(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов

Глава 47

— Очень предусмотрительно, что ты взял с собой артефакты, — осторожно произношу. — И что они здесь работают — настоящее чудо.

После вчерашнего меня мучает чувство вины. Ведь Александр пришел за мной, и довольно скоро. И сам нашел. А то, что вспылил из — за Дана, так это, наверное, неудивительно. Обычная мужская психология и ревность?

Но недоверие в любом случае оскорбительно. Потому мною сегодня руководят двойственные эмоции. Помимо вины, я очень сильно обижена, дракон отчего — то не торопится наладить со мной отношения.

— Конечно, я ведь знал, куда иду, — отвечает Александр отстраненно.

— Ладно, я поняла, — произношу и, едва сдерживая раздражение, отхожу в сторону.

— Все еще проблемы в идеальной паре? — тут же насмешливо интересуется Дан.

Он даже не старается говорить потише.

— Мы можем тебя здесь оставить, — говорит Александр, на секунду отвлекаясь от артефакта, который указывает нам путь в сторону предположительного выхода отсюда.

— Не можем, — быстрее Даниеля отвечаю я. — Мы не можем оставить здесь ни одного человека. Если нам повстречается кто — то еще, мы его тоже выведем из этого места. Так будет правильно, в этом наш долг.

— Какие речи ты толкаешь, — качает головой Александр.

— Да, — отвечаю ему, чуть вздернув подбородок, — речи, достойные королевы. Или брачное предложение можно считать отозванным?

— Что? — дракон путается в собственных ногах и чуть не падает, но в последний момент выравнивается. — Ты что такое говоришь? — он бросает на меня обеспокоенный взгляд. — Никакого отзыва, ты мое все!

— Интересный комплимент, — внезапно улыбаюсь, — звучит странно, если честно. Мое все! Как будто я неодушевленный предмет.

— Кажется, мне лучше и дальше молча вести нас троих к выходу, — вмиг мрачнее Александр.

— Нет! Я пошутила! — заламываю руки. — Но это и впрямь странная фраза, согласись.

— Я согласен с Агнесс! — равняется с нами Дан. — Ты бы, дракон, что поумнее придумал, а то ни в какие ворота. И почему ты не можешь просто взять и взлететь вместе с нами?!

— Даниель, почему ты не можешь замолчать?! — я возмущаюсь уже на Дана, но тут его сносит с ног метнувшийся мимо меня Александр.

— Потому что, умник, я не могу применять магию в этом месте, — говорит он зло, прижимая к земле Даниеля, — но ты об этом и так знаешь, да? Ты же маг, я чувствую по запаху. Чернокнижником был наверху? Потому тебя сюда и сослали? Пугал своих соплеменников? Или сделал что — то дурное?

— Тебя это не касается! — буквально выплёвывает Даниель, делает рывок и скидывает с себя Александра. Ему трудно дается этот маневр, видно по тому, как он тяжело и часто дышит. — Перебрал я со своим сарказмом, признаю. Может быть, объявим перемирие?

— Ты говорил, что был кем — то вроде охотника — следопыта, — произношу, хмурясь. — Александр прав, да? Ты кого — то убил? В жертву принес?

— Животных постоянно приносят в жертву в моих краях, не только я этим занимаюсь. Для этого берут старых и больных особей, — отвечает Даниель, а потом нехотя добавляет. — Я приворожил дочку нашего главы, но ее тело не выдержало насилия магии, и она не выжила.

— То есть пока меня не было, ты жаждал снова провернуть этот фокус теперь уже на Агнесс?! — громко восклицает Александр.