычно не снисходит до простых торговцев.

— Я уже не просто торговка, а член гильдии, — напомнила я, хотя сама была озадачена этим приглашением. — И, как видно из письма, меня приглашают именно в этом качестве.

— Осторожнее с ним, госпожа, — предупредил Гидеон, понизив голос. — Олдермен — хитрая лиса. Никогда не знаешь, что у него на уме.

Я кивнула, вспомнив письмо, найденное в бумагах отца Лессы. Если Морган действительно замешан в контрабанде, как утверждал таинственный Джеремайя, то приглашение могло быть ловушкой. С другой стороны, это был шанс узнать больше о человеке, возможно, причастном к разорению и смерти Харлона.

— Эмма, — обратилась я к старушке, раскладывавшей товар на прилавке, — я ухожу в ратушу. Справишься тут с Гидеоном?

— Конечно, госпожа, — кивнула она. — Только переоденьтесь. Не дело идти к олдермену в рабочем платье.

Я поднялась наверх и выбрала из гардероба Лессы самое строгое и представительное платье — тёмно-синее, с высоким воротом и скромной, но качественной отделкой. Собрала волосы в гладкий пучок и приколола к лацкану серебряную брошь гильдии. Взглянув в зеркало, я с удивлением увидела там уверенную в себе деловую женщину — совсем не похожую ни на нежную, мечтательную Лессу прошлого, ни на стареющую Валентину Семёновну из моих воспоминаний.

Городская ратуша впечатляла своей архитектурой — трёхэтажное каменное здание с высокими арочными окнами и башенкой, на которой развевался флаг Мареля. Внутри меня встретил чопорный секретарь, который, услышав моё имя, тут же изобразил подобие улыбки:

— Госпожа Хенли, вас ожидают. Прошу, следуйте за мной.

Он провёл меня через просторный холл, украшенный портретами прежних олдерменов города, и остановился перед массивной дубовой дверью. Постучав и дождавшись ответа изнутри, он распахнул её и объявил:

— Госпожа Лесса Хенли, член гильдии торговцев.

Я вошла в кабинет олдермена — просторную комнату с высоким потолком, стенами, обшитыми тёмным деревом, и огромным столом у дальней стены. За столом сидел сам Джеральд Морган — грузный мужчина лет пятидесяти с редеющими седыми волосами, собранными в аккуратный хвост, и пронзительными тёмными глазами на одутловатом лице.

Но не он привлёк моё внимание, а человек, стоявший у окна — Тобиас Вейн, который, увидев меня, расплылся в улыбке.

— Лесса! — воскликнул он, делая шаг навстречу. — Как я рад видеть тебя здесь!

— Господин Вейн, — сдержанно кивнула я, не желая демонстрировать фамильярность в официальной обстановке. — Господин Морган, — поклонилась я олдермену, который поднялся из-за стола.

— Госпожа Хенли, — его голос был густым и глубоким, на удивление приятным для такого грузного человека. — Благодарю, что откликнулись на моё приглашение. Присаживайтесь, пожалуйста.

Он указал на кресло перед своим столом, и я опустилась в него, сохраняя прямую спину и спокойное выражение лица. Тобиас занял кресло рядом, бросая на меня взгляды, полные какого-то нетерпеливого ожидания.

— Я слышал о ваших… инициативах по поддержке рыбаков, пострадавших от бури, — начал олдермен, внимательно изучая меня. — Весьма похвально, хотя и несколько… нетрадиционно.

— В чрезвычайных обстоятельствах требуются нестандартные решения, господин олдермен, — ответила я спокойно. — Рыбаки — основа экономики Мареля. Если они не смогут выйти в море, пострадает весь город.

— Совершенно верно, — неожиданно поддержал меня Морган. — Именно поэтому городской совет принял решение выделить средства на восстановление рыболовного промысла. И я хотел бы, чтобы вы помогли распределить эту помощь наиболее эффективным образом.

Я удивлённо приподняла брови:

— Я? Но почему именно я?

— Потому что вы завоевали доверие рыбаков, — пояснил олдермен. — Они прислушиваются к вам, уважают ваше мнение. Кроме того, как член гильдии, вы можете выступать посредником между городским советом и промысловиками. Это… удобно для всех сторон.

Я молчала, обдумывая его слова. Предложение казалось выгодным для рыбаков — городские деньги действительно помогли бы ускорить восстановление флота. Но что-то в тоне олдермена, в его слишком внимательном взгляде заставляло меня насторожиться.

