Прежде чем мы разобьёмся

Глава 15. Высокое напряжение

/Аврора/

Всё же в самом важном Ян прав.

Он давно не пятнадцатилетний мальчишка. А взрослый парень с вполне логичными, понятными и объяснимыми потребностями. Не в «дурака» ведь мы будем играть… на раздевание… и уж точно не в Кена с Барби.

Вопрос в другом: нужно ли это конкретно мне?

Божечки, о чём я вообще думаю? Не иначе как крыша окончательно помахала мне ручкой и отправилась в давно заслуженный отпуск куда-нибудь на жаркие острова в Карибском море.

Но ещё не настолько спятила, чтобы пускаться во все тяжкие. Особенно в компании Сотникова. Не после всего, что было между нами в прошлом. Тогда бы пришлось шпилькой и со всего размаху прыгнуть на глотку собственной гордости. Чего я делать, разумеется, не стану… не на помойке себя нашла.

Безусловно, Ян сексуальный, харизматичный и брутальный. Классический пример альфа-самца. Вот только… на некоторые вещи есть строгое табу.

Например, я не пью растворимый кофе, не завариваю чай из пакетиков и не хожу по общественным туалетам. Сотников из той же категории.

С этим разобрались. Погнали дальше.

Осталось понять, как избавиться от беспринципного сталкера. Желательно не нарушая при этом действующее законодательство. Если рассуждать логически, то единственный вариант сбежать — через труп Яна.

— Что задумала, Пожарова?

— Убивать тебя буду, — честно призналась.

— Смешно, — оскалился Сотников, круто выворачивая руль. Боже, ну каков выпендрежник! — Не надорвись только.

Какие мы неожиданно заботливые стали…

— Я полагаю, домой ты меня не отвезёшь?

— Отвезу, — и подмигнул хитро. — Только к себе. А потом уже можешь хоть в Трансильванию, хоть на Лысую гору отправляться. Ну, или где там ведьмы на шабаши собираются.

— Ха-Ха-Ха! — передразнила его и скрестила руки на груди. — Ты уже пропустил Вальпургиеву ночь, жалкий смертный. [1]

Ян закатил глаза и прибавил скорости, так что мне пришлось даже ухватиться за сидение, чтобы удержаться и не влететь в лобовое стекло.

Вин Дизель чёртов.

— Сотников, зачем тебе это? — перевела на него взгляд.

На адекватный ответ не рассчитывала, но кто знает местного городского сумасшедшего. Мало ли снизойдёт Его Величество.

— Что, Пожарова?

Однажды я точно хорошо стукну его, чтобы мозги на место встали. Но, боюсь, и тогда он не прекратит извращаться над моей фамилией.

— Не делай из себя идиота. Тебе не идёт.

— Тогда не задавай глупых вопросов. Взрослая девочка, всё прекрасно понимаешь.

Вообще-то нет…

— Если ты сам не в состоянии контролировать своих демонов, то что требовать от меня?

— Логично.

— Меланхолично.

Ян рассмеялся, в самую последнюю секунду затормозив на светофоре перед переездом. В следующее мгновение по железнодорожным путям пронеслись первые вагоны товарного поезда.

Он точно ненормальный псих. Пусть и я далеко не сторонница медленной езды. Потому что передвигаться на такой тачке со скоростью, разрешённой правилами дорожного движения — настоящее преступление. Но самое паршивое, что для Яна не существует абсолютно никаких ограничений. А это закономерно приводит к фатальным последствиям.

— Как у тебя с математикой, Пожарова? — повернулся ко мне Сотников, придвинувшись опасно близко.

Сдвинься я хоть чуть-чуть в сторону, то с хладнокровностью можно было бы официально попрощаться. Я и так держалась из последних сил. Сложно противостоять соблазну под постоянным напором тёмной порочной силы. Особенно, когда очень хочется вкусить запретный плод.

Может быть, это незакрытый гештальт? Больная одержимость получить то, что никогда не принадлежало мне?

Но почему теперь? Спустя столько лет… проще списать новые ощущения на физику, химию или биологические потребности организма. Чтобы только не искать в них нечто более сокровенное.

Пара дней наедине с Яном, и я снова та глупая наивная курица, что оказалась подвержена гипнозу его прекрасных голубых глаз.

Очнись!

Той Авроры больше нет.

Она научилась пользоваться мозгами и поняла, что красивый мальчик с дьявольской улыбкой само воплощение зла. Грёбаный Люцифер.

