Ловушка для защитника миров

Глава 20 Самый главный артефакт

Мия

К свадьбе мы начали готовиться, едва забрезжил рассвет следующего дня. Не дав мне даже умыться и поесть, гранья Виола безжалостно подняла меня с постели, чтобы с меня сняли мерки для свадебного платья. Я возразила, что могу обойтись и покупным, но она ничего не хотела слушать.

— Ахтари не может выходить замуж в платье другого мира. Только традиционный наряд.

Под напором свекрови я сдалась, и следующий час поднимала руки, крутилась, наклонялась и производила кучу других странных действий. Зачем это нужно, никто не объяснял, но меня заверили, что через неделю платье будет готово.

Когда портниха и её помощницы ушли, гранья Виола пригласила меня позавтракать вместе с граном Мортеем и Рейнольдом. Наверное, она хотела обсудить предстоящую свадьбу, и я не стала отказываться. Хотя, если честно, есть почти не хотелось — тошнило и тянуло обратно в постель. Может, Лабиринт смерти так повлиял на меня, всё-таки три дня в коме — это не шутки.

Но, зайдя в покои будущих родственников, я ахнула от изумления, и тошнота тут же прошла. Весь стол был уставлен плодами Междумирья, и каких только здесь не было! Фиолетовые мохнатые шарики, ярко-розовые трубочки с гладкой кожицей, оранжевые сладко пахнущие прямоугольники и большие синие круглые мячики. Последние меня очень заинтересовали.

— Это кабороны, — пояснил Рейнольд, заходя вслед за мной и отодвигая стул, чтобы я могла сесть. — Помнишь, я хотел, чтобы ты их попробовала?

Он нарезал фрукт, положил на тарелку передо мной и надрезал мякоть до кожуры.

— Так удобнее, и ты не испачкаешься.

Я кивнула, настороженно откусила, и мои губы невольно растянулись в улыбке.

— Фкуфно! Сфасифо!

— Не торопись, Ми, попробуй от каждого по кусочку.

Он заботливо подкладывал и подкладывал, пока мой живот не надулся, как барабан, и я прислонилась к спинке стула, тяжело дыша. Только теперь я заметила, что свёкр и свекровь тоже здесь и озабоченно смотрят на меня.

— С тобой всё в порядке, Мия? — сочувственно спросила гранья Виола. — Ты так много съела.

— Правда? Я не заметила. Всё такое вкусное!

— Ладно, если ты так считаешь. Я хотела обсудить свадебный стол и украшения для зала, но, похоже, сейчас не самое подходящее время для этого.

— Да ещё целых две недели впереди, — вклинился Рейнольд, — успеете. И я хотел пригласить Ми на прогулку. Ты ведь хочешь посмотреть обновлённое Междумирье, Мия?

— Очень хочу, вот только посижу немного, живот что-то болит.

— Да, сходите к озеру, Рейни. Твоей невесте нужно больше дышать свежим воздухом, — поддержала сына свекровь.

Я чуть не спросила, почему, но вовремя прикусила язык. Просто она обо мне заботится, и хорошо, а то свекрови, знаете, разные бывают.

— Да, Рейнольд, сходите, — произнёс молчавший до этого гран Мортей. — Покажи ей озеро Желаний.

Любопытство во мне тут же подняло голову, и даже боль в животе уменьшилась.

— Какое интересное название. И наверняка с этим местом связан какой-нибудь красивый обряд.

— Я расскажу тебе, Ми, когда придём. Тут недалеко, не больше пятнадцати минут быстрым шагом.

Мы попрощались с родителями Рейнольда и вышли на улицу. Я зажмурила глаза от ослепившего меня солнечного света — так много его было. Наколдованный мною лес превратился в тропические джунгли, поражающие разнообразием растений и животных. Пальмы и лианы, растения с огромными листьями размером с человека и множество фруктовых деревьев и кустарников с ягодами. Среди зелени деревьев яркими пятнами выделялись птицы и насекомые — попугаи и большие бабочки.

— Рейнольд, а змеи здесь тоже есть, как на Земле?

— Нет, Ми, никаких ядовитых животных. И хищников тоже нет.

— Это хорошо, не придётся опасаться за свою жизнь. Так где озеро?

— Вон там, — Рейнольд показал направо, в самую гущу джунглей.

Мы не спеша продвигались по лесу: Рейнольд впереди, я сзади. Мой жених раздвигал лианы и ветви, чтобы я могла пройти, а тропа под ногами еле виднелась.

