Попасть в сказку и не выйти замуж? Книга 4

Глава 28

С его оценкой моих действий были согласны все, включая даже бабулек и оболтуса.

— Бесчеловечно пытаться в третий раз за неделю убить Елисея, не гнушаясь самых изощренных способов! — флегматично ожидая пока Яга остудит воск, озвучивала я свою позицию. — Поэтому я повторяю свой вопрос: зачем ты вербовал Святояра? — и дернула вторую полоску застывшего воска.

Храбрый военный советник, не страшившийся традиционных пыток, рыдал в голос от вполне заурядной косметической процедуры, но колоться не собирался.

— Ваша стойкость восхищает, Радзимиш Урикович, но объем растительности, покрывающей Ваше тело, лично у меня не вызывает сомнений в нашей победе, — с этими словами я нанесла третью полоску воска на самую драгоценную поросль военного советника Бессмертного — на усы.

И вот тут выдержка у солдафона дрогнула, и он заговорил:

— Все покушения на вашего Елисея уж больно подозрительны. И посчитал я, что это враги в наше царство шпионов своих заслали и хотят государя нашего, уважаемого Кощея Бессмертного, свергнуть, честь его опорочить подлым убийством царского отпрыска наших соседей. Ведь Елисея старались убить исключительно подданные тридесятого царства! — скороговоркой докладывал военный советник, обреченно косясь на свои покрытые воском усы.

— А почему тогда Бенедикт Яцекович перила на балконе колдовством подрубил и Елисеюшку в горящую бездну толкнул? — шипела баба Яга.

— Не ведаю! — орал вояка.

— Куда илод полталом ушел? — негодовал оболтус.

Истошный вой ознаменовал потерю солдафонских усов, но советник продолжал следовать своей линии поведения.

— Не знаю! — уже не стесняясь, истерил советник.

Мы с Елисеем повернулись к бабулькам:

— Плавду говолит или опять блешет? — поторопил ветхих родственниц царенок.

— Вроде, правду, — как-то не слишком уверенно ответила обновленная старушка.

— Почему — влоде? — допытывался косенький.

— Да потому что, если все так, как он говорит, — рычала молодая зараза. — То зачем было молчун-водицу пить?

Ох, как нам с кривеньким не понравилась эта информация.

— А может, его того? В ласход? — озвучил наши общие мысли оболтус. — Он чужой, сталый! Его не жалко!

Посмотрев на опалённые волосы царенка, я решительно подняла руку:

— Поддерживаю!

— Ааа! — как уж на раскаленной сковороде стал извиваться на алтаре и орать во все горло безусый военный министр Бессмертного.

Баба Яга и Янина, решительно закатав рукава и вставив в рот пытаемого магический кляп, приступили к оперативному снятию заклятия молчун-воды для дальнейшего продолжения допроса. Тот факт, что после всех процедур Радзимиш Урикович определенно погибнет, уже никого не волновал.

— Достаточно! — властно прервал нас Кощей. — Я не давал своего дозволения на убийство моего советника.

Я всплеснула руками и встала между Кощеем и алтарем, давая возможность соратницам завершить начатое.

— Вот, как это понимать? Мы из кожи вон лезем, разнообразя Ваш досуг, насыщая эмоциями, удивляя неожиданностями, а Вы прерываете нас на кульминации экшена! Я вынуждена высказать Вам свое настоятельное «Фи»!

У Кощея с Горынычем банально отвисли челюсти.

— Я сказал: достаточно! — правильно поняв мой маневр, прикрикнул Бессмертный.

— Согласна, на убийство своего советника ты своего дозволения не давал! Так и убийство Елисея ты не разрешал, а сегодня была уже третья попытка! Что за двойные стандарты?!!! Значит, кому-то втихаря душегубством можно заниматься, а нам в открытую, я бы даже сказала, с честными и чистыми намерениями, нельзя? — праведно негодовала я.

От моей тирады зрители подзависли, и бабульки точно бы успели, но тут упрямый военный советник прежде, чем я вновь успела открыть рот с очередной ахинеей, стукнул левой пяткой по деревянному алтарю и громко замычал, до последнего отказываясь колоться и помирать. В следующее мгновение Кощей махнул рукой, Радзимиш исчез с алтаря, а мы с бабульками в изнеможении повалились на алый, как артериальная кровь, коврик.

— Опять по нулям, — облокотившись на алтарь и прикрыв от усталости глаза, подытожила я.

— Ну почему же по нулям? — обмахиваясь тесаком, так заботливо предложенным ей Горынычем, парировала Янина. — Уж больно пыточка твоя хороша! У вас ею самых страшных душегубов пытают?

— Нет, — обреченно ответила я. — У нас при помощи данной процедуры девушки стараются стать еще красивее, — путанно пыталась объяснить я.

— Это ж какие уродства они у себя исправляют, если ради этого готовы терпеть такие страдания? — изумилась баба Яга.

С ответом я не нашлась. Мы еще, задумавшись, посидели, но Яга не дала нам долго печалиться.

— Делу — время, потехе — час! — прокряхтела, поднимаясь, седенькая пенсионерка. — Нечего тут зазря полы протирать, если можно на выделенных нам Кощеем постелях отлежаться.

Соглашаясь с ее доводами, мы поплелись вон из уютной пыточной.

— Мария, жду Вас с Ваней на ужин! — это было не приглашение, Кощей отдал приказ.

Сил отвечать не было, и я просто кивнула. На подходе к опочивальне старушек, нас ожидал сюрприз в виде двух плотно замотанных матрешек.

— Чего забыли у нас, красавицы? — баба Яга, измотанная после допроса, не желала быть вежливой.

— Радзимиш жив? — подала из-за занавески встревоженный голос Кунегунда.

— К нашему огломному оголчению! — лаконично ответил за нас всех царенок.

Старушки было хотели пройти к себе в спальню, но Войцеха с Кунегундой решительно перегородили им путь.

— И отчего это мы сегодня такие до отчаяния смелые? — с удовольствием ехидничала чуть пошатывающаяся молодая зараза.

— Вы обещали, если мы вам поможем, то вы нам приворотное зелье отдадите, — отважно взыскивала должок со старых перечниц Войцеха.

— Обещали! — согласилась баба Яга, вопросительно глядя на нас с Яниной, мол, давать или не давать?

А это отличная идея! Если мы не можем дотянуться до военного советника Кощея своими коротенькими ручками, то почему бы не сделать это чужими?!

— Ну, коли мы не смогли Радзимиша наказать за ложные показания, то пусть его судьба накажет, — и я многозначительно посмотрела на правую матрешку.

Та в подтверждении моих слов радостно закивала.

— А вдруг Вацлав тоже в вашем допросе нуждается? Только вы об этом еще не знаете? Неужто, он так и будет ходить наказанием обделенный? — потянула Войцеха свою когтистую лапку за нежно-любимого ею советника по внутренним делам.

— Долг платежом красен! — пафосно заявила Янина, доставая их кармана своего платья пару стеклянных флакончиков. — Капните по слезинке и напоите своих суженых!

Матрешки выхватив желанные сосуды, стремглав рванули вдаль, даже не поблагодарив нас за щедрость.

— Как вы считаете, насколько быстро Радзимиш с Вацлавом приползут к нам с покаяниями? — хмыкнула я.

— Неделя! — баба Яга была настроена пессимистически.

— Тли дня! — уверенно заявил кривенький.

— Сутки! — удивила всех Янина.

Внутриколлективный тотализатор заработал! Ставки сделаны! Ставок больше нет!