— Я гуманитарий.

— Оно и видно, — он подался ко мне ещё на сантиметр. Наши губы едва не соприкоснулись. И на часть секунды, глубоко в душе… мне захотелось этого. — Вот тебе простая задачка на логику. Парень хочет девушку, девушка хочет парня, к чему приведут их желания?

К Апокалипсису, чёрт возьми.

— У тебя всё всегда сводится к горизонтальной плоскости.

Он схватил меня за подбородок и впечатался в губы коротким, влажным и горячим поцелуем.

— Скажи, что не хочешь меня и я отвезу тебя хоть в Рязань.

Не отвезёшь… враль.

— Чтобы я потом такая: некогда объяснять, просто заберите меня из Рязани?

Ян громко рассмеялся.

— Пожарова, ты космос.

— Я в курсе.

Его рука скользнула на мою талию, а оттуда нагло забралась прямо под юбку.

Пальцы впились до лёгкой боли в кожу, ощутимо сжимая ягодицы. Но и на этом Ян не остановился. Пошёл дальше, проникая под трусики. Попытку остановить его прервал красноречивым приказом:

— Заткнись и расслабься.

Всё внутри вспыхнуло, будто спичка. Кровь закипела в жилах, угрожая самовоспламениться. Я вся сейчас была как чистый динамит. Тело предавало меня по всем фронтам, готовое сдаться без боя в сладкий порочный плен. Бабочкам стало жарко, очень жарко… словно они с Антарктиды попали прямиком на Экватор.

Если продолжать играть в открытую войну, то мой персональный Ангел Смерти точно нагнёт меня прямо в тачке. Возможно, не один раз. А я ни то что не смогу сопротивляться… я этого тупо не захочу.

— Ян, — уперлась в его грудь ладонями. — Не надо… не так.

— Это можно воспринимать, как положительный ответ? — прошептал мне на ухо с придыханием.

Язык коснулся ушной раковины. Мимолётно, легко скользя по коже и вырабатывая при этом электричество. Ток искрами проносился по моему телу, по нервам, по венам. Он пронзил меня насквозь бесконечными разрядами. Так можно и сердце остановить к чёртовой бабушке. Грудная клетка трудилась на износ, издавая по-настоящему адский грохот. Наверное, именно так правильно будет описать словосочетание «высокое напряжение».

Нас очень вовремя прервал оглушительный гудок стоявшей за нами тачки. Спасибо, добрый человек!

— Ты создаёшь пробку.

— Отвечай.

— Один раз.

— Мне больше и не надо.

Он тут же вдарил по газам, уверенно ведя автомобиль, словно ничего сверхъестественного не произошло.

А что произошло?

Я позволила Яну почувствовать себя победителем. Теперь нужно тщательно продумать план «Б». Потому что в одну клетку не входят дважды. Каждая уважающая себя добыча знает, как управлять смертоносным хищником. Дёргая большого котика за усы в правильные стороны.

«Б» — значит бежать, сверкая пятками.

Мы как раз проехали круглосуточную кофейню на территории автозаправки. Если верить дорожным указателям, то до города всего пара километров.

Идея возникла сама собой. Загорелась подобно яркой лампочке в моём уже откровенно расплавленном мозгу.

Там наверняка есть уборная. Отойду под любым предлогом, а дальше придумаю, что делать. Вызову такси или позвоню отцу, чтобы тот прислал машину. Буду действовать по ситуации. Главное — остаться одной.

— Купим что-нибудь перекусить? — вопросительно посмотрела на Яна. — Пекарня прямо за нами.

— Хорошая попытка.

А никто и не говорил, что будет легко и просто.

— Решил морить меня голодом?

— Тебе не грозит.

— Ты очарователен, — натянуто улыбнулась. — Что только в тебе девчонки находят? Грубиян, хам, да ещё и жмот. Уверена и в постели на троечку.

Сотников развернул машину на ближайшем повороте. Ментальная я принялась прыгать до потолка. План сработал. Ладно-ладно, половина плана.

Припарковались прямо у центрального входа. Я отстегнула ремень безопасности и перекинула клатч через плечо.

Ян прищурился, с подозрением на меня посмотрев.

— Не будь букой. Можешь даже взять за ручку. Сделаем вид, что мы милая парочка.

— Жди здесь, — коротко и безапелляционно отрезал.

Вот же… гад!

Я незаметно накрыла рукой бустер, а вместе с ним и брелок-ключи от машины. Тьма, что я творю?