— Рейнольд, так мы, получается, вернули Междумирье к исходной точке? Почему тогда для нас время не потекло назад?

— Мы ведь были в другом мире, возможно, дело в этом, — ответил он. — Так что нам, наверное, повезло, если можно так выразиться.

— Мы оба могли умереть, — согласилась я. — Но в тот момент я не могла поступить иначе. Ты спал, а там умирал ребёнок. Жаль, но я не смогла его спасти. Прости, что прыгнула в портал одна.

Рейнольд остановился, обернувшись, внимательно на меня посмотрел.

— Ты ни в чём не виновата, Ми, и просить прощения тебе не за что. Но в ту ночь я правда испугался за тебя. Теперь будем ходить на задания только вместе.

— На задания? Рейнольд, но тебе ведь не разрешали спасать миры, а я вообще тут новичок.

— Я вчера разговаривал с отцом. Мы теперь Исполняющие, Ми. Особенно его впечатлила твоя смелость, ну и про стибраксов я ему рассказал.

— Это круто! Твоя мечта исполнилась, да?

Рейнольд отодвинул лиану, шагнул в просвет между деревьями и только потом ответил:

— Да, Ми, исполнилась. Но, наверное, ты мечтала совсем о другом.

— Да нет, я ни о чём таком не мечтала. Хотела стать поваром-кондитером, работать в каком-нибудь ресторане. Ну и замуж когда-нибудь выйти, детей нарожать. Только думала, это будет позже.

— А теперь ты ахтари, спасительница миров и моя будущая жена. Наверное, тебе хочется всё обдумать, а тут свадьба на носу.

Меня вдруг снова замутило, и я согнулась пополам, извергая разноцветное нечто из желудка. Да что происходит, в конце концов?

— Что случилось, Ми?

Рейни придержал мои волосы, пока я плевалась, пытаясь избавиться от гадского привкуса во рту. Тошнота отступила, но желудок предательски заурчал.

— Ничего страшного, просто переела, видимо.

— Ты уверена, Мия? Может, пойдём обратно?

— Нет, я хочу увидеть озеро. Сколько до него осталось?

— Ещё два поворота, и мы на месте. Идти можешь?

— Конечно, я же не раненая. Дойду.

Как и обещал Рейнольд, ровно через два поворота джунгли расступились, и открылся вид на озеро с ярко-голубой водой. Берега его густо заросли какими-то розовыми цветами, источавшими сладковатый аромат.

— Как красиво, Рейни! А почему оно называется озеро Желаний?

— А вот это самое интересное. Иди сюда.

Рейнольд встал у кромки воды, глядя в голубую воду, отражавшую солнце, кучерявые облака и пальмы. Я встала рядом, обняла его за спину, прижалась к груди. Сегодня он был в чёрном и без плаща, такой элегантный и милый.

— Загадай что-нибудь, Ми. Сейчас.

Я задумалась: чего я хочу? Любви? Она у меня есть. Здоровья? Вроде пока не жалуюсь. Богатства? К чему оно в Междумирье?

Быть может, я могу загадать желание для других, решила я, вдруг вспомнив людей, которым ахтари когда-то стёрли память. Возможно, некоторых уже нет в живых, но если память вернётся хоть к одному человеку, я буду счастлива.

Когда последнее слово желания было произнесено в голове, озеро вдруг закипело, и со дна его поднялся цветок, похожий на земной ирис. Он раскрылся, изнутри отделилась частичка пыльцы и улетела прочь, сияя, как солнце, а потом цветок вновь опустился на дно.

— Твоё желание сбудется, элори. Вижу, ты загадала что-то хорошее, — улыбнулся Рейнольд.

— Озеро исполняет не все желания?

— Нет, только те, что несут в себе свет и любовь. Не личные, а направленные на общее благо. Я не сомневался, что ты такое и загадаешь.

— Значит, теперь к людям, у которых когда-то ахтари стерли память, она вернётся, — обрадовалась я, и глаза Рейнольда загорелись мальчишеским восторгом.

Обратно шли молча и быстро — меня снова тошнило и тянуло полежать. Дома, в моей спальне, Рейнольд заботливо накрыл меня пледом и принёс чашку чая с мятой.

— Открыть тебе окно? Тут душно, как в бане, — предложил он.

— Да, пожалуйста. За сравнение с баней пять баллов!

— Это всё с твоей подачи, Ми. Отдыхай, я пока узнаю, где твой отец и мачеха. Мы ведь хотели пригласить их на свадьбу.