— Это большая ответственность, — осторожно сказала я. — Сколько средств планирует выделить совет?

— Пятьдесят флоринов, — ответил Морган, и я едва сдержала возглас удивления. Это была весьма значительная сумма. — Конечно, потребуется строгая отчётность о расходовании каждой монеты.

— Разумеется, — кивнула я. — И каковы условия?

— Условия? — Морган приподнял бровь. — Никаких особых условий, госпожа Хенли. Просто распределите средства среди наиболее пострадавших и перспективных рыбаков, чтобы они могли как можно скорее вернуться к работе.

— И составьте список всех, кто получит помощь, — добавил Тобиас. — С указанием сумм и целей расходования. Для городского архива.

Вот оно что. Они хотели получить полный список участников кооператива и размеры их вложений. Эта информация могла быть использована против нас в будущем — например, для повышения налогов или введения новых ограничений на промысел.

— Я должна обсудить это предложение с рыбаками, — сказала я. — Решение о принятии такой помощи должно быть коллективным.

— Конечно, конечно, — покладисто согласился олдермен. — Мы не торопим вас. Скажем, ответ через три дня будет приемлемым сроком?

— Вполне, — кивнула я.

— Превосходно, — Морган довольно потёр руки. — А пока, думаю, мы можем обсудить и другой вопрос. Более… личного характера.

Я напряглась, но постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

— Тобиас сообщил мне о вашем… общем прошлом, — продолжил олдермен, бросив взгляд на молодого Вейна. — И о его желании возобновить былые отношения. Как глава города, я заинтересован в крепких союзах между уважаемыми семьями Мареля. Семья Вейн всегда занимала особое положение, а теперь и вы, как член гильдии, представляете определённый… интерес.

Я почувствовала, как краснею — от гнева, не от смущения. Они обсуждали мою личную жизнь за моей спиной? Планировали мой брак как деловую сделку?

— При всём уважении, господин олдермен, — мой голос звучал холоднее, чем я намеревалась, — мои личные отношения не являются предметом городского регулирования. И я не давала разрешения обсуждать их в моё отсутствие.

Тобиас выглядел смущённым, а Морган — слегка раздражённым моей прямотой.

— Разумеется, — процедил он. — Я просто хотел выразить своё одобрение этому союзу. Брак между членом гильдии и сыном её главы был бы весьма… благоприятен для деловых связей.

— Ценю вашу заботу, — сухо ответила я. — Но предпочитаю разделять деловые и личные вопросы.

— Лесса, — вмешался Тобиас, — господин олдермен просто хотел помочь. Он мог бы поспособствовать и твоему продвижению в гильдии. Возможно, даже место в совете гильдии через год-другой…

Теперь всё стало ясно. Они предлагали мне своего рода сделку — брак с Тобиасом в обмен на продвижение в гильдии и городское покровительство. Вероятно, надеялись, что амбиции возьмут верх над гордостью. Но они плохо знали меня — точнее, ту новую личность, которой я стала.

— Мои амбиции в гильдии, — ровно сказала я, — основаны исключительно на качестве моей работы и пользе, которую я приношу сообществу. Любые другие способы продвижения были бы… неэтичными.

Лицо олдермена потемнело, а Тобиас выглядел разочарованным.

— Вы напоминаете мне вашего отца, госпожа Хенли, — процедил Морган. — Он тоже был… принципиальным человеком. И видите, к чему это привело?

В его словах явно звучала угроза, и я почувствовала, как внутри всё похолодело. Но внешне сохранила спокойствие.

— Мой отец был честным человеком, — твёрдо сказала я. — И я горжусь этим наследством больше, чем его лавкой или положением в обществе.

— Что ж, — олдермен откинулся на спинку кресла, — вы ясно выразили свою позицию. Конечно, это ваше право. Но помните, госпожа Хенли, в Мареле не принято отвергать руку дружбы. Особенно протянутую с высоты моего положения.

— Я ценю вашу… дружбу, господин олдермен, — ответила я, поднимаясь. — И обещаю тщательно обдумать ваше предложение о помощи рыбакам. А теперь, если позволите, у меня ещё много дел в лавке.

— Я провожу тебя, Лесса. — Тобиас тоже вскочил и суетливо задвинул кресло. Я хотела отказаться, но под тяжёлым взглядом олдермена решила не обострять ситуацию.

— Благодарю.