Прежде чем мы разобьёмся

Глава 41. Без фильтров

/Марьяна/

Три года назад

— Малышка, а ты хорошо двигаешься, — прошептал парень мне на ухо. — У тебя талант.

Не знаю, как я вообще услышала его голос сквозь громкие биты клубной музыки, только улыбнулась в ответ, продолжая выписывать бёдрами восьмёрки.

Давно привыкла к тому, что все вокруг считают меня смазливой пустышкой с минимальным коэффициентом интеллекта. Особенно парни. Впрочем, притворяться красивой дурочкой удобно. Никто не воспринимает меня всерьёз, повесив ярлык банальной и предсказуемой куклы. Зачем разубеждать людей? Сами придумали — сами поверили. Это их половые трудности.

Моя подруга Рина (вообще-то Регина, но сейчас в тренде сокращать имена на западный манер) кокетливо поправила волосы, откровенно строя парню глазки. Ну а что, он был вполне на уровне и как раз во вкусе Регины. Высокий брюнет спортивного телосложения. Белая майка выгодно оттеняла загорелую кожу, а неновые отблески софитов мерцали на внушительных бицепсах. Но я всегда предпочитала блондинов. Желательно синеглазых.

Впрочем, внешность — это такая глупость. Как часто за идеальным фасадом кроется пустота, а за неказистым — запутанный лабиринт, из которого нет выхода. Но в современном мире люди стали заложниками стереотипов. Например, что визуальная оболочка решает всё. И какой именно она должна быть.

— Идём, — я взяла Регину под локоть и потащила с забитого танцпола к барной стойке. — Давай по коктейлю и по домам.

— Жарова, ты заболела? — подруга приложила ладонь к моему пылающему лбу. — Ну точно, температура.

— Ха-ха-ха.

— Тот брюнет положил на тебя глаз. Вернемся?

— Нет настроения.

— В тебя бес вселился, что ли? Или Ян Сотников плохо на тебя влияет?

Вот ещё…

— Это здесь каким боком?

— Ты скажи, — пожала плечами Регина. — Я тебя не узнаю. Моя подруга Марьяна Жарова уже давно бы раскрутила того парня на коктейли.

Угу.

— Филатова, тебя что-то помимо парней и коктейлей интересует?

— Нет, — она широко улыбнулась. — А должно? Говорю же, Сотников тебя поломал.

— Мне скучно, — я решительно перевела тему. — Погнали отсюда.

Кто бы знал, что за какие-то несколько месяцев моя жизнь буквально кверху дном перевернётся. Всё началось в сентябре, когда наша художественная студия закрылась на ремонт и мы с Региной нашли новую. Там-то мы и познакомились с Яном. С негласным королём местной художки. С красавчиком бэд боем, буквально состоящим из всех возможных шаблонов. Он не понравился мне с первого взгляда…

Ян же принял вызов и счёл своим долгом влюбить меня в себя, чтобы поставить на свою персональную полочку ещё один завоёванный трофей.

И я бы хотела сказать, что я была кремень, неприступная крепость, но… моё раздражение, недовольство и злость очень быстро превратились в любовь. Ян умел очаровывать, производить впечатление, заставлять плясать под его дудку. Чем больше я сопротивлялась, тем сильнее в итоге оказалась ударная волна от его напора.

Я влюбилась в него без памяти. Думать о других парнях больше не могла. Я хотела его и только его. И какова ирония… сначала он был не нужен мне, теперь же я не нужна ему.

— У меня предков на каникулах не будет, — заговорщески сообщила Регина и хитро подмигнула, пока мы ждали такси у клуба. — Хочу устроить вечеринку.

— Ясно.

— Диалог прошёл напрасно, — Филатова скрестила руки на груди. — Ты меня слушаешь вообще?

— Слушаю.

— И что я сказала?

— Что-то про вечеринку.

— Понятно, — она приобняла меня за плечи. — Колись, Жарова. Вы расстались?