— Да, и нам придётся воспользоваться порталом. Жаль, что нельзя позвонить на Землю. Хотя я, конечно, буду рада там побывать.

Желудок вновь скрутило спазмом, а в воздухе почудился запах жареной курочки.

— Рейни, а мясо в новом Междумирье есть?

Или вы одними фруктами питаетесь?

— Организуем, — пообещал он и потрогал мой лоб. — Чуть тёплый, странно.

— А почему ты решил, что я больна?

— Тебя вырвало в лесу, потом ты жаловалась на тошноту, и у тебя, похоже, слабость.

— Да со мной всё нормально, — уверила Рейнольда я и даже привстала на постели.

— Ничего, разберёмся. Пойду озадачу повара.

Через полчаса я вгрызалась в жареную куриную ножку, аромат которой пропитал всю спальню. Золотистая жирная кожица, нежное мясо — какая же она бесподобная! Я и не знала, что так сильно люблю курицу.

— Я посмотрел, твой папа в городе, — сообщил Рейнольд. — Отдохни, а завтра пойдём в портал вместе.

Мы стояли у портала, а наставник Вирон заканчивал последние приготовления к нашему перемещению. Теперь не нужно было использовать энергию артефактов для активации порталов, но нужно было пройти осмотр. Ахтари болели редко, но при некоторых состояниях прохождение порталов запрещено, объяснил Вирон. Так что целители проверяли физические показатели ахтари перед каждой миссией.

— Встаньте сюда, — попросил сморщенный, как урюк, старичок-целитель, увлекая меня в жёлтый круг света от горевшей свечи. — Поднимите руки вверх и не двигайтесь.

Его глаза скользили по мне вверх-вниз, словно он оценивал. В районе живота его взгляд задержался чуть дольше, он кашлянул и выдал вердикт:

— Вам нельзя перемещаться порталом, Мия.

— Почему? — всполошился Рейнольд. — Она что, больна?

— Нет, не больна, — раздался голос граньи Виолы, и она вошла в Портальный зал. — Мия носит под сердцем твоё дитя, Рейни. Я думала, ты знаешь.

Это что же, я, выходит, беременна? Как это?

Я быстренько подсчитала числа — да, всё сходится. Нет, я, конечно, понимала, что это возможно, но не думала, что так сразу.

— У нас будет ребёнок, Ми? Правда?

Рейнольд встал со мной рядом, приложил руку к моему животу через платье.

— Скажи мне, элори.

— Да, только он, думаю, ещё маленький, месяца два, не больше.

Гранья Виола встала у портала, потянула за рукав сына.

— Рейнольд, Мия должна остаться, а с тобой на Землю отправлюсь я. Ты ведь не против, Мия?

— Конечно, нет. Рейнольд, только, я прошу, поаккуратнее, мачеха ничего не знает. И не говорите отцу, что я теперь ахтари.

— Не волнуйся, Мия, — заверила гранья Виола, — я знаю, что им сказать. Рейнольд, готовься к перемещению. А ты, Мия, отдыхай пока.

Портал поглотил моего жениха и свекровь, а я обратилась к наставнику.

— Мастер Вирон, а можно, я в Зале наблюдений посмотрю, как они добираются?

— Конечно, — разрешил он, — зачем ты спрашиваешь? Знаешь, Мия, этот ребёнок станет первым новорождённым за последние двести лет.

— Это потрясающая новость, мастер, — отреагировала я. — Междумирью определённо не хватало детей.

Зелёные глаза Вирона заискрились, хотя губы не улыбались. Он так и остался сдержанным и скупым на эмоции, когда золотое сердце вернули.

Рейнольд и гранья Виола добрались благополучно, удачно вписавшись в ролевую игру, проводившуюся недалеко от места расположения портала. Свекровь оказалась хорошей актрисой, и ролевики подбросили их до самого города. Дальше я смотреть не стала, уверенная, что всё будет в порядке.

Через неделю я встречала своих родных в Междумирье, и они с изумлением крутили головами по сторонам. Гранья Виола рассказала отцу и мачехе о моей беременности, и они привезли подарки для будущего малыша: подгузники, погремушки, крошечные ползунки и распашонки и, конечно, пелёнки.

— Ещё ведь рано, он родится только в декабре.

— Но мы, возможно, долго не увидимся, поэтому и купили всё нужное сейчас, — возразила мачеха. — Потом, здесь явно не курорт, вон даже электричества нет.