Форсаж. Перезагрузка.

— Ян, у тебя паранойя? — попыталась до конца оставаться непринуждённой.

— О, вариантов у меня масса. Ты вполне можешь начать орать, как потерпевшая, и швырять предметы в мою голову.

Не скрою, многократно была близка к этому… и окажись у меня под рукой скалка или сковородка, я бы обязательно ими воспользовалась. Возможно, всем сразу. Если объединить два нехитрых приспособления домашней утвари, то получится оружие массового поражения мудаков.

— Ага, — хмыкнула. — А значит, тут опасности нет?

— Сечёшь фишку.

Ян вышел, засунул в боковой карман джоггеров телефон и неспеша направился в сторону входа в кофейню. Но на полпути он вдруг замер и двинул обратно.

Только поздно.

Я уже почти полностью перебралась с пассажирского кресла на водительское. Пристегнулась, резко сдала назад и вдавила педаль газа до упора. Крутанув руль вправо, с бешеной скоростью проскочила мимо Яна. Он так испугался, что даже шарахнулся. Дёргано, словно призрака увидел. И, кажется, заорал что-то на чистом русском мате… отчаянно и яростно жестикулируя вслед своими ручищами.

Сам вынудил. Я здесь ни при чём. Если только самую малость…

Сделав кривой круг по заправке, я выехала на шоссе, стараясь справиться с этим диким зверем под названием «спорткар».

Прежде я ещё не водила спортивные тачки. Скорость в них невероятная. С непривычки можно и в дерево влететь со всей дури. Так что я сбавила скорость до возможного минимума, позволяя себе тащиться по трассе как черепашка.

Адреналин на максималках.

Моё безумие пробило космос и открыло новую галактику. Тут даже не имеет значения, что я прекрасно вожу. Прав-то нет… кому интересно, что дед учил меня водить их старенький внедорожник за спиной у бабули ещё с шестнадцати лет и показывал, как конкретно устроен старый русский трактор? Вот и я думаю, что никому.

Поймают патрульные — будет полная жопа. Отец прибьёт Яна, а меня сошлёт в деревню к бабушке до конца времён. Успокаивала себя только тем, что на дворе глубокая ночь и на дорогах сравнительно пусто. Но мне всё равно не нравилась собственная выходка.

Притормозила возле ближайшей автобусной остановки, чтобы немного перевести дыхание и выстроить маршрут на навигаторе телефона из этой Тьмутаракани до дома.

Мой смартфон взорвался от входящего звонка. С точностью до тысячи процентов знала, что на проводе Ян. Кто же ещё!

— Внимательно.

— Пожарова, твою мать! Я тебя убью!

— Догони сначала.

— Ты дура?!

— Давай-ка без оскорблений. Ты сам виноват.

— Надеюсь, у тебя есть права…

— Надейся.

— Чёрт, Аврора!

— Расслабь булки, гонщик.

Ян запыхтел в трубку, словно ретро-паровоз.

— Клянусь, я придушу тебя!

— Когда кажется, надо креститься, Ян.

— Стой, где стоишь. Усекла?

Да щас!

— Всё, я за рулём. Не могу говорить.

— Ты больная!

— Отбой. Заберёшь своё корыто от моего дома.

— Ненормальная!

— Ага, повторяешься. В следующий раз лучше подумай хорошенько прежде, чем похищать девушку и силой везти её в своё логово разврата и порока. Мало ли, она угонит твою любимую тарантайку?

— Если хоть одна царапина…

Отключила звонок, установив телефон с открытым навигатором в специальный держатель. Мужики превращаются в откровенных истеричек, когда речь заходит про их игрушки. Они готовы пылинки с них сдувать и капот целовать.

Как в той песне советских времён:

Вижу тень наискосок

Рыжий берег с полоской ила

Я готов целовать песок

По которому ты ходила… [1]

И плевать, что там речь совсем не об автомобиле.

Чёрт! Зараза какая… заело…

На моё счастье, до родного двора я добралась без происшествий. Аккуратно припарковалась в нескольких метрах от парадной и вышла из машины, прихватив с собой свои вещи и ключи от ручного стального льва Сотникова.

Телефон издал звуковой сигнал, оповещая о входящем сообщении. На экране смартфона высветилась всего одна простая и понятная фраза:

«Молись, Пожарова»

Что ж, зло где-то рядом…

Для начала июля на улице была вполне приятная температура. Несмотря на позднюю ночь, я даже не замерзла. Ветер присутствовал, но тёплый и освежающий одновременно. То, что мне остро необходимо прямо сейчас.

