Попасть в сказку и не выйти замуж? Книга 4

Глава 63

Сообщив коллегам о намечавшемся после нашего ужина срочном чрезвычайном совещании, я стала собираться к Кощею на трапезу. В связи с тем, что время поджимало — мы слишком увлеклись анализом произошедших событий и планированием намечавшихся, заранее покушать не удалось, перехватила только пару пирожков с ягодным морсом. Одела самое удобное на мой взгляд платье — закрытое, неприметное, не шуршащее, и мягкие кожаные бесшумные балетки.

В обеденную залу входили уверенно, подбадривая смущающихся девчонок, жавшихся за нашими спинами.

— Добрый день, гости дорогие! — шипел изрядно недовольный Бессмертный.

— Нам уже это говорили! — нагло перебила я дохлика. — А дальше ты спросишь, где нас целый день носило? Ты хоть со своим секретарем договаривайся, чтобы один и тот же текст не повторять!

Бессмертный хотел что-то ответить на мою грубость, но тут его взгляд наткнулся на бывших матрешек, и бледное лицо вытянулось в изумлении. Пользуясь случаем, я продолжила нарываться:

— Только ты же сам нас в скоморохи свои определил, приказал развлекать тебя! Вот теперь и отгадай загадку: где мы были? Две подсказки у тебя перед глазами.

Бессмертный стоял столбом, лишь слегка поворачиваясь на месте, чтобы не потерять из поля зрения преобразившихся Кунегунду и Войцеху, пока мы подходили к столу и занимали свои места.

— Маша, с огнем играешь, он же нас за такую вольность выпороть прикажет, — предупредительно прошипела баба Яга.

— За что? — очень даже искренне удивилась я. — За то, что мы его пятисотлетнюю проблему решили и спасли генофонд государственного значения? Да нам за это ордена да медали полагаются!

— Вот он нас чисто из своей колдовской вредности сначала выпорет, а потом орденами наградит, — просветила меня старая перечница, накладывая себе в тарелку что-то большое и мясное.

— Лично я именно так и делала бы! — заверила меня румяная зараза.

— Тогда сидите и не подсказывайте! Может, еще все и обойдется, — на душе было легко и весело.

— С орденами? — подал голос повеселевший дохлик.

— С поркой! — бесстрашно шутила я. — Ну, коли ты в загадки играть не желаешь, то расскажи нам, удовлетвори наше воспалённое женское любопытство, — я сделала паузу, умело завладев полным вниманием всех аудитории. — Почему ты отказал своей фаворитке в нашем аресте? Откуда столько гуманности в местном главном злодее и душегубе?

Кощей молчал.

— Или она сразу казнить нас хотела? — предположила я самое ужасное.

Бессмертный недобро усмехнулся, бабульки традиционно злословили, царенок отважно сопел, девчонки побледнели.

— Догадливая! А как поняла, что Роксана ко мне прибегала? — спросил дохлик.

— Это как раз несложно, — злыдень шел на контакт, надо было крутить дальше. — Митинг в торговом центре ее напугал.

На этот раз Бессмертному не удалось удержать на месте свою бледную челюсть, и она брякнулась о стол.

— Против меня митинговали? — пыхнул злыдень.

— Нет, откуда только в тебе столько самомнения? Скромнее надо быть! — улыбаясь, пожурила я. — Против чадры!

Бледная челюсть брякнула снова.

— А за что агитировали? — уже с опаской спросил дохлик.

— За многомужество! — я откровенно издевалась.

— И наличие любовников! — ну, как такую возможность — заложить меня дохлику, могла упустить молодая вредина.

— Числом….! — со стороны бабы Яги это было форменное ребячество.

— Не меньше…! — легко перенимала плохое Кунегунда.

— Двух! — Войцеха сияла, даже не понимая того, что впервые в жизни издевалась над самим Кощеем Бессмертным.

Злыдню понадобилось не меньше минуты, чтобы переварить эту информацию:

— А Вы, Мария Васильевна, затейница!

— Нас таких пять барышень с Вами ужинает! — тут же разделила я ответственность на всех поровну.

Бессмертный шутку оценил, а вот соратницы с бывшими матрешками не очень. Зашипели в мою сторону, аки змеи.

— Ну-ну, — Кощей решил продолжить наш шутливый разговор. — Как Вы думаете, что дальше было?

— Дальше, — задумалась я, — не найдя в твоем лице поддержки, по невыясненным нам пока обстоятельствам, твоя фаворитка по образу и подобию нашего протеста, решила организовать свой собственный митинг на центральной площади твоей столицы.

— Значит, благодаря Вашим, Мария Васильевна, стараниям, в моем царстве зреет протестное движение, — поставив все с ног на голову, подытожил Кощей.

— Я тут уже совершенно не при чем. Протестует сейчас только первая красавица твоего царства! — отнекивалась я.

— Красавица? — неподдельно удивилась Кунегунда.

— Это, смотря с какой стороны глядеть? — философски заметила баба Яга.

— Получается, что теперь Роксана — первая красавица с конца?! — с детской непосредственностью поинтересовалась Войцеха.

— Боялышни мои дологие, класота — понятие изменчивое. Плосто в этом сезоне единая бловь и женские усики вышли из моды, — Елисей был бесподобен.

За столом грянул женский смех.

— Может быть, когда-нибудь в далеком будущем они пять будут пользоваться популялностью, — на полном серьезе вещал оболтус.

Мы уже откровенно держались за животы, боясь упасть со стульев на пол от хохота.

— Что ты намерен делать с новой проблемой? — отсмеявшись, спросила я.

— Поясни? — попросил Кощей.