(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов

Глава 33

Агнесс

Удивительно, но я не теряю сознание, хотя физически падаю и падаю, падаю и падаю, отвергая все законы природы. Впрочем, законы магии тоже. Не может даже магическое пространство быть бесконечным, а еще абсолютно черным. Тьма невозможна без света, это аксиома.

В отчаянии тру свои глаза, я ведь не ослепла, вокруг действительно непроглядная тьма?

Кончики пальцев различаю, значит, глаза не пострадали. Уже хорошо. Осталось понять, что происходит, почему, и где я. И самый насущный — я когда — нибудь достигну дна этой бездны? Или я умерла и попала в подземный мир?

Жаль, что это точно не испытание, навеянное скрепленной связью. Для истинных пар и родственных душ не устраивают проверки. В этом деле двое сами решают, не только притяжение магии.

— Ай! — вскрикиваю от неожиданного столкновения. — Неужели дно?! Можно было и матрас подложить!

Я упала на что — то больше всего похожее на ощупь на землю. Здесь, внизу, не царит абсолютная тьма, пространство вокруг приобрело цвет темно — серого тумана, но разглядеть что — то все равно очень сложно.

Я даже не уверена, что я здесь не одна, но предпочитаю говорить вслух. Так психологически легче в первую очередь для меня. И если я попала в чью — то хитрую ловушку, что скорее всего и произошло, то пусть они не обольщаются, им не сломить меня.

— И? — поднимаюсь на ноги. — Дальше что будем делать?

Но мне никто не отвечает, что, возможно, не плохо. Если никого рядом нет, значит, никто не попытается меня убить.

— Если я уже не умерла, — договариваю мысль вслух. А потом с силой щипаю себя за руку. — Больно! Будем надеяться, что проверку на реальность происходящего я прошла.

У меня два варианта, как действовать дальше: можно остаться здесь в условной безопасности, ждать, пока меня спасут. Александр ведь должен пытаться меня спасти? Что — то мне подсказывает, что я оказалась в этом чудесном месте из — за связи с ним. Раньше несчастная сирота из угасающего рода никого не интересовала. Де Шарм не в счет.

Так вот, я могу остаться сидеть здесь, на этой чудесной черной земле, окруженная темно — серым туманом, и пытаться не сойти с ума, подавляя в себе страх и не думая ежесекундно о том, что из земли в любой момент может вылезти ядовитое насекомое, а туман сомкнется вокруг плотным коконом, забирая надежду когда — нибудь снова увидеть солнце.

Или пойти практически вслепую все в том же непроглядном тумане, но по крайней мере с отстроченной безысходностью в душе.

Естественно, я выбираю второй вариант. В таком ужасном месте можно сойти с ума, пока дождешься помощи извне. Даже если все вокруг не более чем иллюзия, легче не становится.

Проходит час или, быть может, целый день, а я все иду и иду. А может, я стою на месте, не знаю. Вопреки мои прежним рассуждениям, в этой черной дыре начинаешь сходить с ума, даже передвигаясь.

— Не убили сразу, значит, я им нужна живой, — пытаюсь себя подбодрить, — пусть и психологически не в порядке.

Черная тоска постепенно затапливает всю меня. Надежда и вера в лучшее исчезает. Остается лишь одна безысходность и покорная обреченность.

Магия этого места действует на меня. Я не опустила руки, даже оставшись одна с кучей долгов, а тут какое — то время во мраке, и я готова добровольно лечь на землю и сложить руки.

— Мать моя! — произношу, из последних сил прогоняя тоску. — Если мы и правда потомки древней расы, если твоя сказка на ночь была не сказкой, помоги своей дочери! Должны ведь мы что — то уметь, а не просто гордиться своим происхождением!

Чувствую себя очень глупо, взывая в плотном тумане к своей матери, словно она божество какое. Да даже если божество, когда в последний раз боги кидались исполнять просьбы смертных?

— Ладно, поговорила сама с собой, идем дальше. Никаких изменений не произошло, что и следовало ожидать.

Но уже через несколько шагов я понимаю, что ошиблась, ведь вдалеке загорелся огонек.