Да парадной дошла за какие-то пару минут. На скамеечке, вытянув вперёд ноги и запрокинув голову назад, меня дожидался Игорь. С букетом цветов…

Глаз начинает нервно дёргаться. Даже два.

Чёрт, ну вот что за фигня?!

— Привет, — Бельский встал ко мне навстречу. — Я уже начал за тебя волноваться.

Он неловко сжал кустовые розы и протянул гербарий мне.

— За что? Вроде бы мой день рождения только через месяц.

Из чистой вежливости приняла цветы. Не пропадать же добру…

Понюхала и улыбнулась.

— Спасибо, Игорь.

— Не за что, — он сократил расстояние между нами, вынудив меня отступить в сторону.

Ненавижу, когда нарушают границы личного пространства.

— Слушай, я очень устала. Домой пойду.

— Да, конечно… постой!

Вот блин.

— Аврора, позволь мне сказать. Иначе потом я просто не осмелюсь.

Лучше бы.

— Хорошо.

— Ты мне нравишься! — выпалил друг. — Понимаешь? По-настоящему нравишься.

Угу.

Как это, интересно знать…

— Игорь…

— Подожди, — он взял меня за руку и тепло улыбнулся. — Я думаю, что люблю тебя.

Только я не могла ответить ему взаимностью. Да и не хотела. Честно сказать, в качестве мужчины, а не друга или однокурсника, в Игоре было что-то отталкивающее. Что-то кричащее во весь голос об опасности и неприятностях.

Допустим, мой радар настроен на плохишей и мудаков, но это вовсе не значит, что нужно следовать своей тёмной стороне. Даже, если у неё есть винишко, сырники и Дин Винчестер.

И мне лучше сказать ему всю правду. Так, как она есть. Ни то чтобы я давала парню надежду или намёки на развитие романтических отношений…

Мужики вообще странный народ. Дружишь с ними, улыбнёшься однажды (не дай бог!), разговоры говоришь, а они уже вообразили чёрте что.

Надо же додуматься сказать именно в подобном духе:

«Я думаю, что люблю тебя»

Думает он, видите ли.

— Притормози, Игорь. И извини. Я твоих чувств не разделяю.

Возможно, грубо. Но если с первого раза по-хорошему человек не понимает, то стоит говорить с ним уже на другом языке.

— Что? Аврора, я не…

Ну зачем? Зачем?!

— Только друзья, Игорь. Я ведь всё сказала ещё на треке.

— Друзья?

Он нахмурился, так что на лбу залегла глубокая морщинка. Во взгляде застыло неприкрытое разочарование.

Не хотела делать ему больно и разбивать ожидания, да и врать тоже не лучший вариант. Даже, если очень жалко человека. В конце концов, жалко у пчёлки…

— Мне пора. Прости.

Я почти высвободила свою руку из его, но Игорь удержал меня за пальцы и притянул к себе.

А губы парня стремительно накрыли мои поцелуем…

Первое, что мне захотелось сделать, это треснуть Игоря его же букетом. Но, с другой стороны, цветы-то ни в чём не виноваты.

— Бельский, ты с дуба рухнул?!

— Что, Сотников лучше целуется?

— Или головой ударился.

Может быть, он в Турции своей солнечный удар получил, а остаточные явления дали о себе знать? Ну мало ли.

Потому что адекватного объяснения поведению друга (хотя очень сомневаюсь, что мы вообще продолжим общаться) я не находила.

То ли в июле какое-то изрядно затянувшееся весеннее обострение, то ли осеннее раньше времени парням в голову ударило. Вот только начинает сильно напрягать такое количество внимания противоположного пола к моей скромной персоне. Или у меня на лбу горит неоновая вывеска — «трахни меня?..»

— Я ведь люблю тебя, Аврора! — почти рычит Игорь.

Сейчас он сам на себя не похож. Словно в него вселились все демоны Преисподней одним разом. По-настоящему злой, обезумевший. В этом состоянии он даже опасен и для себя, и для нормальных людей.

— По-моему тебе надо остыть, чтобы не пожалеть завтра обо всём, что ты наговорил сегодня.

Но это был только разогрев. Главный эндшпиль ждал впереди.

— Не понимаю, почему ты ломаешься… я ждал, не торопил тебя, давал время привыкнуть. А ты заталкивала меня всё дальше во френдзону. Сколько можно, чёрт возьми?!

