Кощей отступил на шаг назад и предусмотрительно спрятал за верхней губой клыки, дабы у меня не случилось обморочного рецидива, затем медленно окинул взглядом хозяев имения, чем закончил и так обреченный на провал хозяйский скулежный концерт. Горыныч с Соловьем не сводили с меня обеспокоенных глаз: видимо, не каждый день перед ними теряли сознание иноземные девицы, а потом молниеносно продолжали безрассудный наезд на самого страшного героя нашей сказки, сомнения в моей вменяемости читались в их взорах. Роксана с начала появления в гостиной вся так и пылала от ревности, а сейчас, после лицезрения моего фиаско, была искренне удивлена обморочной аллергией на Бессмертного, и даже, казалось, слегка успокоилась. Ее можно было понять: на фоне моего лица землистого цвета она со своим румянцем выглядела царицей.
— Видите ли, в чем дело, чувствительная Вы наша, Мария Васильевна, Вам удалось отыскать исполнителей всех домашних злоключений царевича Елисея, но не более. Как Вы знаете, например, последнее покушение на него исполнял мой советник по колдовству Бенедикт Яцекович, а, отнюдь, не Пшемислав, и даже не по его приказу, так как он в это время находился далеко от моего замка. А меня волнуют заказчики! И учитывая нашу с Вами договоренность, мне очень интересно, как Вы с коллегами их искать будете!
Неудержимое чувство возмущения обуяло меня и моих коллег.
— Да сейчас заклятье молчун-водицы с посла снимем, и все лазузнаем! — топнув ногой, прогундосил царенок, у оболтуса явно сдали нервы, причем, не только у него одного, бабуськи тут же ускорились в махании рук и шептании стишков.
— Запрещаю! — огласил дохлик зычным голосом свой вердикт, отчего в имении затряслись стены и посыпалась штукатурка.
Смельчаков ему возражать в наших рядах не нашлось, но ничто не смогло удержать нас от корректировки решения Бессмертного.
— Тогда возвращай ключницу Ирину и боярышню Марфу в тридесятое царство государю Ждану Годиновичу! — нервно проорала я, удивляясь своей дерзости.
— А этих под арест сажай, чтобы как твой главный колдун Бенедикт не убегли! — кивая на посольских, подсказывала мне новые требования баба Яга, тоже не сдерживая эмоции.
А что вы хотели? День сегодня длинный! Напряженный! Все устали!
И тут имение огласил звонкий, оглушительный девичий вой в совокупности с визгом откуда-то из-под дивана. Марфа верещала вдохновенно и самозабвенно, вкладывая всю душу в крик и не жалея связок, сообщая нам о постигшем ее неслыханном горе.
— Соловей, а наша Марфа по силе закладывания ушей тебя с лихвой перевизжала, — заметила седенькая кокетка, метко постреливая своими глазками в колоритного Разбойника.
Поиграв мышцами на широких плечах, кавалер дряхленькой интриганки залихватски свистнул, снеся с места диванчик, под которым пряталась боярышня. Змей Горыныч, видимо, от скуки, тоже решил поучаствовать в нашем квесте и пыхнул на упоенное горем белокурое создание, отчего то закашлялось, перестав надрывать свои связки. Лишь один Бессмертный был невозмутим, собран и внимателен.
— Расскажи, красавица, о горе своем, — ласково проговорила левая голова динозаврика.
— Не рви нам сердце, — пробасила правая голова ящера.
— Открой беду свою, — средняя голова Змея откровенно издевалась над малахольной девицей.
Польщённая вниманием такого грозного создания, Марфа, не стесняясь, начала выкладывать все, что лежало на ее трепетной душе.
— Люблю я его! Жить без него не могу! Если судьба-злодейка нас с ним разлучит — утоплюсь! Не губите наше семейное счастье! — сумбурно переплетая мольбы, угрозы и стенания, тараторила истеричная барышня.
— Заполошная, что ты так распереживалась? Никуда Елисей не денется! Мы с Ягой не допустим! — начала было успокаивать уже икающую от слез Марфу неожиданно растрогавшаяся чистотой чувств молодой истерички Янина.
— Да причем тут царевич?! — гневно топнув ногой, начала показывать свой истинный характер избалованная девица. — Баба Яга приказала Кощею Бессмертному арестовать моего Пшемиславушку! Как она могла?! Как она посмела?! — перешла на ультразвуковое подавление противника Марфа.
От крутой смены предпочтений в особях мужского пола, но с сохранением эмоциональной интенсивности, мы все зависли.
Вот ведь зараза! Как умно подметила и подчеркнула промах вспыльчивой пенсионерки! И как умело ткнула в него дохлика, да еще и при свидетелях! Мол, держи, карай ту, что посмела приказывать самому грозному и мстительному персонажу нашей сказки! А если ты сделаешь вид, будто ничего не произошло, и пропустишь личные оскорбления в свой адрес мимо ушей, тогда уронишь свой авторитет в глазах своих же подданных! Поэтому, не ленись и пори дурную бабу! Ох, манипулятор визжащий!
Мы с Яниной одновременно, прикрыв собой седенькую кошелку, прикидывали в уме, как бы нейтрализовать сообразительную и не в меру инициативную противницу, заодно накидывая варианты наказания визжащей девицы: уши оборвать или по попе ремешком пройтись?
— Без суда и следствия отдавать под арест! Пшемислав же сказал, что он ни в чем не виноват! Его заставили! Я ему верю всей своей любящей душой! Я без него домой не вернусь! Арестовывайте и меня! Будем мы с ним, как два голубка сизокрылых, сидеть в казематах и на небо глядеть через решетчатое окошечко! — жертвенно рыдала надоевшая всем плакальщица.
Отлегло! Мы с соратниками дружно выдохнули! В этой куче бреда, даже если и постараешься, не найдешь поклепа в адрес старой перечницы. Значит, если и будет со стороны Бессмертного наезд в адрес бабы Яги — отбрехаемся! Нам не в первой!
А вот у посольской четы после эмоциональной речи Марфуточки начали нервно дергаться очи! Младший посол, не сводил с девицы влюбленных глаз, как яркое олицетворение известного высказывания: «Любовь зла, полюбишь и… — Марфу!». Мои бабуськи, осознав, что брачные угрозы со стороны избалованной девицы в адрес Елисея больше не летят, облегченно выдохнули и радостно подмигнули внучку. Оболтус повеселел, словно с его шеи сняли тяжеленное ярмо. Роксана с матрешками в ярких чадрах смотрели на Марфу в полном недоумении, в их глазах крупными буквами читался вопрос: «А ЧТО, ТАК МОЖНО СЕБЯ ВЕСТИ?». А вот Бессмертный с подчиненными тревожно затаились, пытаясь просчитать, к каким конкретно негативным последствиям в поведении присутствующих дам Кощеева царства могут привести крамольные речи Марфуши?
— Марфа, значит, ты искренне очарована присутствующим среди нас славным послом Пшемиславом Тадеушевичем? — издалека начала елейным голосом баба Яга с явным желанием удовлетворить свое женское любопытство, ну и если получится, то и от души поиздеваться. Ожидать от нее что-то хорошее в данной ситуации было наивно.
— Да! — по-пионерски твердо ответила зареванная девица, получив жаркий влюбленный взгляд от молодого посла.
— Любишь его без памяти? — подключилась к глумлению румяная зараза. Как же такое возможно и без нее?!
— А как же твоя любовь к нашему Елисею? Или позабыла ты, как страдала по нему? — воткнула шпильку в доверчивую тушку избалованной девицы старая перечница, нелогично обидевшись за брошенного внучка.