— Без понятия, — тяжело вздохнула. — Когда ему удобно, мы вместе, когда неудобно — нет.

— Козёл.

— Вообще мудак.

— Так бросай его нафиг.

— Не могу. Я его люблю.

— Любовь — это бред.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда сама голову потеряешь.

— Я? — усмехнулась Регина. — Я не влюблюсь, Жарова. Весь мир — это торгово-рыночные отношения. И твоя мифическая любовь тоже. Думаю, тебе просто серотонин голову вскружил.

— Знаешь…

Осеклась, увидев перед собой знакомую фигуру.

Ян стоял спиной ко мне, обнимая за талию каку-то тощую девицу в преступно коротком наряде.

— И брюнет из клуба с ним, — пихнула меня в бок Регина. — Слушай, а тебе не кажется, что они немного похожи?

— Я не вглядывалась.

— Кто бы сомневался.

Я все-таки перевела взгляд на темноволосого и признала для себя, что в словах Филатовой что-то есть. Ян и этот брюнет правда чем-то походили друг на друга. У них были общие черты лица, разрез глаз. Парень смотрел прямо на меня и улыбался. И эти его ямочки… прямо как у Яна.

— Жарова, он приперся в клуб с другой девушкой. Не парится совсем. Какие тебе ещё пруфы нужны?

— Никакие, Регина.

Я и раньше видела Яна с девушками. Надо сказать, что недостатка в женском внимании у Сотникова не было. И эта девчонка тоже не отличалась от других. Очередная куколка с картинки. Ничем не лучше меня, но и не хуже тоже.

И мне бы правда послать его к чертовой матери. Ни одна уважающая себя девушка не стала бы терпеть подобного отношения.

Гордость, уважение…

Почему они в случае с Яном отходят на задний план? Я словно забываю о них. Наверное, правда, когда речь заходит о любви, требовать логики совершенно бессмысленно. Любовь — самая сильная магия в нашем мире. Магия, которую не смогло уничтожить время, цивилизация, прогресс. Она может исцелить, может разрушить до самого основания. Иногда всё сразу.

Хотела бы я набраться сил и смелости, чтобы вычеркнуть этого парня из своей жизни, но не могу. Не намерена отдавать его никому. Однажды он поймёт, какой он идиот и будет рядом со мной. Нужно просто набраться терпения.

Наконец, Ян повернулся ко мне. Ни на одну секунду выражение его лица не изменилось. Он не растерялся, не испугался, остался всё таким же невозмутимым.

— Привет, — подыграла ему, пытаясь остаться холодной и спокойной.

— Хай, вы как здесь?

— Потанцевать решили.

Девчонка висла на нём, словно вешалка или липучка, вперив в меня взгляд, полный ревности.

Надеюсь, я со стороны выгляжу не так жалко, как она.

— Регина и Марьяна, — сухо представил он нас. — А это мой брат Дима и его знакомая Ева.

Ага, а клешнями обвила она тебя просто так…

— Отойдём на пару минут?

— Ок.

Мы с Яном синхронно спустились вниз по лестнице и замерли друг напротив друга, не сводя глаз.

— Как это понимать, Ян?

— Что конкретно?

— Не притворяйся идиотом. Вообще не твоё.

— Давай без сцен. Я тебя предупреждал — ты согласилась. Я не твой парень и не твоя ручная зверушка.

— Ян…

— А если тебя не устраивает такой контекст нашего общения, то ок.

— Если не устраивает, тогда что?

— То всё, Жарова.

— Ян, я не могу без тебя…

— Чёрт, ты меня утомила, — он схватил меня под локоть и повел за собой. — Сейчас вызову тебе такси.

— Серьёзно?!

— Успокойся, истеричка.

— Как ты можешь? Мы…

— Стоп, — отрезал он. — Никаких «мы». Я тебе ничего не обещал. Мы приятно и с пользой проводили время. На этом the and.

Сердце принялось отчаянно и глухо биться, проворачивая смертельные кульбиты, и с грохотом ударясь об ребра. От страха потерять Яна навсегда всё внутри переворачивалось.