Похоже у нас с Игорем возник конфликт интересов. Я считала его своим другом, а он думал лишь о том, как залезть ко мне в трусы. Классическая ситуация. Банальный сюжет неразделенной любви.

— Игорь, чувства либо есть, либо нет. Давай останемся друзьями.

— Дружбы между мужчиной и женщиной не существует, — криво усмехнулся парень. — Рано или поздно все дороги приводят к одному. Неужели ты не замечала, что для меня ты больше, чем просто подруга?

Я была слепа. Мне вообще свойственно некоторое затмение, когда речь заходит о парнях. В Сотникове мудака не увидела, теперь вот Игорь…

Достало.

Хочу домой, спать. А эти амурные приключения крайне вредны для моей пятой точки.

— Тогда придётся прекратить наше общение, — пожала плечами. — Пока.

Бельский схватил меня за запястье, удерживая на месте. Он не просто впился в мою руку пальцами, а держал так крепко, что дёрнись я, то наверняка бы вывихнула руку или даже сломала её.

— Отпусти.

— Любая бы на твоём месте воспользовалась шансом. Таким, как ты выбирать не приходится.

— Извини?

Ах, он про мои «девяносто-шестьдесят-девяносто», которые не соответствуют чьим-то воображаемым стандартам.

А я была об Игоре лучшего мнения. Сейчас же… я просто разочарована. Настолько сильно в людях мне ещё не доводилось ошибаться.

Думала интересна ему как человек, как друг. Вместо этого парень всегда смотрел на меня будто на объект, способный удовлетворить его сексуальные потребности.

Не хочу признавать, но Ян не так плох. По крайней мере, он не прикрывает свои желания флёром лживой любви или дружбы. Всё познается в сравнении.

Чёрт, они оба придурки. Два конченных потребителя. Остается надеяться, что не все парни одинаковые.

Да-да, я до сих пор верю в сказки и летающих пегасов…

— Вот и правильно, — хмыкнул Игорь. — Ты же не хочешь к тридцати годам оказаться окруженной кошками и…

Чего?

Это уже хамство, я считаю.

Поэтому я нисколько не жалела, когда ударила Бельского свободной рукой по его наглой, самодовольной физиономии.

Шанс нашёлся! П-ф-ф!

Он отшатнулся от меня, потирая скулу.

— Стерва, — процедил сквозь зубы.

Да и слава богу…

С чувством выполненного долга направилась к двери в парадную, но не успела я и прислонить ключ к домофону, как меня развернули и прижали к стене, ударив при этом об неё всем корпусом.

Из глаз едва звёздочки не посыпались. И совсем не потому, что в конец офигевший Бельский принялся меня лапать. Головой сильно впечаталась в камень, оттого и искры сверкают, вертолёты кружат. Люди ещё грешат на застройщиков, словно все современные дома делают из картона. А вот нифига…

После столкновения с элитной многоэтажкой не смогла сразу сконцентрироваться. Опомнилась только тогда, когда рот Игоря накрыл мой, а руки полезли шарить под юбкой.

Ну всё. Лимит терпения исчерпан. Не говоря о том, что я не испытывала ничего, кроме отвращения.

Главное оружие современной девушки — это газовый баллончик. Но бывает и так, что его нет поблизости. Как сейчас.

Со всей силы наступила Бельскому на ногу, а потом добавила ему коленкой между ног. Вишенка на тортик — толкнула в грудь обеими руками, чтобы наверняка. Только Игорь успел зацепиться за мою блузку и, падая, порвал её.

Моя любимая, между прочим.

И, кроме того, стоять полуголой посреди ночи не самое приятное на свете. ветер уже не кажется таким тёплым. Да и сверкать верхними «девяносто плюс» не в моих правилах. В общем, все знаки указывают на то, что давно пора бежать домой.

Домофон почти приветливо пиликнул, и я вошла в парадную. Игорь ломанулся следом. Схватил меня за волосы и грубо потянул на себя.

Вскрикнула, оказавшись в самой неудобной позе, какую только можно вообразить.

Да он сохранился. Волосы — это святое!

— Ты всё равно будешь моей! — угрожающе прорычал мне на ухо. — И тебе понравится…

Куда орать?

[1] Текст из песни Владимира Маркина «Я готов целовать песок»

[1] Вальпургиева ночь — Ночь Ведьм. Отмечается с 30 апреля на 1 мая