Одержимость Тамерлана

Глава 21

Собираю вещи.

Футболка, джинсы, платье, которое он подарил... Зачем я его беру? Выкину потом.

Не выкину.

Руки не дрожат. Странно. Думала — буду плакать, кричать, цепляться за дверные косяки. Но внутри — вата. Ничего нет. Выжгло

Он не хочет пробовать.

Не хочет бороться.

Не хочет меня.

Нет. Хочет. Я же видела. Его одержимость, его голод, его страсть...

Хочет.

Но боится.

И выбрал страх. Не меня — страх.

Молодец, Тамерлан. Отличный выбор.

Застёгиваю чемодан. Оглядываю спальню. Кровать. Окно. Кресло, где он сидел ночами, когда не мог уснуть. Я просыпалась, видела его силуэт в темноте. Иногда он замечал и приходил обратно, обнимал. Иногда — нет.

Почти месяц жизни. Перечеркнул к черту!

Bce.

Такси ждёт у ворот.

Тамерлан стоит на крыльце. Руки в карманах, лицо каменное. Статуя, а не человек.

Выхожу с чемоданом. Прохожу мимо.

— Лера.

Останавливаюсь, но не оборачиваюсь.

— Прости.

Вот так. Одно слово. Даже не «прости меня» — просто «прости». Будто это что-то меняет.

Разворачиваюсь.

За что именно? За то, что влюбил в себя? Или за то, что выгоняешь?

Молчит. Желваки перекатываются под кожей.

Знаешь что? — голос звучит спокойно, почти мягко. Сама удивляюсь.

— Ты трус.

Не потому, что боишься за меня. А потому, что боишься за себя. Боишься не справиться. Облажаться. Проще выгнать, чем попробовать.

Скулы белеют. Сейчас взорвётся...

Но не взрывается.

Закончила? — цедит сквозь зубы.

Нет. Ещё хочу сказать, что ты самый сексуальный, обаятельный, невозможный мужик из всех, кого я встречала.

Он чуть приподнимает бровь.

— И самый большой козёл. Настоящий эгоистичный козёл!

Разворачиваюсь, иду к такси. Чемодан грохочет по камням.

— Лера.

Не оборачиваюсь.

— Так будет лучше. Для тебя, — летит вдогонку.

Для меня, значит? Ну конечно! Он же лучше знает, что для меня лучше. Он тут всё за всех решает, блин!

Чемодан бросаю в багажник, открываю дверь машины, падаю на сиденье, захлопываю.

— В аэропорт, — говорю водителю.

Тот кивает, трогаемся.

Бросаю взгляд в окно, Тамерлан стоит на крыльце. Не двигается. Смотрит на меня.

Не пытается остановить.

Не пытается сказать, что у него случилось лёгкое помешательство и он меня, конечно, никуда не отпустит.

Он — отпускает.

Я поверить не могу. Осознать не могу!

Отворачиваюсь.

Не буду плакать. Не буду.

Самолёт набирает высоту.

За иллюминатором — горы. Уплывают вниз, становятся маленькими. Потом пропадают под облаками.

Телефон молчит.

Он не написал. Не позвонил. Даже сраный смайлик не кинул.

Конечно. Он же всё решил. Единолично, без права обжалования. Царь горы, блин. Властелин чужих судеб.

Козёл!

Закрываю глаза.

Его лицо. Его руки. Голос, когда говорил «люблю» — хриплый, ломкий, будто самому больно.

Врал, наверное.

Или не врал. И это хуже. Любить и отпустить. Любить и выгнать. Любить и сдаться, потому что Трус. Козёл.

Мой козёл.

Уже не мой.

Телефон вибрирует.

Хватаю. Пальцы всё-таки дрожат. Предатели.

Кристина: «Ты летишь уже? Что случилось? Звоню — не берёшь!»

Выдыхаю.

Кристина. Не он. Конечно не он.

Набираю ответ. Стираю. Снова набираю.

«Лечу. Расскажу при встрече».

«Лер, ты меня пугаешь».

«Всё нормально».

Враньё.

«Он тебя опять обидел?»

Смотрю на экран. Пальцы зависают.

Обидел? Это мягко сказано, Крис. Размазал по стенке и сказал, что так лучше. Для меня же.

«При встрече, Крис. Не могу сейчас».

«Поняла. Встречу в аэропорту».

«Не надо».

«Не спорь. Во сколько рейс?»

Сдаюсь.

«В восемь».

«Буду».

Откладываю телефон.

За окном облака. Белые, равнодушные.

Где-то внизу он. В своём недостроенном доме. Со своими демонами. Со своим страхом.

Один.

Как хотел.

Слеза ползёт по щеке. Горячая, злая.

Смахиваю.

Хватит.

Конец первой части!

Продолжение истории

Душа Тамерлана