— Прости…

— Ты совершила ошибку и влюбилась в меня. Я предупреждал, что разобью твоё сердце.

— Предупреждал.

А я не послушала…

— Напомни адрес.

— Я уже вызвала такси, не утруждайся.

Он молча развернулся и ушёл, оставляя меня наедине с моими демонами. А впереди меня ждала долгая борьба с тенями. Борьба, одержать победу в которой мне так и не удалось.

Наши дни

В мире полно красивых и вдохновляющих историй о любви.

Парень встретил девушку, они влюбились друг в друга, в завязке немного пострадали, поели отменного стекла, а потом жили долго и счастливо…

Но никто не сочиняет сказки о другой стороне любви. О безответных чувствах. Потому что, как ни суди, они отдают фатальной обреченностью. А люди слишком любят хорошие финалы.

Мечтать о том, кто никогда не будет твоим — паршиво. Вариться в этом изо дня в день. До такой степени, что однажды у тебя даже слёз не останется. Ведь любовь не всегда лечит. Порой её магические целебные свойства просто не способны избавить от страшной болезни под названием «одиночество». Иногда она наоборот делает только хуже. Убивает свет, оставляя после себя непроглядную ночь. У меня именно такая любовь. Квинтэссенция тьмы. Долбаный фотосинтез, но наоборот.

Любовь испортила меня. Уничтожила весь свет внутри, залила моё сознание отравляющим дурманом морока. Я одержимо любила Яна. Любила его и ничего не могла с этим поделать.

Пыталась бороться с собой. Мозгами понимала, что парень вроде Яна Сотникова не станет обременять себя серьёзными отношениями. Не стоило принимать правил его игры, подстраиваться под желания жестокого завоевателя женских сердец. Моё сердце не первое. Моё сердце не последнее. Но я была так глупа и отчаянно уверенна в волшебной силе собственной любви, что думала, словно моих чувств хватит для нас обоих.

Вранье!

Чувств одного не хватит для двоих. Потому что в отношениях принимают участие две стороны. Оба должны что-то отдавать. А в нашей порочной связи Ян только получал, я дарила всю себя…

Я изначально знала, с кем связалась. У меня не было цели исправить Яна, перекроить его под себя. Чёрт возьми, я и влюбляться в него совсем не собиралась. Но всё-таки тупо и по-идиотски попалась в виртуозный капкан высококлассного охотника.

Никого не любила настолько сильно ни до Яна, ни позже. Я и теперь его люблю. Несмотря на всё, что было между нами. Не взирая на все обстоятельства.

Когда я не пыталась всеми способами быть с ним, я искала повод находиться как можно дальше от него. Даже уехала учиться за границу, чтобы только не оставить для себя запасного аэродрома.

Мне казалось, что моя сумасшедшая и безумная любовь ослабла, прогнулась под постоянным давлением. А, может быть, бесконечные и краткосрочные интрижки тоже сделали своё дело.

Ошибалась.

Увидев Сотникова спустя столько лет, я осознала, что стала любить его ещё больше. А он даже не узнал меня. Забыл. Успешно вышвырнул из своей головы. Но больнее всего было не это.

Больнее всего — хотеть парня, в которого влюблена моя сестра. Видеть то, как он смотрит на неё. Так, как никогда не смотрел на меня. В моей крови циркулировал ядовитый кипяток, заставляя полыхать ненавистью, ревностью, страстью.

Я люблю свою сестру. Но себя я люблю больше. В конце концов, я первая встретила Яна. Я больше заслуживаю его любви.

Да, это звучит эгоистично. Но почему именно я должна жертвовать своими чувствами ради кого-то? Я заслужила счастье не меньше, чем Аврора.

Хотя предать сестру оказалось сложнее. Но у меня не было другого выхода…

— Хочешь знать моё мнение? — с насмешкой спросил Руслан. — Ничего у тебя не получится.

— Не твоё дело, — грубо отрезала я и протянула ему флэшку. — Тут всё, что тебе надо.