— Ну уж пелёнки-то нашить наши швеи могут, — возразила слегка обидевшаяся гранья Виола. — А подгузники ему вообще не нужны. Только Междумирье засорять.

— Не ссорьтесь, пожалуйста, — попросила я. — Нам всё пригодится. И вообще, я себя пока и беременной-то не чувствую, ну если не считать токсикоза.

— Ничего, как ребёнок ножкой забьёт, так сразу почувствуешь, — улыбнулась свекровь, видимо, вспомнив, свою беременность.

Мы втроём сидели на траве у озера Желаний, а Рейнольд и мой отец ловили рыбу самодельными удочками. Оказалось, что озеро не только чудеса творит, но и просто кишит рыбой — возле них на траве лежала целая куча окуней, пескариков и уклеек.

— Они кажутся счастливыми, — смотря на любимых мужчин, сказала я. — Жаль только, его отец не смог пойти. Гран Мортей любит рыбалку?

— Он любит спасать миры, — рассмеялась гранья Виола. — Мой муж никогда не умел отдыхать.

Папа вдруг встрепенулся, схватился за деревянное удилище, которое внезапно повело в сторону.

— Рейнольд, клюёт! Тяжёлая, зараза!

Мой жених бросил свою удочку, подбежал к отцу, и они вдвоём начали тянуть.

— Давай-давай, ещё чуть-чуть! — закричал отец. — Царь-рыба там, точно тебе говорю!

Удилище прогнулось, подскочило, и из воды вынырнула огромная пасть с острыми, как бритва, зубами.

— Щука! Ты посмотри, щука! — обрадовался папа. — Сачок бери, Рейнольд, сорвётся, ёкарный бабай!

Рейнольд, бултыхая воду, помчался к щуке, едва успел подставить сачок, как нить на удочке натянулась и порвалась.

— На берег! Да скорей, что ты, как неживой! — выкрикнул папа.

Рейнольд размахнулся и кинул сачок на берег. Он плюхнулся на траву рядом с нами, и щука забила хвостом, отчаянно пытаясь выбраться.

Жёлтые пятнышки на ней походили на штриховку фигурок в детских прописях. Пока мы, женщины, разглядывали довольно крупный экземпляр, Рейнольд подбежал к нам с ведром воды и торжественно погрузил щуку внутрь.

— А ты говорил, нет хищников. А это тогда что?

— Ну это же рыба. Не опасная, но очень вкусная.

Рейнольд облизнулся, предвкушая, а в ведро уже запускал руки папа, поднимая щуку и мысленно прикидывая, сколько она весит.

— Кило шесть-семь, наверное, как думаешь, Рейнольд?

Хвост щуки свисал вниз, а из раскрытой пасти торчала мелкая рыбёшка, нанизанная на крючок.

— Папа, это шедевр! Король среди рыб!

— А я что говорил! Не осётр, конечно, но тоже ого-го! Пусть ваш повар приготовит сегодня. А я пойду ещё удочку закину.

Папа вытащил крючок из пасти щуки, поменял нить на удилище и снова закинул удочку, не забыв насадить мелочь. Рейнольд тоже вернулся к своему месту, вытянул удочку и с удивлением уставился на пустой крючок. Сегодня ему не везло.

— Кажется, мужчины тут надолго, — посмотрев на эту картину, сказала гранья Виола. — Пойдёмте в дом, пусть развлекаются. Твоё свадебное платье, Мия, ждёт примерки.

Мы покинули озеро, оставив мужчин одних. Папа и Рейнольд, кажется, даже не заметили нашего ухода — у них обоих клевало.

В золотистом платье с вырезом сердечком, корсетом и рукавами-буфами я выглядела, словно невеста короля. Юбка струилась пышными складками, переходящими в кружевное безумие, и мне казалось, что в зеркале отражаюсь не я, а какая-то другая девушка, незнакомая, но очень привлекательная.

— Как только успели за неделю? Такая сложная работа, — восхищённо закружилась я.

— Неважно, как успели, важно, что моему сыну понравится. Ты красавица, Мия, знаешь?

— Да, — подтвердила мачеха, — такой я тебя ещё не видела. Когда ты успела вырасти, девочка?

Я зарделась от комплиментов и тихо вздохнула.

— Жаль, что мама меня не видит. Она бы порадовалась.

— Ну, теперь у тебя две вторые мамы, так ведь? — с надеждой сказала мачеха, и я согласно кивнула.

Чуть покрутилась и потянула за шнуровку корсажа. Покрасовалась в платье, и хватит.

— А где старейшина Риг, гранья Виола? Что-то его давно не видно.

