(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов

Глава 18

— Не вернули, госпожа, — качает головой Рози, а я подавляю разочарованный вздох, — новый назначили! Прежний — то ваш батюшка давно в карты проиграл, да упокоит Свет его душу, — служанка возводит глаза к потолку.

— Скорее уж тьма его упокоит, — произношу, шокируя присутствующих. — Не обращайте внимание, жизнь в одиночестве дурно влияет на мой характер, а тут еще столь неожиданные облагодетельствования от короля. Может быть, у нас еще какие — то нововведения?

Мари и Рози задумываются, Гарри под шумок сбежал на улицу от женских разговоров, и я его не виню.

— Ах да, — наконец произносит Мари и почему — то краснеет, — у нас с утра приключился казус, пока вы спали.

— И? — выгибаю бровь, стимулируя к продолжению рассказа.

— Приезжал господин Лионель с гувернанткой, — договаривает служанка и опускает глаза в пол.

— Гувернанткой? Зачем она мне, мне двадцать три, я уже старая.

— Не говорите глупости, госпожа, никакая вы не старая! — возмущается Рози. — Этот Лионель дурак дураком и нам сразу не смог объяснить, что к чему. А потом привел непонятную девицу, больше годящуюся вам в конкурентки чем в воспитательницы. Представил своей дочерью и сказал, что она должна помочь леди, то есть вам, заполнить недостающие пробелы в воспитании. Но я его послала, — договаривает Рози.

— В каком смысле? — не понимаю я.

— Да в прямом. Вы у нас и умница, и красавица, и воспитаны как надо. А личность какая разносторонняя! Даже сад — огород получается с уборкой! Одной готовкой не вышли, — Рози не может не припомнить свое любимое. — Но та девица даже испечь что — то не додумается! По ней видно, в голове три извилины и те прямые.

— Никогда не подозревала, что тебе знакомы такие выражения, — с удивлением тяну.

— Знакомы — не знакомы, а прощелыга Лионель жаждет подсунуть свою дочь вместо вас! Жизненного опыта у меня, госпожа, уж побольше вашего, не обижайтесь, — горячо произносит кухарка.

— Ни в коем случае, — тяжело вздыхаю, — и готовишь ты лучше, — добавляю комплимент, раз Рози так задела моя попытка самостоятельности в ее вотчине. Мне несложно, а ей приятно. — Поеду — ка я прогуляюсь, в экипаже, как правильная леди. Раз его величество столь добр.

— Постойте! Куда? А позавтракать! — снова причитает Рози. — Вы ведь тощая! Одна кожа и кости! А мужчины на кости не бросаются, даже мужчины — драконы!

Закатываю глаза в раздражении, вот вроде я хорошо отношусь к своей кухарке, но иногда ей лучше молчать.

— Давай свой завтрак, — произношу, тяжело вздыхая.

Наскоро поев, всерьез занимаюсь своим внешним видом. Уж не знаю, кто там на самом деле решил исправлять мои пробелы в воспитании, и с чего они взяли, что эти самые пробелы у меня есть, но я их огорчу.

И спустя час выхожу из собственных вновь занятых покоев и критически оглядываю себя еще раз в большом зеркале в холле.

— Госпожа, вы шикарно выглядите, — с восторгом рассматривает меня Мэри.

Еще бы не шикарно! Зонтик с перчатками, да и платье, пусть и несколько старомодны, но качества они отменного. Обращаться с волосами меня научили так, что я могу с закрытыми глазами соорудить на голове прическу для бала, а перебарщивают косметикой только недалекие девицы. И скромная нить жемчуга удачно дополняет мой цельный образ. Эдакая я вся белоснежно — воздушная, как нежное облачко, спустившееся на нашу грешную землю.

— По другому быть и не могло, Мэри, — подмигиваю девушке.

А потом, гордо вздернув подбородок, мгновенно вживаюсь в образ, который, очевидно, так жаждет увидеть Александр.

Возница уже ждет меня с подготовленным экипажем, и я изящно забираюсь внутрь после короткого знакомства.

Удивительно, но мне Александр решил подарить полноразмерную карету, я — то думала, что он любитель одиночных видов транспорта. Хотя почему подарил? Возможно, это временная акция, пока я изображаю его невесту.

Еще бы мне кто рассказал условия, а то обещанных инструкций я так и не получила, а дней уже сколько прошло! Но, видимо, мужчинам можно исполнять свои обещания избирательно, не так, как девушкам.

Возница привозит меня в городской парк, где чинно прогуливаются редкие прохожие. Выхожу из кареты, раскрываю над собой зонтик от солнца и готовлюсь насладиться собственной прогулкой. Теперь кредиторы отца мне не страшны, насколько я понимаю.

Но долго наслаждаться мне не дают. Едва я присаживаюсь на скамейку в беседке в самом углу парка, как мое уединение наглым образом нарушают.