— Если бы не сестра, я бы никогда не стал играть в твои человеческие шахматы.

Пусть так. Роль главной злодейки даже льстит. Только и Руслан не божий одуванчик. Как и Ян. Да и моя Аврора тоже не аленький цветочек.

— История не терпит сослагательных.

— Он вернёт её, — слишком уверенно заявил Руслан. — Все твои игры бессмысленны.

— А она не простит его. Я хорошо знаю свою сестру.

— Ну ты и стерва, конечно.

— Спасибо за комплимент, — я встала на цыпочки и чмокнула его в щеку. — Ладно, мне пора. Ещё увидимся.

— Это вряд ли.

Послав ему воздушный поцелуй, зашла в свою парадную. Главу истории «Руслан» можно официально закрыть и открыть новую главу с названием «Сотников».

Может быть, Башаров прав. Я хорошо знаю и Яна, и Аврору. Такие, как Ян не сдаются. Но для моей сестры не существует полумер. После всего, что было, она и на пушечный залп Сотникова к себе не подпустит. Всё идёт по плану…

Я не рассчитывала, что он начнёт всё усложнять. Он был должен просто пуститься во все тяжкие. Это ведь Сотников! Я не хотела верить, что между ним и Авророй есть что-то настоящее, что-то очень сильное. Но, кажется, это уже ни тот Ян, которого я знала раньше.

Неужели Аврора стала так дорога ему?

Плевать…

Он устанет биться об ледяную стену. А я ждала его уже очень долго, готова подождать и ещё.

Моя сестра сильная. Она справится. Даже, если и любит Яна. Найдёт себе какого-нибудь другого парня и забудет, что Сотников вообще существовал.

— Марьяна! — раздался громкий крик отца. — К тебе пришли!

От неожиданности рука с кисточкой дернулась и стрелка на правом глазу получилась кривой.

Зараза…

Выругавшись, я вылетала из комнаты прямо в коридор и увидела там Яна.

А вот это неожиданно.

— Даже интересно, что ты тут делаешь.

— Я заслужил то, что ты сделала. Аврора — нет. Тебе стоит извиниться перед ней попытаться помириться с сестрой.

Однако, здравствуйте. Он пришел ко мне, чтобы поговорить о ней? Клинический случай. И это так бесит. Адски!

Вот она я, умница и красавица, стою перед ним практически в том, в чём мать родила. Если не считать шелкового халатика.

А все его мысли занимает моя младшая сестра!

Это, чёрт возьми, унизительно.

— Я сделала это не ради мести, Ян.

— Для чего тогда? — нахмурился он.

Глупый Ян. Так ничего и не понял.

— Для тебя, — тихо ответила и приблизилась к нему. — Для нас.

— Шутка?

— Какие шутки, Сотников. Я люблю тебя.

— Ты сумасшедшая, Жарова. Тебе лечиться надо.

— Я давно спятила, Ян. С ума сошла по тебе.

— Не боишься, что отец услышит?

— Нет.

— Ты точно чокнутая, — он устало потер щетину и бросил на меня пустой взгляд. — Я сказал всё, что хотел.

Он ушел даже не попрощавшись. Я кинулась за ним на лестничную площадку, со всей силы вцепилась в руку.

— Не уходи, я прошу тебя!

— Марьяна, блин! — он оттолкнул меня. — Мы с тобой не будем вместе. Никогда, ок?

— Я люблю тебя. Неужели этого мало?

— Сходи к психотерапевту, у тебя крыша реально уехала.

— Любишь её?!

— Нет, — отрезал Ян. — Но если бы я мог любить, то выбрал бы Аврору. Я бы всегда выбирал её. Знаешь почему? Не потому, что она любит меня. А потому что она самое лучшее, что было в моей жизни. Её чувства искренние и живые. Она живая.

— А я мёртвая, что ли?

— Ты пустая. Я тебе нужен для того, чтобы любил тебя. А ей я просто тупо нужен. Без фильтров.