— Готовится к вашей свадьбе. Краус попросил его провести церемонию.

— О, так нас будет сочетать браком Чудик, — вырвалось у меня. — Простите, я столько месяцев думала, что он просто призрак.

— Призрак? — отреагировала мачеха. — Ты хочешь сказать, что тебя и Рейнольда поженит призрак? Вот прям настоящий?

— Ну да, но ты, пожалуйста, не пугайся, Тамара, он не страшный, а очень даже милый.

Но мачеха как-то сразу погрустнела и повела плечами, будто ёжилась от холода. Не удивительно, её мозг с трудом вместил мысль о Междумирье, а тут призрак.

Справившись с платьем, я накинула тонкий халат, подошла к Тамаре, взяла её за руку.

— Твоя приёмная дочь выходит замуж, а всё остальное неважно. Ты согласна?

— Ты права, Мия. Наверное, я просто волнуюсь за тебя.

Солнце заиграло на волосах Тамары, предательски обнажив седину, и я впервые увидела, как она постарела за последние месяцы. Она старалась держаться и подбадривать отца, а сама переживала больше него.

Гранья Виола хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

— Так, хватит, плакать будете через неделю. Давайте лучше обсудим праздничное меню. Ахтари редко едят мясо, но достать его не проблема, и, судя по Мие, люди без него жить не могут. А может, Тамара, Вы ещё что-нибудь предложите?

— Да, конечно, — очнулась мачеха. — Вы знаете, гранья Виола, давайте я Вам напишу список, а Вы уже…

Свекровь увлекла мачеху к двери, и закрывшаяся за ними дверь отсекла окончание фразы. А я прилегла на кровать и улыбнулась, не веря своему счастью: через неделю я стану женой Рейнольда!

Накануне свадьбы мы с Рейнольдом сидели на крыльце единственного дома в Междумирье и смотрели на закат. Небо, окрашенное в малиновый цвет, предвещало смену погоды.

Мальчишников и девичников здесь не устраивали, да мне и не хотелось веселиться. Гораздо приятнее вместе с любимым молчать или говорить ни о чём, прижавшись друг к другу. Я уютно устроилась на груди Рейнольда, а его руки грели мою спину.

— Как здорово, правда? Облака как фруктовый зефир. Я как-то готовила, помнишь?

— Да, похоже. Моя романтичная элори.

Лёгкий ветерок подхватил мои локоны, разлохматил причёску и улетел прочь. Я поёрзала на досках, устраиваясь поудобнее, а Рейнольд крепче сжал меня в объятиях.

— Завтра я назову тебя своей женой, Ми, а ты меня мужем. И у нас будет ребёнок. А я только привык к тому, что ты рядом.

— Значит, будешь привыкать к пополнению семейства. А, кстати, Рейни, тебе теперь придётся спасать миры одному.

— Ничего, я справлюсь. Может, мне дадут симпатичную напарницу.

Я стукнула кулаком по его груди, несильно, просто чтобы напомнить, что я его невеста.

— Эй! Мы так не договаривались.

— Ладно-ладно, я пошутил. Но, может, всё-таки…

— Ты сам напросился, Рейни.

Я высвободилась из объятий, потянулась к его губам, приникла к ним страстным поцелуем, от которого кровь потекла быстрее по жилам. Воровато оглядываясь на окна, дождалась, пока желание не растечётся в каждую клеточку тела, и отпустила Рейнольда, отодвинулась от него.

— Что ты делаешь, Ми? Как теперь дотерпеть до завтра?

— А зачем терпеть? — улыбнулась я.

— И то правда! Пойдём поищем укромное место.

Свадебная церемония вышла красивой, торжественной и слезливой. Слёзы волнения и счастья лились из моих глаз и глаз мачехи, и даже гранья Виола украдкой промокала платком лицо. Некоторые женщины ахтари тоже плакали, правда, не из-за свадьбы, а из-за нашего с Рейнольдом малыша. Увы, в Междумирье любая новость сразу становилась известна всем.

Пиршественный зал украсили белыми, розовыми и красными орхидеями — традиционными свадебными цветами, а на столе стояли блюда русской кухни вперемешку с местными. Рыба во всевозможных видах, жареные свиные рёбрышки, куриные ножки — я попросила — и даже холодец. Разумеется, не обошлось без фруктов, и их было очень много.

Старейшина Риг встал у Зелёного трона, на котором сидел Краус, а рядом на постаменте положили какую-то книгу. Все ахтари собрались здесь, не было лишь Наблюдающего за мирами.

Ахтари оделись во все оттенки голубого, и среди них чёрным пятном выделялся папин парадный костюм и красное платье мачехи. И, конечно, Рейнольд в тёмно-синем костюме с вышивкой золотой нитью и с неизменным плащом.

Ну а невеста, то есть я, была вне конкуренции. И правильно, это ведь наш с Рейнольдом праздник. Мне заплели французскую косу и прикрыли сверху фатой в тон, а на ноги надели туфли на небольшом каблучке, и я порадовалась их удобству и лёгкости.

Когда жених меня увидел на пороге пиршественного зала, на мгновение потерял дар речи, а потом выдохнул:

— Какая ты красивая, элори!

— Ты тоже, Рейни. Честно говоря, я чуть-чуть волнуюсь.

Рейнольд огляделся по сторонам, наклонился к моему уху и доверительно шепнул:

— Ты знаешь, Ми, по-моему, я волнуюсь больше.

Я рассмеялась, взяла его за руку и потянула вперёд.

И вот настало время для церемонии. Старейшина Риг прикоснулся призрачным пальцем к книге, и — о чудо! — она открылась. Его способности развивались с каждым днём, он научился взаимодействовать с материальными предметами, как обычный, живой человек.

— Добрый день, ахтари и гости Междумирья! Сегодня мы собрались здесь, чтобы испросить у Создателя благословения на брак Рейнольда и Мии. Да ниспошлёт небо звёздные дары: любовь, мир и согласие в новую семью. Аквора энсора дартан.

«Да свершится обряд», — мысленно перевела я.

Книгу с постамента убрали, а на её место поставили три кубка.

— Отпейте из каждого по глотку, — предложил призрак.

В кубках оказалась солёная, горькая и сладкая вода.

— Как вода в кубках, ваша семейная жизнь будет и солёной от слёз, и горькой от бед и несчастий, потому что никому не дано избежать этого. Но помните, что только вы сами можете сделать жизнь сладкой, если будете друг для друга поддержкой и опорой. Соедините ваши руки.

Мы сплели пальцы вместе, и старейшина Риг обвязал наши запястья алой лентой.

— Союз двух ахтари — да вспыхнут знаки!

Все притихли, Риг тоже замолчал, я ждала, но ничего не происходило. Лишь через несколько минут я почувствовала жжение на запястье, под лентой, которое, впрочем, быстро прекратилось. Риг развязал ленту, и под ней обнаружились татуировки в виде браслета из звёздочек с буквами у меня — Р и у Рейнольда — М.

— Создатель благословил ваш брак. Отныне вы муж и жена. Осталось лишь скрепить узы троекратным поцелуем.

Мы целовались на виду у всего Междумирья, я краснела, но, кажется, никто не заметил. Я всё ждала криков: «Горько!», как на Земле, но ахтари молчали, и было странно слышать звенящую тишину.

А потом начались танцы, и Рейнольд сказал, что не помнит, танцевал ли он вообще когда-нибудь. На что я ответила:

— Когда-то я представляла танцующих ахтари в этом зале и рада, что моё желание сбылось.

Я танцевала много: не только с Рейнольдом, но и с отцом, со свёкром и с мастером Вироном и чувствовала себя прекрасно. Умудрилась даже потанцевать с призраком, хотя и не сумела положить руки ему на плечи.

Риг весь вечер улыбался, а когда праздник был в самом разгаре, вдруг замерцал, как испорченная гирлянда. Я ещё успела подойти к нему, выяснить, что происходит.

— Кажется, я ухожу, Мия. Моя Майя ждёт меня. Должно быть, я искупил свою вину.

— Буду скучать по Вам, старейшина. Ведь это Вы свели нас с Рейнольдом.

— Ну, я не этого хотел, — усмехнулся он. — Побочный эффект от спасения Междумирья.

Прощай, Мия.

— Прощайте, Риг, нет, Чудик. Лёгкого Вам путешествия к звёздам.

— Спасибо. А тебе желаю к звёздам не торопиться. Береги себя, девочка.

Он моргнул в последний раз и исчез, словно его и не было. Я вздохнула: без него будет не так весело.

— Мы ещё увидим его, Ми. А пока нас ждёт длинная жизнь.

Я повернулась к Рейнольду, взглянула в его сияющие глаза.

— Мы ведь будем счастливы, Рейни? Ты, я и наш малыш.

— Обязательно. Какие могут быть сомнения? — ответил мой муж.